Экипажи остановились у обочины. Братья Чом были заняты тем, что сцепляли повозки друг с другом, чтобы один человек мог управлять всем обозом.
После бурных пререканий ведьмы наконец поддались уговорам Энни и вместе с Шутом первыми скрылись в лесу.
Вскоре дошла очередь до Йоко и остальных.
— Лорд, нам тоже пора, — мимо него прошёл Яньшань с мешком зерна за плечами. — Иначе, если нас обнаружат, все старания будут напрасны.
— Подождите. Я хочу ещё сказать ей пару слов.
Он думал, что на принятие решения уйдёт масса времени, но всё решилось меньше чем за четверть часа.
Той, кто вызвалась, оказалась Номер семьдесят шесть.
Хотя Яньшань и Энни тоже предлагались остаться, чтобы прикрывать отход, Йоко, будучи номинальным лидером отряда, в итоге выбрал именно её.
— Я пять лет проходила боевую подготовку в «Тёмных деньгах», быстро бегаю, так что не стоит обо мне слишком беспокоиться, — слова Номер семьдесят шесть были просты, просты как обычное прощание. — Разве не говорили, что впереди есть деревня? Когда я доведу туда экипаж и смешаюсь с жителями, они точно меня не найдут. А когда всё уляжется, я присоединюсь к вам — на пограничном городе Грэйкасла, только ждите меня там.
Однако волшебник тихо сообщил ему, что деревня находится в тридцати ли отсюда, и тому, кто останется, практически невозможно будет добраться туда раньше рыцарей. К тому же скорость обоза после сцепления экипажей резко упадёт, и шансы становились ещё более призрачными.
Если преследователи пришли не по приказу Повелителя Рассвета и не за ведьмами, то всё это была ложная тревога. Но если обстоятельства складывались так, как опасался волшебник, то, как рыцари выпустят свою злость на Номер семьдесят шесть, когда поймут, что их обвели вокруг пальца, Йоко мог представить и с закрытыми глазами.
Он смутно осознавал, что если обоз перехватит рыцарский отряд из Королевского города, единственный, кто имеет шанс выжить, — это он сам. Ампейн Моя, возможно, воспользуется этим, чтобы потребовать у Роланда большой выкуп, а заодно позлословить, выставляя его посмешищем среди знати, но на гильотину его вряд ли отправят. Все остальные, попав в плен, по сути, обречены.
Возможно, именно он должен был остаться и привлечь внимание преследователей.
Йоко тоже несколько раз хотел выйти вперёд, но страх сковал его ноги, и так ни разу и не смог произнести тех слов.
Посол — лицо короля, я не могу позволить им схватить меня и насмехаться, ведь это равносильно оскорблению короля Грэйкасла. Он мог лишь утешать себя этим — иначе ему было бы невозможно даже взглянуть Номер семьдесят шесть в глаза.
Чёрт возьми, она ведь всего лишь рабыня, которую он купил.
Йоко подошёл к Номер семьдесят шесть и собирался сказать что-то, но та опередила его: — Лорд, это мой собственный выбор, он не имеет отношения к «Тёмным деньгам». Хотя Серебряная Маска всегда учил нас быть готовыми пожертвовать собой ради «Тёмных денег», мне это место никогда не нравилось. Я думала, что проживу всю жизнь под землёй, угождая тем клиентам, а в старости либо стану новой Серебряной Маской, либо меня переведут в прислугу, и я навсегда останусь в подземельях. Но вы забрали меня оттуда, и теперь я могу чувствовать ширь окружающего мира. У меня нет ни единого сожаления. Быстрее уходите в лес, иначе будет слишком поздно.
— Но…
— Спасибо вам, лорд, — Номер семьдесят шесть улыбнулась. — Без ваших слов я, возможно, давно была бы мертва в тех подземных пещерах. Эта жизнь принадлежит вам. К тому же со мной ещё может всё обойтись. Если будет возможность — увидимся в Грэйкасле.
— Лорд, мы должны идти, — позвали из-за спины братья Чом.
Йоко глубоко вздохнул и развернулся.
Да, она всего лишь рабыня.
Это был наилучший выбор.
Он повторял себе это, но в груди словно что-то застряло.
Перед тем как войти в лес, Йоко обернулся в последний раз. Обоз уже тронулся вперёд под управлением Номер семьдесят шесть. Она не останавливалась и не махала вслед — словно это было самым обычным прощанием.
Таким же простым, как и причина, по которой она вызвалась.
Вскоре тени деревьев скрыли её от его взгляда.