Ситуация в Королевском городе Рассвета в последнее время стала нестабильной — это чувствовал даже Йоко, который не особо интересовался политикой.
С тех пор как новый король взошёл на трон, каждый день на улицах можно было увидеть стражников, врывающихся в дома жителей для обыска. В тавернах чаще всего обсуждали бунт пограничных лордов, на выставке стало заметно меньше иностранных товаров, а торговый караван, оформленный на Йоко, даже временно приостановил перевозку рабов.
Хилл рассказывал, что Ампейн Мойя не только принял всех рабов из Вольфсхарта, но и даровал им статус свободных людей — благое дело, которое, однако, мешало планам Вашего Величества Роланда.
На этот счёт у Йоко не было никаких возражений. Караван был предоставлен ему Дэннис, плата за рабов не требовала никаких вложений — заработать хоть что-то было лучше, чем ничего, а потерять это не было больно. Пока он оставался послом Грэйкасла, подобные преимущества сами находили к нему дорогу.
А вот дело с союзом получило новое развитие.
На третий день после коронации Ампейна его вызвали в королевский дворец, где он подробно ответил на вопросы нового короля относительно союза. А когда в Королевский город дошла новость о разгроме Церкви на Хребте Холодного ветра, Ампейн с удовольствием поставил свою печать на договоре.
Таким образом, первое поручение Вашего Величества было официально выполнено.
Однако тем же вечером Хилл вылил на него ведро холодной воды.
Он помнил, что тогда телохранитель сказал: — Этот союз слишком запоздалый, боюсь, он уже не поможет. К тому же отношение нового короля к ведьмам, вероятно, вызовет отвращение Вашего Величества. Предыдущий, кто так поступал — Тимоти, — ярко это доказал. Этот пергамент лучше оставить себе на память.
О то, как Роланд Уимблдон ценит ведьм, знал каждый, но разрывать союз с соседней страной из-за ведьм? Йоко счёл это преувеличением.
Тем более что то, как правителю Рассвета управлять своим королевством, было его личным делом. Даже если Ваше Величество будет испытывать отвращение, что он сможет предпринять? Семья Мойя была правящей династией Рассвета поколениями — посторонним туда вовсе не было доступа.
Тем не менее он по-прежнему стоял на стороне своего старого друга — ведьмы были настолько красивыми и выдающимися, что никак не могли показаться слугами дьявола.
Йоко покачал головой, отбросив все эти мысли. Он был всего лишь послом — его дело честно передавать волю Вашего Величества. Что касается политических метаний и перемен, до них ему не было никакого дела.
Пока было ещё рано, он собирался навестить Дэннис, а уж потом решить, как скоротать вечер.
Но едва он собрался выйти, как старший сын Лосси неожиданно явился к нему.
Йоко мысленно вздохнул — этот тип никогда не приносил ничего хорошего. Раньше его письма якобы касались вопроса выживания Грэйкасл, потом он горячо утверждал, что новый король стал совершенно другим человеком по сравнению с детством — каждая новость была невыносимой головной болью. Если бы Хилл не настаивал на поддержании этого канала связи, он бы предпочёл не замечать Отто Лосси вовсе.
Едва вызвав Хилла для подстраховки, он провёл гостя в гостиную.
— Опять у тебя есть новости из дворца для Вашего Величества?
— Пока нет, — Отто как свой налил себе чай. — У тебя есть планы на вечер?
— Есть. — На самом деле ещё не было, но Йоко хотел, чтобы тот оставил его в покое. Дэннис обещала утончённые удовольствия, а Отто гарантировал лишь бессонную ночь.
— Тогда отмени, я хочу тебя попросить об одной услуге. — Он протянул чёрный конверт.
Йоко вскрыл его и обнаружил внутри приглашение, скреплённое печатью в виде чёрной драконьей головы — точно такой же, что красовалась на золотом драконе.
Прочитав его, Йоко покачал головой. — Ты хочешь, чтобы я сопроводил тебя на выставку? Денег на аукцион за тебя у меня нет.