Глава 41. Гость из семьи

……

Лорист опешил. Что это Элиша сейчас сказала? Какой-то нищий ищет молодого господина по имени Нортон Лорист — да это же его собственное имя, имя, которым было названо это тело! Все давно зовут его просто Лористом, и никто уже не помнит, что настоящее его имя — Нортон Лорист, второй молодой господин семьи Нортон из Северных Земель.

— Что случилось? Кажется, я только что услышал, как Элиша произнесла твоё имя? — спросил Эл, увидев, что Лорист застыл на месте. Он когда-то помогал Лористу оформлять документы на дом и налоговые свидетельства, поэтому знал его настоящее имя.

Лорист пришёл в себя и заметил, что Элиша уже убежала во двор. Он поднялся: — Тот нищий, о котором говорила Элиша, ищет некоего Нортона Лориста из Северных Земель — похоже, это про меня. Пойду посмотрю, может быть, это присланные из семьи.

— О? — Эл оживился и встал, не выпуская из зубов куриную ножку. — Я с тобой схожу.

Оба вышли во двор и увидели того самого нищего — оборванного, сидящего на каменной плите и хлебающего овсяную кашу. Две куриные ножки, которые дала ему Элиша, лежали рядом на сером льняном платке — явно собирался забрать их с собой.

Элиша, грызя свою куриную ножку, недоумённо спросила нищего: — А ты почему ножку не ешь? Без закуски как кашу-то глотать? Ножки же очень вкусные!

Нищий кивнул Элише и с улыбкой ответил: — Прекрасная маленькая принцесса, благодарю тебя за вкусную куриную ножку. Но у меня есть товарищ, а хорошее принято делить с товарищем…

Тут нищий заметил Лориста, замер, поставил миску, потёр глаза и внимательно вгляделся. Наконец он убедился, что стоящий перед ним Лорист — не видение.

— Молодой господин, у-у, господин, я наконец-то нашёл вас, у-у-у… — Бродяга бросился вперёд, ползком и кубарем, не обращая внимания на опрокинувшуюся миску с кашей, и крепко обхватил ноги Лориста, рыдая в голос — слёзы и сопли текли ручьём.

— Э… — Лорист попытался отдёрнуть ногу, но обнаружил, что его держат слишком крепко. — Сначала встань. Ты…

— Господин, вы меня не узнали? Я Седекамп! — Бродяга поднял лицо, залитое слезами и соплями.

— Седекамп? — Лорист напряжённо вспоминал, и из глубины памяти всплыла картина: тот наивный, простодушно улыбающийся молоденький слуга бежал за маленьким Лористом и кричал: «Молодой господин, подождите меня!» Маленький Лорист командовал, требовал то одного, то другого, а молоденький слуга носился туда-сюда по его указке…

Неудивительно, что он сразу узнал меня — оказывается, это тот самый личный слуга, который с детства ходил за маленьким Лористом.

— Это ты, Седекамп. Давно не виделись, лет десять, наверное. Сначала встань, не рыдай попусту, — улыбнулся Лорист.

Но стоило Лористу это сказать, как Седекамп зарыдал ещё сильнее: — М-молодой господин, возвращайтесь скорее домой! Старый господин преставился, старший молодой господин тоже погиб, и третий молодой господин тоже погиб — из всей семьи Нортон остались только вы! Все ждут, ждут, когда вы вернётесь и унаследуете владение… у-у-у…

Лорист пошатнулся. Хоть он и был перерождённым, кровное родство этого тела с семьёй Нортон было нерушимо, и дрожь, всколыхнувшаяся в самой глубине души, прокатилась по всему его телу.

Эл поспешно шагнул вперёд, поддержал Лориста и обратился к Седекампу: — Не плачь. Говори медленно, расскажи толком — что же всё-таки случилось?

— В прошлом году господин выступил против горных варваров, вторгшихся во владения, но попал в засаду и получил тяжёлые ранения. Долго пролежал в постели, к началу этого года уже не мог держаться, велел нам найти второго молодого господина и вернуть его, чтобы тот унаследовал владение, — и скончался. Мы знали только, что молодой господин десять лет назад уехал в Морант, но не знали, в какой академии вы учитесь. Прошло уже десять лет — неизвестно, здесь ли вы вообще, — пришлось ехать наудачу. Добравшись до Моранта, мы обходили одну академию за другой, и везде говорили, что никакого Нортона Лориста не знают, а как услышат, что мы из Северных Земель, — сразу холодели. Патт сказал, что в старых сказаниях герои добывали вести в тавернах, — вот я и пошёл по тавернам. И, слава небесам, наконец-то нашёл господина! — Вспоминая все тяготы поисков, Седекамп не мог унять слёз.

Лорист наконец твёрдо встал на ногах: — Седекамп, ответь мне: как погибли мой старший брат и третий брат? Кто этот Патт, почему имя такое знакомое? И разве мой третий дядя не знал, в какой академии я учусь? Где он сейчас?

