Кровь... и огонь!
Везде была кровь и огонь, а также — густое море насекомых.
Дорон яростно взмахивал стальным мечом, рассекая надвое приблизившееся светолюбивое насекомое.
Когда-то острый меч был теперь покрыт отвратительной слизью всяческих тварей, а лезвие испещрено множеством зазубрин и сколов.
В нормальные времена Дорон, наверное, с ума бы сошёл от жалости к клинку, но сейчас у него не было даже времени взглянуть на меч!
Армия, погружённая в море насекомых, была подобна одинокой лодке, пробивающейся сквозь бушующий шторм, — в любой момент её могло поглотить!
Рядом с ним товарищи один за другим падали — люди и орки, — но Дорон уже не мог об этом думать. Те, кто шёл следом, просто наступали на тела предшественников.
Всех их объединяла одна мысль — надо уничтожить это злое маточное гнездо!
Это была война за выживание! Отступать и бежать было нельзя. Орки и люди создали самые бесчувственные заградительные отряды — любого дезертира убивали без колебаний, а их родных в лагере выгоняли.
— Фух... умирать здесь?
Дорон тяжело дышал, тело словно отягощённое железными грузами, в нём не осталось ни капли сил.
Однако в тот момент, когда силы были на исходе, а море насекомых готово поглотить его, перед глазами внезапно открылось пространство.
Золотой луч рассёк густое море тварей, и он увидел фиолетовое злое гнездо в самом сердце болота.
Со всех сторон едва слышно доносились священные гимны: «В сиянии Богов храбрецы не знают страха...»
В этот момент глаза Дорона загорелись.
Он увидел того мага, который убил Джимми! Тот, похоже, был тяжело ранен и пытался скрыться.
Сила, откуда бы она ни взялась, полная ярости мести, заставила Дорона снова подняться на ноги — и он неотступно погнался за ним.
Очевидно, маг получил серьёзные ранения в предыдущей схватке. Чёрный плащ был разорван, а на нём виднелись следы множественных ожогов от молний.
Теперь у него не хватало сил даже на то, чтобы открыть телепортальный портал, и он мог лишь пробираться по тропе вглубь болота.
Дорон неотступно следовал за ним. Маг явно пытался бежать, и его маршрут уже отклонился от первоначального направления к гнезду.
— Стой, проклятый выродок!
Дорон яростно метнул меч.
Свист! Тщательно выкованный клинок прочертил изящную дугу и мгновенно впился в бедро мага.
— Ух...
Маг, бежавший впереди, пошатнулся и рухнул в зловонное болото.
— Поймал тебя! — восторженно крикнул Дорон и бросился вперёд. Маг лежал ничком, из раны на бедре хлестала кровь, — похоже, он потерял сознание.
— За Джимми...
Дорон нащупал свой брошенный меч и хотел повернуть мага, чтобы взглянуть на его лицо.
Но тут из-под свитка в руке бессознательного мага хлынул поток зелёной кислоты.
Свиток кислотного распыления!
Дорон инстинктивно отклонил голову, избежав верной гибели, но правое плечо оказалось залито кровью и изуродовано кислотой.
— Чёрт! — от острой боли он без колебаний обрушил кулак на лицо мага.
Чёрная вуаль сползла, обнажив настоящее лицо — старческое, мертвенно-бледное от потери крови, с мутным, безжизненным взглядом.
Почему-то, хотя за Тёмные годы Дорон повидал немало убийств, сейчас он вдруг почувствовал, как в его груди разгорелся большой огонь.
— Почему... почему ты помогал этим тварям против людей!
Дорон взвыл, схватив мага за ворот.
— Кхе-кхе... — Телосложение мага слабее, чем у воина, а этот пленник был тяжело ранен и потерял всякую способность колдовать — он кашлял кровью.
Такого человека, вероятно, смог бы убить даже самый кроткий из людей.
Лицо мага было смутным и растерянным, но, услышав вопросы Дорона, он странно усмехнулся.
— Смеёшься? — Дорон был полон гнева. — Знаешь ли ты, сколько людей убил? У Джимми были младшие братья и сёстры, которых нужно было кормить. В лагере их ждали... Зачем? Зачем ты воевал против своих?
— Своих? Кхи-кхи...
Улыбка на губах старого мага расширилась: — Они — мои? Когда я был высшим магом, толпы людей заискивали передо мной, воспевали моё имя, молили о приёме... Но стоило Магической Сети рухнуть — и что сделали эти бандиты? Души этих бандитов после смерни должны гореть в аду!
— Они при моём же глазе отняли у меня всё, убили маленького Банки, и... и...
