«Точное использование дворянского языка, умение обращаться к разным людям с надлежащими титулами и почтением — это весьма кропотливый курс!»
Антони протёр небольшую доску за спиной: «Но прежде чем мы начнём, я хотел бы познакомить тебя с одним божеством…»
Антони вынул из-под одеяния медальон — с изображением Священного Знака в виде книги, окутанного туманным сиянием.
«Узнаёшь его?» — тихо спросил Антони.
«Да! Это
Улыбка Антони стала ещё шире: «Верно!
Он взглянул на Лейлина многозначительно: «Вместе с тем, он является и богом вашего рода Фаолан. Ты молился когда-нибудь?»
«Я видел, как делали это родители!» — ответил Лейлин. В конце концов, от маленького ребёнка многого требовать нельзя.
«Отлично! Повторяй за мной!»
Лицо Антони стало набожным и священным: «Великий бог знаний, вы — источник всякого ведения, хранитель истины…»
Лейлин мысленно перевёл взгляд вверх, но вслух был вынужден повторять молитву: «…Свет ваш рассеялся по всему миру, изгнав дикость и невежество, даровав нам свет цивилизации…»
Тонкий детский голос эхом звенел в маленькой гостиной, а за дверью на лицах Джонаса и Сары расплылись улыбки.
«Так вот, оказывается, этот учитель не только языку меня учит, но ещё и религии…»
На душе у Лейлина было немного мрачно, но выражение его лица оставалось серьёзным и сосредоточенным — ни тени нетерпения. Антони мысленно одобрил это.
На самом деле Лейлин прекрасно понимал, что этого не избежать.
Влияние богов на этот мир было слишком велико. Чтобы сохранять здесь маскировку, он должен был превратиться в истинного верующего.
Человек без веры в мире богов — существо чудовищное, для него нет места в этой действительности.
Однако, к счастью, боги оказывали сильное воздействие и ставили свои отметины лишь на души искренне верящих и фанатично преданных им смертных, а на тех, кто лишь слегка омыт божественным сиянием, — на полуверующих — практически не обращали внимания.
А ещё прекраснее было то, что степень чьей-либо веры оставалась для окружающих абсолютно незаметной — если только человек не служил богу в качестве жреца.
В конце концов, это всего лишь регулярные молитвы и случайные пожертвования в церкви — чистая формальность. Рэй Линь чувствовал, что сможет прекрасно справиться с этой ролью.
Бог знания Огма, насколько Рэй Линь знал, был божеством, которому поклонялось множество дворян и учёных — или, если можно так сказать, интеллигенции.
А эти две категории людей — одни ценили лишь собственную выгоду, другие обращали внимание исключительно на практические правила — своей набожностью похвастать явно не могли. Рэй Линь, встроившийся в их ряды, не выглядел бы чем-то выдающимся, и это можно было считать одним из лучших вариантов.
— Если бы я выбрал не это, на территории семьи Фаолан не осталось бы другого божества — только бог страданий Илматер!
Рэй Линя по всему телу пробежала дрожь.
Илматер был божеством, пронизанным духом самопожертвования и отречения; его учение в основном призывало верующих к терпению и послушанию, и правители очень любили вводить его на своих территориях.
Барон
Хотя барон и очень хотел привлечь на территорию церковь богини богатства — Вокин, — до сих пор ничего не вышло.
Торговля на всём острове ещё не была достаточно развита, не говоря уже о том, что две другие церкви совместно её бойкотировали. Жрецы богини богатства, прекрасно понимавшие, что заработать важнее, чем проповедовать, разумеется, не слишком высоко ценили этот остров.
— Превосходно!
Увидев, как из церковного знака поднимается столб белого святого света и окутывает Рэй Линя, Антони улыбнулся так широко, что каждая морщинка на его лице разгладилась.
— Великий бог знания принял твою молитву. С этого момента ты сможешь вместе с родителями ходить в Храм знания и церковь, участвовать в священных церемониях и жертвовать…
— Это будет для меня честью! — ответил Рэй Линь по скрипту, в глубине души испытывая облегчение. «Как и ожидалось, моя душа уже полностью стала местной для мира богов и не вызвала ни малейшего подозрения. Теперь, если я буду поддерживать этот уровень веры и не привлекать внимания, точно не будет никаких проблем…»
Разумеется, Рэй Линь понимал, что путь жреца для него полностью закрыт.
Ведь требования к вере жрецов были чрезвычайно строгими: нужно было не просто полностью понимать и следовать учению божества, но и полностью принадлежать душой самому божеству.
Если бы его собственная душа оказалась под взглядом богов, Рэй Линь не был бы уверен, что сможет что-либо скрыть.
— Хотя, с моим-то отношением, вряд ли я смогу соответствовать даже самому низшему рангу жрецов…
Рэй Линь был немало смущён собственными мыслями.
— Ладно, давай начнём урок. Кстати, твой отец платит мне за обучение по три золотых за песочный час!
Антони начал писать на доске затейливым каллиграфическим почерком, выглядевшим одновременно сложным и изящным.