— Старший молодой господин погиб в бою три года назад. Его призвал в свою свиту герцог Лукинс, и он служил под началом второго принца. Когда пришла весть, старый господин слёг, и все дела по владению взял на себя третий молодой господин. Но в позапрошлом году, во время объезда, конь третьего молодого господина испугался, тот упал и сильно ударился головой. Его срочно привезли обратно, трое суток боролись за его жизнь — спасти не удалось. Старый господин слёг ещё тяжелее, лишь к прошлой весне ему немного полегчало. А как услышал про горных варваров — настоял на походе, несмотря на болезнь. И в итоге… Второй молодой господин, вы разве не узнали Патта? Это же внук старого управляющего Крейса, тот самый мальчишка, что в детстве всё время с вами играл. Он вырос настоящим бойцом — теперь он уже мечник Железного ранга! Именно потому, что мы знали вас и помнили вашу внешность, старый управляющий и послал нас искать вас.

— Так старший молодой господин и пренебрёг запретом отца, встав под знамёна второго принца.

Одно несчастье за другим. Лорист просто не мог себе представить, что семья Нортон, которую императорский дом Криссенской империи когда-то величал «Северным гневным медведем», могла пережить столько бед подряд и дойти до того, что пришлось возвращать его — изгнанного десять лет назад второго молодого господина — для наследования родовых владений. Этого невозможно было предвидеть, и от одной мысли об этом сердце сжималось.

Собравшись с духом, Лорист спросил Седекампа: — А Патт? Где он?

Седекамп смутился: — Патт… он… он в порту, грузчиком…

— Грузчиком?

— Да… деньги на дорогу кончились, и Патт пошёл таскать тюки, чтобы заработать хоть на еду на день, — тихо проговорил Седекамп.

— Реди! — крикнул Лорист в сторону таверны.

Вскоре перед ним появился Реди.

— Запряги карету, отвези Седекампа в портовый район, найди его товарища, потом отведи их обоих в общественную баню, пусть вымоются, переоденьте их в одежду получше — и привези обратно ко мне, — распорядился Лорист, доставая из кошелька две золотые монеты и протягивая их Реди.

— Нет, нет, господин, у нас есть деньги, мы не можем тратить ваши! — поспешно возразил Седекамп и принялся рыться в своих карманах, вытащив оттуда чёрный потемневший кошелёк. — Господин, у меня ещё есть двадцать имперских золотых.

— Это как? Ты же только что говорил, что денег нет? — удивился Лорист.

— Господин, это было отложено вам на дорогу домой, мы не имели права это тратить. Теперь можно отдать вам — и нам больше не придётся вечно бояться потерять эти деньги, — сказал Седекамп, вкладывая кошелёк в руку Лориста и облегчённо вздыхая.

Лорист был немного тронут. Беречь двадцать золотых, не пользуясь ими, и при этом одному таскать тюки, а другому просить милостыню… Глупыми ли назвать этих слуг рода, или слишком уж принципиальными, а может, верными долгу до конца?

Лорист дал Реди ещё две золотые ферты: — Купи им одежду получше.

Реди, посадив Седекампа, уехал в карете искать Патта.

Лорист вернулся в таверну, сел за стол, но был не в духе. Он развязал чёрный кошелёк и высыпал содержимое на стол — перед его глазами блеснули двадцать пожелтевших золотых монет. Эти монеты были чуть мельче золотых фертов, и на каждой был вытеснен портрет старика в короне.

Толстяк Ши, увидев золото, заинтересовался, подобрал одну монету, взглянул на неё и презрительно скривился: — Стариковский профиль бывшей Криссенской империи, ерунда. Три таких меняют на один золотой ферт. Сейчас на севере три королевства и семь герцогств перешли на наши золотые ферты, а все эти «стариковские» монеты скупают спекулянты-жулики и переплавляют в ферты. На перепродаже зарабатывают больше чем вдвое. Откуда у тебя эти «старики»?

— Из семьи Лориста пришли люди. Они хотят, чтобы он вернулся и унаследовал владение, а эти монеты — ему на дорогу, — сообщил Эл.

— Что?! Лорист, ты собрался вернуться и стать лордом?! — Товарищи, потрясённые, разом столпились вокруг.

— Не шумите, я ещё не решил, ехать или нет. — Лорист нахмурился, вид у него был озадаченный. В Моранте он уже считался известной личностью — прожил здесь десять лет и давно сам считал себя морантцем. Внезапная весть от семьи о том, что нужно вернуться и унаследовать владения, оказалась полной неожиданностью. Родина — пусть и родина, но для Лориста это была совершенно незнакомая земля.

— Тут и думать нечего — конечно, надо ехать принимать наследство. В Моранте ты всего лишь наставник в академии, а вернувшись на родину, станешь уважаемым правителем-лордом. На своих землях ты для подданных и небо, и земля, все вопросы решаются тобой. — Это сказал Тэрман, выходец из Дигора — края, славящегося наёмными рыцарями. Стремление к войне и дух авантюризма были у дигорцев в крови.