На лице мага мелькнула тень печали. — С тех пор я больше не считал их людьми...
— Знаешь? Когда Орден Теневых Волшебников нашёл меня, я сразу согласился вступить в их ряды. Чтобы вернуть силу, достаточную для мести, я был готов продать душу даже дьяволу!
— Хехех... Всех этих бандитов я в итоге подверг самой мучительной смерти, заставил их пожалеть о том, что они появились на свет!
— А теперь — убей меня!
Старый маг закрыл глаза, а лицо Дорона стало неподвижным.
Перед его взором лицо умирающего старого мага странно слилось с лицом волшебника Хоффмана, который жил за городом, в большом доме, с красивой семьёй.
Обвинения мага в адрес бандитов вернули Дорону воспоминания о том, что он сам натворил!
Картины в пламени снова встали перед его глазами, словно он проживал их заново.
— Ох... я... я...
По кистям Дорона набухли вены, лицо исказилось, словно он вёл ожесточённую борьбу с самим собой.
— Или... мы все виноваты, и во всём виноват этот проклятый мир!
Дорон вспомнил Линну, которая всё ещё ждала его возвращения, стиснул зубы и поднял меч.
— Ну-ка... срежь мою голову — сделай себе заслугу! — маг холодно усмехнулся и закрыл глаза.
— Ха!
Меч, разящий с последней силы, словно воткнулся в вату — он не ощущал ни малейшего сопротивления плоти.
Дорон в изумлении открыл глаза и увидел, что стальной меч парит в воздухе, а вокруг него разливается невообразимое давление.
— Прости, малыш. Мне искренне жаль твоей судьбы, но у нас есть свои стороны...
Раздался приятный голос, и вскоре перед глазами Дорона воцарилась бесконечная тьма...
……
—
— А ты, неудачник... Я милостиво дарую тебе ещё один шанс...
Ниточка тёмно-красного света окутала старого мага на земле, вызвав у того крик боли, — какое-то странное преображение начало происходить с ним.
— Мой Владыка...
Старый маг — вернее, существо, выросшее из него — преклонил колени перед Лейлином, и от тяжких ран не осталось и следа.
— Иди... в другое место...
Лейлин взмахнул рукой, открылся тёмно-красный телепортальный портал, существо поклонилось Лейлину и вскоре было телепортировано прочь.
— Неудачный тестовый образец Слуги Первородного Греха...
Лейлин покачал головой и устремил взгляд в пустоту неподалёку.
Там уже ждали несколько воплощений орочьих божеств, окутанных золотым сиянием.
— Что, разочарованы, что пришло лишь одно воплощение? Гнуши!
Лейлин с лёгкой усмешкой смотрел на главного бога орков и внезапно возникшую вокруг сеть божественных воплощений, — на его лице не было ни тени испуга.
— Боги восстанавливаются быстро. Они уже создали вечный источник света в своих божественных царствах и могут посылать жрецам в материальном мире божественную магию?
Лейлин прекрасно понимал: без помощи Богов и жрецов совместная армия Альянса Серебряной Луны и орков была бы абсолютно бессильна уничтожить гнездо Матки Жуков.
— Змей Кошмаров... Грешник, Поглотивший Солнце...
Осуждение Богов обернулось яростью, способной выжечь пустоту, и мгновенно обрушилось вниз.
— Наша битва только начинается...
К несчастью для Богов, ещё до того как божественная кара достигла цели, воплощение Лейлина саморазрушилось, вызвав их яростный рёв.
Ад Батора.
— Как идёт?
Лейлин стоял перед Матью Земных Недр, а перед ними один за другим возникали образы материального мира.
Можно было видеть, как несколько лагерей выживших получили огромную поддержку и начали отправлять войска для уничтожения ближайших гнёзд Матки Жуков.
В этом процессе Боги и жрецы сыграли чрезвычайно важную роль.
— Ответный удар Богов начался...
— Это вполне закономерно, но сам момент... — Лейлин погладил подбородок. — ...как раз совпал с тем, когда мы собираемся встретить Волю Волшебников и не можем разделиться.
— Что ты хочешь сказать? — Взгляд Матери Земных Недр был прикован к Владыке Первородного Греха.
— Среди нас появился предатель!
Лицо Лейлина было серьёзным: если
— Сила Первородного Греха в мире Богов уже дала мне этот знак! Если мы не отнесёмся серьёзно, это приведёт к ещё более катастрофическим последствиям...
Лейлин смотрел на Мать Земных Недр, и в его голосе была искренность: — Поэтому я хочу немедленно созвать Совет Волшебников!