— Стой!
Мэйи окликнула Айрин, притворившуюся, что вот-вот воткнёт кинжал: — Тебе не обязательно выглядеть такой жестокой. Он хотя и отъявленный негодяй, но всё же приёмный отец твоей героини. Значит, в твоих глазах должна быть смесь колебания и решимости, а в момент удара — выражение облегчённого покоя. Пробуй снова.
— Слушаюсь! — серьёзно ответила Айрин.
С тех пор как впервые выступила на маленькой сцене в городке, прошло уже больше месяца, и она до сих пор не могла понять, почему до сих пор не уехала — вместо этого она участвовала в постановке второй пьесы. Сейчас труппа репетировала уже третий «Дневник ведьмы». Судя по одному лишь сценарию, эта пьеса обещала стать необыкновенной. Впервые она видела историю настолько захватывающую и запутанную, целиком отбросившую шаблонные сюжеты о принце и принцессе, о заговорах придворных мятежников, — вместо этого она прославляла отвагу, дружбу и веру простых людей и ведьм… Прочитав весь сценарий, она невольно хотела аплодировать каждому из персонажей.
Именно это Мэйи называла причиной своего временного пребывания.
Но настоящей причины она сама не знала.
Айрин яростно воткнула кинжал-реквизит, и Сэм, игравший приёмного отца, издал стон: — Как ты могла… — Голова его качнулась набок, и он притворился, что испустил дух.
Немного преувеличенно, — Мэйи покачала головой. — Она ударила прямо в сердце. У тебя нет времени сначала закричать, а потом что-то сказать. Просто подними руку, сделай вид, что хватаешь Айрин, и повались. Это самый распространённый приём при смертельном ранении. Ты что, на уроках драматического искусства только спал?!
Щёки Сэма вспыхнули: — И-извините…
— Ещё раз, — бесстрастно сказала она.
Что касалось Айрин — та приятно удивила Мэйи. Достаточно было указать на ошибку один раз, как она тут же исправлялась. И серьёзное отношение к делу, и природный актёрский талант ставили её в ряд лучших. Похоже, прозвище «цветок театра» было не совсем результатом взаимных похвал начинающих актрис.
— Отлично, на сегодня хватит, — когда содержание сцены наконец-то удалось донести как следует, Мэйи хлопнула в ладоши. — Филин Шильт, наверное, скоро закончит уроки? Идите домой готовить ужин, в конце концов эта ваша вода…
— Водопроводная вода, — с улыбкой уточнила Айрин.
— Э-э, водопроводную воду подают ещё раз перед закатом. Если опоздаете с ужином, воды на купание не останется, — Мэйи слегка прокашлялась.
— Мэйи-семя, причина-то в том, что рыцарь приедет за вами! — прикрыв рот ладонью, хихикнула Ло Ся. — До заката ещё целых полчаса.
— Говорят, лорд Картер — доверенное лицо Его Высочества, он постоянно бывает в замке и всё время окружает принца, — подхватила Тина. — Оххх… Настоящая звезда Западных земель — и везде так же неотразим.
— Хватит вам, — Айрин махнула рукой. — Мэйи-семя ещё не обязательно примет лорда Картера.
— … — Мэйи приподняла бровь. Видимо, в последнее время она стала не такой уж строгой? Вначале эти две ни о чём не решались заговорить в её присутствии, а теперь уже позволяют себе подшучивать. Похоже, на ближайших репетициях придётся дать им жару — иначе при таком уровне им и на сцену-то соваться не стоит. — Я пойду.
— Благодарим за урок! — Айрин и остальные поклонились.
Изначально такая честь полагалась лишь театральному режиссёру, но Мэйи это было безразлично. Она кивнула, вышла из репетиционного зала и тут же ощутила, как обвёк её знойный уличный воздух.
Она дошла до тенистого центра квартала и присела ненадолго, когда к ней быстрым шагом подошёл высокий мужчина.
Это был Картер Ланнис — главный рыцарь лорда Пограничного города.
— Простите за ожидание, — он почесал затылок.