— Но Лористу и здесь хорошо — он уже квартиру купил. К тому же он наш двойной золотой наставник в академии, его все знают. Что ему даст возвращение? Северные Земли — это пустошь, людей мало, земли много. Открой учебник географии или карту — увидишь, что это глухомань. Какое сравнение с уютным и удобным Морантом? — возражал Стив, коренной морантец, всегда гордившийся своим происхождением.

— Может, Лористу и стоит съездить — сначала принять наследство, а потом вернуться. Дела во владении он может поручить подчинённым, а сам останется в Моранте и будет жить как раньше. — Юрий предложил такой вариант, считая, что это устроит всех.

Лорист горько усмехнулся. Всё далеко не так просто, как мечтает Юрий. Родовые владения располагались в дальней пустоши Северных Земель, за тысячи ли от Моранта — даже на резвом коне дорога туда и обратно занимала больше трёх месяцев. Это совсем не те лорды королевств и герцогств, чьи земли примыкали к равнине Магических Холмов: те жили в Моранте и могли добраться до своих владений всего за несколько дней.

Толстяк Ши спросил: — А где сейчас люди от твоей семьи?

— Реди отвёз его в карете искать остальных. Они разбились на группы и ищут меня по всему Моранту, — ответил Лорист.

— Ищут тебя? Да ты настолько известен, что искать тебя и не надо. Твоя семья что, не знала, что ты учишься в Академии Зари и работаешь наставником? — Толстяк Ши очень удивился.

Лорист вкратце всё разъяснил.

— Так вот в чём дело, неудивительно, что тебя не нашли. Чёрного Железного Лориста в городе знает каждый, а кто знает твоё настоящее имя — таких, боюсь, и десятка не наберётся. Что ты собираешься делать? — Толстяк Ши с облегчением выдохнул.

— Не знаю… — Лорист покачал головой. — Сейчас у меня в голове полная каша, не могу никак решиться. Подождём, пока они вернутся, выясним всё как следует, и тогда решу.

—————— Когда Реди привёл к Лористу Седекампа и Патта, одетых с иголочки, Лорист как раз сидел, держа на руках Элишу, и наблюдал, как Старина Люк стрижёт Шварда в парикмахерской за задней дверью таверны. Элиша спросила Лориста: — Дядя Лорист, ты говорил, что тот нищий пришёл искать тебя. Он из твоей семьи?

Лорист кивнул: — Да, и нужно поблагодарить Элишу за то, что дала ему две куриные ножки. Элиша правда хорошая девочка.

Элиша нахмурила маленькие брови и долго думала, а потом просияла: — Я поняла! Значит, семья дяди Лориста — нищие!

— Пф! — Эл, сидевший рядом, прыснул вином прямо в Толстяка Ши, сидевшего напротив. Извиняться было некогда — он хватался за живот и хохотал, не в силах перевести дыхание: — Э-Элиша… так смешно… у Лориста… семья… ни-нищих… ха-ха-ха!

Лорист не знал, смеяться ему или плакать: — Элиша, семья дяди Лориста не нищие. Посмотри, он же стоит прямо перед тобой. Разве он похож на нищего?

Седекамп перед ним покраснел, как обезьяний зад, — ему бы скорее провалиться сквозь землю. А вот Патт рядом, одетый в новенький костюм мечника, выглядел молодцом — статный, полный боевого задора.

Лорист опустил Элишу на землю, поднялся и подошёл к Патту. Сравнил их рост и вздохнул: — Патт, давно не виделись. Мы оба выросли, уже не те два мальчишки, что вечно бодались, как бычки.

Патт тоже глубоко вздохнул: — Да, молодой господин, мы все выросли.

В памяти маленький Лорист и Патт с детства были заклятыми врагами — стоило им встретиться, как сразу либо драка, либо борьба. Каждый раз кто-то уходил в слезах, а на следующий день они снова встречались и снова дрались. Десять лет пролетели как одно мгновение — оба выросли, и теперь, встретившись снова, испытывали странное чувство теплоты и близости.

Лорист хлопнул Патта по плечу и рассмеялся: — Ну ты даёшь, парень! Вырос выше меня — и представить не могу, что ты ел, чтобы стать таким здоровяком. Долго шли — устали, не сомневаюсь. Но сейчас не время жаловаться — присаживайтесь, наконец, и поешьте как следует. Я уже велел кухне всё приготовить. Старшая Луиза, можно подавать!

Лорист дважды окликнул старшую Луизу, а потом обернулся к Старине Люку: — Старина Люк, как закончишь со Швардом — следующий Реди. Их двоих тоже побрей. Всего десять человек — я дам тебе две большие серебряные монеты.

— С радостью, поручайте! Будут как новенькие — не сомневайтесь! — Старина Люк был очень доволен.

Лорист остановил беспокойно ёрзавших Седекампа и Патта и сказал непреклонным тоном: — Это моя земля. Раз вы пришли сюда — слушайтесь меня, тем более что я всё ещё ваш молодой господин. Подчиняйтесь моему распорядку. Когда поедите, напьётесь и приведёте себя в порядок, я отведу вас домой. Всё, что хотите сказать, скажете потом, когда доберёмся.