……
Когда они уходили, Пепел, шедшая за Пятой принцессой, вдруг остановилась, повернулась и произнесла: — Я должна вам извинение, Ваше Величество.
Это был первый случай, когда Роланд услышал от неё обращение на «вы». — Ничего, — ответил он. — Я тоже отчасти виноват в случившемся в замке...
— Мы все знали, что это были не вы, — покачала головой Пепел. — Такой человек не смог бы повести нас к победе над Церковью и не дал бы ведьмам столько свободы и доверия. Простите, что я поверила лишь после того, как вы одолели Церковь. — Она помолчала. — Каждая ведьма запомнит всё, что вы сделали, и вы намного лучше подходите на роль старшего брата госпожи Тилли, чем он.
Раз Пепел способна была сказать такое — значит, и сама Тилли так считала. В итоге до самого конца они так и не поверили, что он и есть четвёртый принц... Роланд не то чтобы рассердился, не то чтобы обрадовался — неужели это своеобразный способ признания?
Глядя на сестру, улыбавшуюся позади Пепела, он вдруг кое-что понял.
Ведьма-Исключение приложила правую руку к груди и слегка поклонилась. Чёрный хвост соскользнул с плеча, а золотые глаза сверкали, словно яркие звёзды на фоне закатного неба.
— Посланница Пепла кланяется вам, Ваше Величество.
*******************
Три дня спустя Андреа дождалась долгожданного прощального банкета.
Не потому что хотела уезжать, а потому что ждала новых угощений, о которых заявил Ваше Величество.
С момента прощания она не могла забыть о том, что лорд обещал ей нечто более вкусное, чем мороженое, и возлагала на это огромные надежды. Однако война с Церковью была слишком серьёзным делом, и она не решалась напомнить о своём желании. Теперь наконец её мечта могла осуществиться.
Банкет устроили не в замке, а в расширенном саду за дворцом.
Пройдя через галерею из оливковых деревьев и войдя в самое сердце сада, Андреа ещё до того, как увидела еду, ощутила невероятно насыщенный аромат, ворвавшийся ей в нос. Кристальная рыба из ледников Вечной Зимы? Яйца на сто вкусов из утёсов Вольфсхарта? Или знаменитая свежестью и ароматом радужная форель из Фьордов? Нет... ничего из этого — она никогда прежде не чувствовала столь пьянящего запаха. Даже самые редкие ингредиенты не способны дать столь насыщенного аромата.
— Мне вдруг стало очень голодно, — воскликнула Шавэй.
— Вы всё время живёте так на Западных землях? — Молиэр облизнулась. — Как же можно не завидовать!
— Мне-то такие угощения доставались лишь изредка, — Хэфэн обняла Лянь и Ивелин. — Завидовать стоит именно им.
— Такие банкеты бывают не каждый день, — пояснила Чжухо. — Обычно десерты делают раз в три дня.
— Только раз в три дня... — Молиэр закрыла ладонью лицо. — Почему мне кажется, что ты хвастаешься?
«Ой, я ничего такого!»
«Слышь, не пускай слюни!» — Пепел бросила взгляд на Андрею, хотя и её собственное горло непрерывно подрагивало.
Андрея на этот раз не ответила язвительной колкостью, как обычно, — её внимание было целиком приковано к нескольким круглым пням, расставленным по одной стороне сада.
На первый взгляд они казались выросшими прямо из земли: толстые стволы, которые с трудом могли бы обхватить семь-восемь человек, а посередине клубился горячий пар — словно что-то горело внутри.
Подойдя ближе, она обнаружила, что пни были полностью выдолблены изнутри, а на вершине каждого стояла огромная чугунная кастрюля — густой аромат исходил из бурлящего в ней бульона.
А на невысоких столиках рядом с пнями громоздились всевозможные продукты — несмотря на разнообразие, это были самые обыденные, повседневные продукты, никаких деликатесов. Другое, что её сбивало с толку, — все продукты были сырыми.
Такой формы банкета Андрея раньше не видела: ни слуг, снующих между гостями, ни белых скатертей, ни музыки, ни толпящейся публики — все расселись вокруг пней, и, судя по обстановке, приходилось готовить самим.
Как и ожидалось, когда все ведьмы собрались, Роланд хлопнул в ладоши и объявил начало пиршества: «Это хуого-банкет! Правила просты: кладёте любимые продукты в кастрюлю, ждёте, пока сварятся, — и наслаждайтесь!»
Осень — самое подходящее время для хуого. Этот способ приготовления любим простым народом: обращаться с ним несложно, всё понятно с первого взгляда, а даже самый простой овощ приобретает превосходный вкус. Главное преимущество — он объединяет: все садятся вокруг, делят еду из одной кастрюли, и по сравнению с парадными ужинами в подобающем стиле такое застолье гораздо лучше сближает людей. А как прощальный ужин он помогает развеять тоску и грусть перед расставанием.
Душа хуого — это бульон. Кулинарные приёмы этой эпохи были невероятно однообразными: обычно один ингредиент давал один вкус, и потому качество самих продуктов имело первостепенное значение. Роланд приказал повару смешать в кастрюле разнообразные продукты с ярко выраженным вкусом — целых цыплёнков, свиные кости, грибы-поцелуи, морепродукты и специи, — и полученный бульон оказался настолько богат по вкусу, что его невозможно было бы получить из одного-двух ингредиентов, приготовленных по отдельности.
Что касается стола для хуого в природном стиле — его создала Ливз. Благодаря «Сердцу леса» растения могли быстро расти по её желанию и принимать нужную Роланду форму без какой-либо дополнительной обработки. Внутренняя поверхность пня была покрыта термоизоляционным слоем, поэтому даже зажжённая спиртовка не могла его поджечь — напротив, температура постепенно распространялась по всему стволу, и стоит приложить ладони к столешнице, как ощущается приятное тепло.
Когда Андрея опустила в рот кусочек сваренного мяса, густой и насыщенный вкус заставил её непроизвольно тихо застонать.
Десятки ингредиентов по очереди обрушивали свой аромат на её язык, а раскалённый бульон, стекая по горлу в желудок, создавал ощущение, совершенно противоположное мороженому с булочками, — но точно так же не давало остановиться.
По правилам светской этикетки следовало сначала съесть всё со своей тарелки, а уже потом набирать новое блюдо. Но новинка, придуманная Вашим Величеством, явно не подчинялась таким правилам, — иначе можно было остаться с пустой тарелкой, пока все остальные вылакают бульон досуха.
Сёстры за общим столом тоже не блестели изяществом — вернее, формат хуого просто несовместим с изяществом. Даже перед леди Тилли было аккуратно расставлено несколько тарелок с проваренными деликатесами, а Пепел и вовсе несколько раз ложкой накидывала ей в миску мяса.
— Настоящий вкус еды — в её первозданности... ничего не добавляй, и бульон будет ближе к первозданному вкусу, — кто это говорил? — Ведьма-Исключение подражала её тону. — Кажется, кое-кто считал рафинированную соль и специи варварским способом приготовления и утверждал, что настоящая знать никогда не опустится до подобного. Не очень-то похоже на то, что я вижу?
Раньше Андрея, возможно, вступила бы в словесную перепалку и даже почувствовала лёгкую тоску, но теперь она понимала, что действительно важно.
Наслаждаться моментом куда важнее, чем тратить слова впустую.
Она невозмутимо бросила взгляд на Пепел, без колебаний отстранила её ложку и собрала в свою миску всплывший кусок мяса.
На этот раз Андрея наелась вволю и осталась вполне довольна.