«Похоже, сработало магия эволюции.»
«Магия эволюции?»
«Да. Тайное искусство, которое "я" дала Кеосбергу. Чем сильнее его ранит враг, тем крепче становится его тело — и тем быстрее оно восстанавливается.»
Во дворе Дворца Богини.
В разгар смертельной битвы, когда наступил небольшой патовый момент, Сардин произнесла это почти шёпотом. Она мельком перевела взгляд на ночное небо — не на луну, не на звёзды и не на мелькавших ангелов, а куда-то вовне, в иное место.
Вероятно, Сардин, как и я.
Судя по всему, она тоже способна в определённой степени отслеживать передвижения своих подчинённых, даже находясь далеко от них.
«Кеосберг... сражается с Тией?»
«Да. Раз уж это магия активировалась, Кеостия не может победить. Каждый раз, когда она наносит удар, противник становится только сильнее.»
«Довольно удобная способность. В игре чего-то подобного не было.»
«Верно. Её отвергли.»
«Отвергли?»
«Кеосберг в моём первоначальном замысле должен был трансформироваться до седьмой формы. Но "слишком затяжные бои" — по такой жалкой причине от меня отвергли проект. Ах...! Я же продумала столько вариантов дизайна для всех семи стадий!»
Так вот как оно — она заставляет Тию сражаться с Владыкой демонов, которого выбросила на свалку отвергнутых идей.
Женщина, движимая исключительно личными капризами.
Для ложной богини Сардин люди и демоны, живущие в этом мире — лишь пешки, до которых ей нет дела. Действительно, она руководствуется лишь такими чувствами, как «хочу посмотреть на несчастную женщину» и «хочу воплотить гениальную идею, которую никто не понял».
«В этом мире именно "я" — бог. Мои замыслы и мои истории никогда не отвергаются. Здесь я могу реализовать все свои идеалы... А вы пытаетесь мне помешать. Разве вы не понимаете, какое это безумие?»
«Какая мне разница. Этот мир — не игра. Если ты будешь вертеть его по настроению, это лишь доставит неудобства.»
Я сказал это решительно и без колебаний. Эта женщина из тех, кому нельзя позволять ставить себя выше других. Если она продолжит оставаться на троне богини — без преувеличения, мир будет обречён.
«...Господин. Разговор с этой женщиной, я считаю, бесплоден.»
«Ну, конечно, ты прав. Оно настолько абсурдно, что хочется возразить, но… с абсурдными людьми обычно молча блокируешь и сообщаешь о них.»
Я согласился с Эрис.
Как по сигналу, Кэролейн и Луна также принялись готовить своё оружие. Кокорору, в облике брони, надёжно укрепляет оборону.
«Сильные карты» Сардина — «Ослепительная волна» и «Святая волна (Кнопка сброса)» — запечатаны, а мужественные ангелы, сражающиеся вокруг, постепенно подавляются обращёнными в вассала ангелами. Тогда, похоже, её магия эволюции и есть последний козырь.
«Фу-фу-фу…»
Сардин зловеще улыбался. Эта улыбка напоминала боссов из РПГ, которые время от времени появляются, лишь наблюдают и не атакуют. И обычно за таким пассивным поведением скрывается сила, которую они сдерживают. Часто они позволяют атаковать себя сначала, а потом бьют в ответ, уничтожая героев. Бывает и так, что это проигрышные сражения.
(…Нет, не стоит думать лишнего.)
Я отогнал навязчивые мысли и вперил взгляд в Сардина.
В любом случае, расслабляться нельзя, пока я не поражу его наверняка.
То, что он стал ходить на двух ногах, вовсе не означает, что отец вдруг стал сильнее. Решив, что это так, я продолжал атаковать.
Если его руки восстановились, я должен был сбить их снова. Если это не помогало, проколы в животе или груди, вероятно, не дали бы ему подняться. Опираясь на эти расчёты, я летал на крыльях, сотканных из магической энергии, кружил вокруг отца, как шмель, наносил удар и отступал, колол и снова отходил.
Однако мои расчёты были наивными.
Большой шрам ли, маленькая царапина ли — с каждым истекающим кровью ранением тело отца восстанавливалось и ещё больше укреплялось.
Руки отца стали четырьмя. Из обоих плеч выросли змееподобные отростки, а хвост раздвоился на три. Зубы вытянулись, лицо стало ещё страшнее. Уже и без того крупное тело снова выросло в размерах.
