Митра

Митра — забытый древний дух земли, которого Теодор получает в самом начале пути. Когда гримуар Обжорство поглощает оригинал «Введения в магию духов», возникает Соединение с давно умершим мастером-элементалистом Мирдалем Херсеймом. Тот находит Теодора негодным для духов огня, ветра и воды, но подходящим для земли — за его «глупую честность» и упрямство, которое ничто не способно поколебать. Глиняный человечек размером с ладонь бьётся лбом о лоб Теодора, и между ними заключается контракт, соединяющий их души: с этого мгновения они делят чувства, зрение и слух.

Митра необычна даже для духа: она сразу приняла человеческую форму, чего способны лишь высшие духи, и обладает собственным эго и самосознанием — это поражает профессора Винса, который записывает каждое наблюдение, говоря, что её потенциал «почти как у короля духов». Её истинная природа — семя древнего божества изобилия и плодородия, которому за тысячи лет до нынешней эпохи поклонялись как Матери-Земле Дмитре (в иных краях — Деметре или Церере). Великий алхимик Парацельс, узнав её, восклицает «Деметра!» и поясняет: боги леса, скал и прочие — лишь подданные Матери-Земли, и только боги моря и неба ей не подвластны. Когда боги той эпохи слишком сроднились с людьми и обрели сознание, они угасли и были забыты — Митра осталась лишь крошечным осколком былого величия.

По натуре Митра — игривый, ласковый и озорной ребёнок: она возится с землёй, лепит крошечные земляные повозки, цепляется за палец Теодора и общается короткими звуками вроде «Хонь!» и «Део!». Теодор обращается с ней бережно, спрашивая согласия перед каждым усилением, — и эльфы ценят в нём эту чуткость, чуя от него «аромат земли». Спасённые эльфы тянутся за ним, как цыплята за наседкой, именно из-за её присутствия.

Магия Митры не нуждается в формулах: довольно чёткого образа результата. Через неё Теодор превращает почву в грязь, разверзает ямы под ногами врагов, ставит твёрдую Стену Земли и метает Земляное Копьё, однажды расколовшее защитный кристалл Сильвии; ныряя под землю, она делится подземными звуками и образами — «Видение Митры» находит врагов точнее ястребиного глаза. Её сила растёт вместе с Кругом Теодора: от духа-лейтенанта (усиление Элленои удваивает её мощь) до богини. Съев семя Иггдрасиля, дарованное Элленоей, она отращивает бутон Мирового Древа, что даёт древесное восприятие природы, доступ к Рататоскру, власть над энтами и дриадами Великого Леса и способность к исцелению-детоксикации — именно она спасает Теодора от паралитического яда Аквило и прерывает её попытку обольщения.

В «Эпоху мира» Митра окончательно пробуждает божественность: она сливается с Мировым Древом и становится богиней земли Эльвенхейма — Дмитрой, сердцем мировой маны, что искажает пространство Великого Леса как свои владения. Подпитанная верой обитателей леса и расходящимся по континенту культом, она входит в ряды средних богов на десятилетия раньше срока и может являться то зрелой богиней, то прежним озорным элементалем. Она строит святилище вокруг Древа, дарует благословения и детей — но в душе остаётся тем же ребёнком, что зовёт Теодора «Тео» и месит землю, как тесто, превращая в новых горных духов целые хребты.

Митра дарует Теодору магию земли, которой не нужны формулы — достаточно чёткого образа результата. Через неё он превращает почву в грязь и снова застужает её в камень, разверзает ямы под ногами врагов, ставит тройную Стену Земли, делая грунт предельно твёрдым, метает Земляное Копьё (однажды расколовшее защитный кристалл Сильвии), поднимает Земляного гиганта и многометрового Земляного Червя, обращает твердь в зыбучий песок. Ныряя под землю, Митра делится подземными звуками и образами — её кротовье «Видение Митры» находит врагов точнее ястребиного глаза.

Сила Митры растёт вместе с Кругом Теодора: от едва превышающего ладонь духа-лейтенанта (усиление Элленои удваивает её мощь — то, на что элементалистам нужны десятилетия) до богини. Поскольку она — древний дух, её «рост» продолжается сам по себе: бутон вытягивается, распускается в цветок, а с достижением Теодором 7-го Круга, по словам Парацельса, она способна «прорастить ещё одну божественность», не разрушившись от переизбытка силы земли.

Съев семя Иггдрасиля, Митра отращивает на голове бутон Мирового Древа. Он даёт древесное восприятие природы (ощущение, будто тело стало деревом), доступ к Рататоскру, власть над энтами и дриадами — как «сосуд», способный вырастить Мировое Древо, она для древесных рас существо, которому они обязаны служить, — и способность к исцелению-детоксикации, очищающей среду от ядов.

Митра приходит к Теодору через Соединение с памятью элементалиста Мирдаля Херсейма, который призывает её для упрямо честного юноши. Глиняное дитя бьётся лбом о его лоб, и контракт соединяет их души. Поначалу она едва превышает ладонь и общается лишь детскими звуками, но рядом с высшей эльфийкой Элленоей раскрывается её тайна: Митра — осколок Матери-Земли Дмитры. Элленоя пробуждает её суть до лейтенанта, а позже передаёт семя Иггдрасиля, после которого Митра обретает бутон Мирового Древа и власть над древесной расой.

Эта сила выручает не раз: на Пиратском Архипелаге Митра отбивает руку Аквило, пытающейся соблазнить Теодора, а её детокс-бутон нейтрализует паралитический яд драконицы; в битве при Левиафане энты и дриады склоняются перед бутоном на её голове и подчиняются её приказу. С каждым новым Кругом Теодора Митра растёт, а после 7-го Круга получает возможность развить новую грань своей божественности.

В «Эпоху мира» Митра окончательно становится Дмитрой, богиней земли Эльвенхейма, слитой с Мировым Древом и питающей мировую сеть маны. Поднявшись до средних богов раньше срока на десятилетия, она строит святилище вокруг Древа и дарует благословения; копия её отправляется на восток, в горы Бэкуна, где Теодор кормит её собственной магией 9-го Круга, и она, став великаншей, за десяток лет возрождает иссякшую духовную жилу хребта.