— Ничего страшного, — Мэйи слегка улыбнулась. — Пойдём.
С тех пор как она отклонила его предыдущее приглашение, он не только не опустил руки, но, напротив, стал наведываться к ней снова и снова — совершенно не вязалось с тем высокомерным равнодушием, что читалось в его облике. А она сама как-то рассеянно соглашалась остаться. Мэйи прекрасно понимала, к чему он стремится, но стоило ей подумать о том, чтобы осесть на этой чужой земле, как охватывала смесь растерянности и страха.
Даже когда она впервые решила прийти и повидать Рассветный Свет, не планировала задерживаться с ним здесь надолго.
В крепости она была звездой, затмевавшей всех вокруг, но здесь ничем не отличалась от остальных членов труппы — её известность была даже меньше, чем у Айрин, некогда работавшей учительницей для местных жителей.
Пройдя по широкой улице, утопающей в тени деревьев, они пешком направились к народному рынку в центре города.
Город менялся буквально каждую неделю. Ещё на прошлой за пределами квартала была голая земля, а теперь всё зеленело и пышно разрасталось. Если только не шёл дождь, здесь строили каждый день — то дорогу чинили, то дома возводили, а чаще и то и другое одновременно. Подобную бурную деятельность трудно было наблюдать даже в Королевском городе.
Народный рынок располагался к северу от площади и делился на два участка, разделённых платанами. Справа был бюджетный сектор — подобие базара, с прилавками, открытыми к улице со всех сторон и прикрытыми деревянными навесами. Тут продавались доступные железные изделия и сельскохозяйственная продукция: первые — орудия труда, молотки, сверла и гвозди, вторые — яйца, говядина, виноград и кое-какие продукты, которых она не могла назвать по имени. Товары были разложены по прилавкам в определённом порядке, и за каждым прилавком следил отдельный продавец.
Слева располагался сектор премиальных товаров — значительно меньший по площади, окружённый кирпичной стеной и больше похожий на одноэтажное строение. Товары здесь были самыми разными и заметно дороже, из-за чего и людей было гораздо меньше. На второй день после приезда в город Айрин уже утащила её сюда на осмотр, и если бы не главный рыцарь, который сказал, что сегодня будет редкий завоз новых товаров, она бы предпочла пойти в таверну и выпить две кружки охлаждённого эля.
Зарегистрировавшись, они вошли в сектор премиальных товаров. Система продажи здесь была весьма оригинальна: у всего рынка был один вход-выход, товары стояли на полках, и можно было выбирать самостоятельно. Торговаться не позволялось, и никто не кричал с прилавков, рекламируя свой товар — цены и описания были написаны на пергаментных листах и прикреплены рядом. Достаточно было выбрать нужное и подойти к выходу для оплаты.
Мэйи обратила внимание, что на первой полке из цветных кружек осталось около десятка — узоры на них были точно такими же, как в прошлый раз. Это означало, что за целый месяц они так и не были распроданы до конца. Для обычного торговца это гарантированный убыток.
— Этот рынок действительно учредил Ваше Высочество? — спросила она.
— Верно, — кивнул Картер. — Поэтому вы и видите здесь столько удивительных товаров. — Он прошёл к третьей полке. — Например, вот это.
— Э... это те самые редкие новинки? — Мэйи подошла к рыцарю и увидела на полке пять-шесть бледно-жёлтых квадратиков, каждый размером примерно с ладонь. Сразу было непонятно, для чего они предназначены.
— Это собственноручно изготовленные вещи Вашего Высочества. Сейчас в замке все ведьмы — кхм, то есть пажи и личная стража — ими пользуются. Если мыться с этим, можно без труда счистить жирную грязь, которая плохо отмывается обычными средствами, после чего появляется совершенно непривычное ощущение свежести, а ещё на теле остаётся аромат роз. Клянусь, при мытье нет ничего более волшебного. — Главный рыцарь говорил это с непоколебимой уверенностью.
Мэйи взглянула на пергамент, прикреплённый рядом, и прочитала выведенную на нём цепочку выдуманных слов: душистое мыло. (Продолжение следует.)