«Три золотых?» — Рэй Линь тихо воскликнул. Даже такой маленький ребёнок, как он, знал, что в мире богов покупательная способность золотых монет чрезвычайно велика.
«Знание бесценно…» — Антони довольно кивнул, оценив реакцию Рэй Линя, и приступил к утреннему уроку.
Такой уровень преподавания для Рэй Линя не представлял собой ничего особенного, и даже чтобы скрыть свою выдающуюся одарённость, он намеренно значительно снизил скорость обучения.
Тем не менее, продемонстрированные им способности произвели на Антони огромное впечатление, и он щедро восхвалил Рэй Линя перед баронской четой, даже предсказав, что тот станет великим учёным. От этих слов в глазах госпожи Сары заблестели маленькие звёздочки, а барон подхватил мальчика и закидал его в воздух на несколько кругов.
Под присмотром служанки насладившись обильным обедом, Рэй Линь последовал за бароном на маленькую тренировочную площадку позади поместья.
Обычно это место использовалось крестьянами для сушки зерна, поэтому оно казалось очень просторным, а с одного края стояла деревянная стойка с различным оружием — кувалдами, короткими мечами, копьями и рыцарскими пиками.
Воин в кожаном доспехе уже ждал в центре площадки.
«Рэй Линь, это наш начальник стражи — ты можешь называть его дядей Якобом!» — барон представил мальчика.
От противника Рэй Линь явно ощущал ту самую ауру свирепости, что выковывается лишь среди гор трупов и морей крови, а также огромную силу — тот явно тоже владел какими-то сверхъестественными способностями и был профессионалом.
«
«Твой дядя Якоб всё это время возглавлял патрульную службу в порту. Я специально вернул его оттуда, чтобы он занимался твоей боевой подготовкой. С этого момента он будет твоим учителем боевых искусств. Ясно?»
Голос барона стал серьёзным.
«Учитель Якоб!» — Рэй Линь мысленно закатил глаза и снова почтительно поклонился.
«Якоб, я поручаю тебе Рэй Линя!» — Джонас хлопнул Якоба по плечу.
«Будьте спокойны, милорд!» — Якоб выпятил грудь. — «Я передам маленькому господину всё, чему сам научился!»
После ухода барона на площадке остались только Рэй Линь и Якоб.
«Прежде чем начинать воинскую подготовку, хотелось бы спросить, маленький господин — знаете ли вы, что такое профессионал?»
У Якоба было очень грубое, суровое лицо, а многолетняя боевая служба наделила его зловещей аурой — даже когда он старался улыбаться мягко, его вид мог расплакать большинство малышей.
«Кажется, слышал кое-что…» — Рэй Линь потёр затылок пальцами.
«Профессионалом называют того, кто овладел огромной силой. Особенно профессионалы пятого уровня и выше — даже в других странах к ним относятся с особым почтением!»
Похоже, желая усилить свою убедительность, Якоб напряг мышцы правой руки — они раздулись и покрылись слоем тусклого свечения.
«Смотрите! Вот способность, которую получают лишь воины пятого уровня и выше — боевая энергия!»
С громким криком Якоб ударил кулаком в землю.
Грохот! Пыль поднялась вверх, и казалось, что на всей площадке произошло небольшое землетрясение. Когда пыль осела, рядом с Якобом зияла большая воронка.
«Ууаа…» — Рэй Линь открыл рот пошире, изображая искреннее удивление — точно так же, как и остальные дети. Однако на деле он мысленно оценивал способности Якоба.
«Эта разрушительная сила… примерно сопоставима с рыцарём, активировавшим Энергию Жизни. Впрочем, из-за более строгих ограничений на сверхъестественные способности в Мире Богов его реальная боевая мощь должна быть выше — примерно на уровне волшебника первого уровня…»
Рэй Линь мысленно всё подсчитывал, а Чип уже вывел данные о противнике прямо перед его глазами.
[Якоб — Уровень воина: выше пятого (недостаточно данных). Оценка силы: ? Оценка ловкости: ? Оценка выносливости: ? Оценка духа: ? Заключение: опасен!]
«Эх… моё тело так слабо, что даже сканирующие способности Чипа оказались ограничены!»
Рэй Линь мысленно вздохнул, но зато теперь примерно представлял уровень силы Якоба.
«Я всего лишь воин, поэтому могу показать молодому господину лишь силу воина…»
Якоб с некоторым сожалением произнёс: «Типов профессионалов великое множество — и все они наделены загадочными и таинственными способностями…»
Было видно, что Якоб добросовестно исполнял свой долг, используя свою мощь, чтобы увлечь молодого господина на путь сильнейших.
«А ты, дядя Якоб, какого уровня воин? Расскажи Рэй Линю, хорошо?»
В этот момент Рэй Линь, разумеется, в полной мере пользовался своим преимуществом — он был ещё ребёнком, — не переставая выуживать информацию.
«Я? Всего лишь воин шестого уровня!» — Якоб смущённо улыбнулся.