Воспользовавшись удобной минутой на следующем заседании совета, Йоко попросил о встрече с Господином Рассвета.
По всей видимости, недавнее подписание мирного договора смягчило расположение монарха — просьба была удовлетворена почти без промедления, и двое рыцарей в изящных доспехах проводили его в тронный зал дворца.
Два-три месяца назад он не раз пытался добиться аудиенции у Вашего Величества, но все его просьбы канули в Лету, не получив ни единого ответа. Теперь же он искренне желал бы, чтобы король Ампейн относился к нему точно так же, как прежде — игнорировал и не замечал.
К сожалению, действительность редко складывается так, как хочется.
Когда он вошёл в зал, заседание совета, похоже, уже подходило к концу.
Молодой монарх полулежал на троне и весело беседовал со своими министрами, и лишь увидев, как Йоко опускается на одно колено, Ампейн выпрямился: «Не стесняйтесь. Говорят, вы привезли письмо от Роланда Уимблдона?»
«Да, Ваше Величество,» — Йоко ответил, сглотнув трудности. — «Он поздравляет вас с коронацией и выражает надежду на долголетнее дружество между нашими государствами.»
«Это довольно необычно,» — Ампейн Мойя улыбнулся. — «А подготовил ли он какой-нибудь подарок?»
«Э-э… конечно,» — посол выручил себя на ходу, — «обоз с дарами ещё в пути. Это письмо было доставлено верхом на почтовых лошадях.»
«Помню, когда короновали Уимблдона Третьего, мой отец отправил в Грэйкасл посольство из двухсот человек, а на одной только повозках с подарками было одиннадцать — золотые изделия, отборные вина, шёлка, красавицы… Буду очень любопытствовать, чем Роланд ответит на этот жест.»
Смешки одобрения прокатились по рядам министров.
Такое вообще бывало? Йоко почувствовал, как пересохло во рту. Почему ни единым словом не было упомянуто о подарках в письме? Что он сам не знал — ещё простительно, но чтобы сам Роланд не знал?!
«Сказал ли он что-нибудь ещё?» — спросил Ампейн.
На мгновение Йоко даже хотелось попрощаться и уйти, но стоило ему подумать о последствиях: разгневать Господина Рассвета — максимум, его выгонят из Королевского города и закроют двери знати; а вот подвести Роланда — и его место посла займёт кто-то другой. Он сдержался.
«Ваше Величество… э… он также просит вас прекратить преследование ведьм и предоставить им статус свободных людей,» — Йоко произнёс через силу. — «В противном случае Грэйкасл не сможет закрывать глаза на подобные действия — Церковь тому лучший пример.»
Как только эти слова прозвучали, в зале воцарилась абсолютная тишина.
Посол ощутил, как на лбу выступила мелкая испарина.
«Роланд Уимблдон и впрямь так сказал?» — спустя долгую паузу наконец заговорил Ампейн Мойя. — «Дайте мне это письмо.»
Немедленно подошёл один из рыцарей и выхватил у Йоко пергаментный свиток.
Хоть Йоко и не решался встретить взгляд Господина Рассвета, он и так слышал, что тон его изменился — стал холоднее.
Вспомнив, что большую часть письма занимают обвинения и угрозы, Йоко почувствовал, как у него в горле застрял ком, и чуть не разрыдался прямо в тронном зале.