Сколько раз он уже менялся, я не считал. Бой затягивался. Из-за этого количество магической энергии, вливаемой в моё тело, начало постепенно убывать. Магические нити, тянущиеся от тел Мистоса, Зефта и Ульфы, становились всё тоньше, готовые оборваться в любой момент.
(Беда...!)
Я немедленно обдумал возможность отменить принудительное подношение (жертву). Этот навык, высасывающий энергию из пригвождённых к крестам, — сейчас мы с Мистосом, Зефтом и Ульфой всё ещё связаны магическими нитями, и я постоянно питаюсь их силой. Если бой продлится, жизнь этих троих сгорит.
Но если я отменю навык, моя сила вернётся к прежнему уровню. Тогда я не смогу проявлять сверхспособности как сейчас.
(Однако отца нужно убить здесь… Этот монстр, если его оставить, наверняка начнёт бушевать, вовлекая в это обычных солдат.)
Следовательно, отменять навык нельзя.
Отсечь голову или пробить сердце. Убить мгновенно, не дав времени на регенерацию...!
Использовав крылья, созданные из магической силы, я ринулась в воздух навстречу отцу. Разумеется, не атаковала напролом. Подлетела дугой, нацелившись на правый бок. В ответ на это змееподобные двуглавые отростки, выросшие из плеч отца, извергли потоки огня и льда. Воздушный маневр — резкий вираж — и я проскользнула между огнём и льдом, лишь слегка задев их!
«Вот оно!»
Собственное пламя и ледяная струя заслоняли обзор отца. Я воспользовалась этой брешью, мгновенно переместившись к его левому боку. Клинок руки, наполненный магической энергией, обрушился на висок! При удаче это будет смертельный удар... резкий и мощный!
Грох!
«Что...?!»
Я распахнула глаза.
Ещё мгновение назад мой удар мог пробить шкуру отца, раздробить плоть и сломать кости, но теперь его висок лишь отбил атаку. Не то чтобы пробить — я не смогла даже поранить его.
(Сила воздействия упала...? Нет, не так. Ощущаю иной поток магической энергии на поверхности тела отца, нежели прежде. Это...)
«Защитная магия...?»
«ГРООО！！！！！！！！！！»
Отец рыкнул. Его магически окрашенный рёв стремился разрушить моё тело. Я поспешно отлетела прочь.
«Отцовская защита».
Когда-то отец неизменно носил это защитное заклинание, и оно унаследовано моим телом. Да, именно эта защита препятствует завершению похотливого клейма.
Название нелепое, поэтому я никогда не произносила вслух имя этого навыка. Но, несмотря на незвучность, это мощное умение. Оно наделяет тело высокой сопротивляемостью к любым атакам, усиленным магической силой.
Следовательно.
Пока я усиливаю кулаки магией, мои атаки не действуют на отца.
(Надо быстрее... если не одолеть его сейчас, Мистос и остальные действительно погибнут...!)
Я приземлилась в стороне от отца, приумолив. Вероятно, «Отцовская защита», которой ещё мгновение назад не было, проявилась в процессе мутации его тела. Враг силится всё сильнее. Мне необходим удар, способный убить с одного раза, но сейчас я не располагаю средством с такой разрушительной мощью.
(Но… я понимаю. Есть ещё один способ стать сильнее, чем сейчас… и я знаю, как его применить…)
Я бросил(а) взгляд вниз — на свою нижнюю часть живота, к похотливому клейму. Неполное сердечко, в отличие от знаков на вассалах Аша. Благодаря «отеческой защите» оно не оформилось полностью. Но что, если сознательно снять эту защиту? Я легко впаду в состояние зависимости, стану одним из вассалов Аша.
Сейчас я нахожусь в промежуточном состоянии — наполовину вассал, из-за чего лишён(а) тех благ, что даёт клеймо. Тот, на кого нанесено клеймо, принимает своё положение слуги Аша и, произнеся клятву верности, становится ещё сильнее. Тонкости механизма мне не ясны, но, вероятно, тело и разум оптимизируются под состояние вассала, исчезает всё «лишнее».
Если и моё клеймо будет завершено, я стану сильнее, чем сейчас.
Но я совершенно отчётливо понимаю, что, сделав этот шаг, обратного пути уже не будет…