На гружёной повозке я обратил взгляд на девушку, сидевшую напротив.
Бросив беглый взгляд, я обнаружил, что она тоже смотрит на меня. Наши глаза встретились — и мы оба тут же отвели взгляд.
— Ха-ха-ха, как мило!
Средних лет торговец, глянув на нас двоих, рассмеялся.
Её зовут Новэм Фоксиз.
Волосы у неё были убраны в боковой хвост, и причёска отлично подходила к её длинным светло-каштановым прядям. В квадратной кожаной сумке, вероятно, лежали дорожные вещи.
Видимо, она выбрала удобную одежду — на ней было не то платье, в котором я привык её видеть.
На толстых подошвах ботинок она казалась выше обычного и выглядела постарше. Расслабленное выражение её лица сегодня, как ни странно, сменилось напряжением.
Я спросил шёпотом, так чтобы торговец не услышал.
— Как ты узнала? И вообще, ты в своём уме — следовать за мной?
— Я... помешала?
Новэм, принявшая озадаченное выражение лица, была второй дочерью баронского дома.
Правда, будучи из графского дома, я по статусу был ей не ровня. Но семья Фоксиз на протяжении многих поколений верно служила Дому Уолт.
Брак с Новэм, чей дом принадлежал к такому кругу, был решён моими родителями, когда мне исполнилось тринадцать — им было проще покончить с этим сразу.
По нормам подобные предложения направлялись семьям, соответствующим по статусу, либо поступали от них, и затем обсуждались.
— Нет. Меня выгнали из дома. Следовать за таким, как я, — глупость.
Новэм и её родному Дому Фоксиз не было никакой выгоды в том, чтобы следовать за мной, потеряющим всё.
Любой нормальный аристократ поставил бы интересы родного дома превыше всего. Бывают, конечно, исключения, но такие — меньшинство.
Однако я не думал, что Новэм окажется в этом меньшинстве.
Раз нам одинаковый возраст, в детстве мы не раз встречались.
Были даже воспоминания о совместных играх.
Но с тех пор, как родители стали холодно относиться ко мне, я не помню, чтобы мы много разговаривали. Ведь я отчаянно погрузился в тренировки и учёбу, стремясь заслужить похвалу родителей.
«Ну вот, мешаю же. А я ведь думал, что наконец-то смогу жить один, свободно и без обязательств.»
Я подумал: скажу ей что-нибудь ужасное в лицо — и она, может быть, уйдёт. Вот что я прикинул — и произнёс то, чего на самом деле не думал.
Новэм не была мечтательной девчонкой, и, что более важно, даже по меркам домашнего устава Дома Уолт она была безупречной кандидаткой в невесты.
«...Простите. Но я всё же решила выйти замуж за Лайла.»
Сказав это, Новэм улыбнулась. И я ей объявил:
«У меня таких намерений нет. Я стану искателем приключений, окружу себя женщинами и буду жить свободно и по-своему. Меня выгнали из родного дома — и я этому только рад.»
Подлость чистой воды. Этим я должен был окончательно оттолкнуть Новэм.
Даже сам так думая, я опустил взгляд. Мне не хотелось видеть презрение на лице Новэм, но, понимая, что так разговор не двинется вперёд, я поднял голову.
(Наверняка она возненавидела меня.)
Я подумал так, поднимая взгляд, — но Новэм улыбалась.
«Это я сама так решила. Даже если я не буду вашей женой, я по-прежнему хочу служить у вашего бока.»
Мне захотелось схватиться за голову.
«...А как же Дом Фоксиз? Твои родители ведь будут опечалены.»
Когда я заговорил о её родном доме, Новэм ответила с уверенностью:
«С этим всё в порядке. Я вторая дочь, и мой старший брат унаследует дом. Кроме того, у меня есть старшие и младшие сестры, так что родители сказали — одна дочь может пожить свободно, — и отправили меня.»
(Что вы такое говорите, супруги Фоксиз!)
У меня начала болеть голова.
Новэм и по скромным меркам является красавицей. А сверх того — строго воспитана, и образование у неё на соответствующем уровне. Даже если бы она промолчала, предложения о браке ей всё равно поступали бы.
Быть может, она смогла бы выйти замуж даже за семью виконта.
Когда можно заполучить подобное счастье, тратить его впустую ради меня — жаль.
Как я знал её с ранних лет, я искренне хотел, чтобы Новэм была счастлива. Но её собственная воля, похоже, непреклонна.
(Кстати, упрямство в ней было и в детстве.)
«……Делай как хочешь.»
Я отвернулся, и Новэм прикрыла рот рукой, улыбнувшись.
«Разрешите мне поступать по-своему.»
Неужели он нас подслушал? Путевой купец сказал:
«Молодость — это прекрасно. Одно это уже целое состояние.»
Похоже, он расслышал всё.
Я покраснел от стыда. Но тут я услышал голос.
«Ой-ой, тебя-то уж крепко любят, а?»
Звучало как насмешка. Я оглянулся вокруг.
На телеге были только я и Новэм. Купец сидел впереди, держа вожжи.
Вокруг телеги тоже шли путешественники и торговцы, направлявшиеся в тот же торговый квартал, но они находились слишком далеко, чтобы голос мог донестись.
«Новэм, ты слышала какой-то голос? Что-то вроде насмешливого.»
На мой вопрос Новэм покачала головой.
«П-простите... Нет, я ничего не слышала.»
Новэм извинилась передо мной с виноватым видом, и я, повторив «Ничего, не обращай внимания», продолжал осматриваться вокруг.
Голос принадлежал мужчине — довольно крепкий, уверенный. Но хотя мужчины вокруг и были, ни один не находился на расстоянии, с которого его можно было бы отчётливо расслышать.
Более того, голос словно дошёл откуда-то совсем близко.
(Галлюцинации? Я что, всё ещё не отдохнул нормально?.. Кстати, в последнее время как-то трудно восстановиться. Может, рана ещё до конца не зажила?)
Я подумал, что где-то уже слышал этот голос, и взглянул вверх. Посмотрев на тканевый покров, натянутый над повозкой, закрыл глаза.
Пожалуй, моё психологическое состояние напряжённее, чем я сам себе казал.
— Вы в порядке, лорд Лайл?
Новэм спросила с беспокойством, и я хотел было открыть рот. «В порядке» — собирался я ответить, когда снова услышал голос совсем рядом.
Голос был совершенно отчётливым, но Новэм, похоже, ничего не заметила.
«В таком возрасте иметь пару... завидую безмерно.»
«Отец-то намучился, да.»
Сидевший до этого момента, я поднялся и огляделся вокруг. Новэм вздрогнула.
— Что случилось, лорд Лайл?!
Но обстановка вокруг осталась прежней.
— ...Ничего особенного.
Произнеся это, я подумал.
(Странно... Неужели я так устаю?.. Лучше уже сегодня лечь спать.)
Мы добрались до этапного города ещё в тот же день и, посоветовавшись с торговцем, решили сопровождать его и далее — на следующий день и впоследствии.
Возможно, из-за времени года этапный город был довольно оживлённым.
Уточнив у торговца время выхода, я и Новэм отправились искать ночлег.
Но тут возникла одна проблема.
Глава 1. Комната одна? Две не получится?
Я обратился к хозяину за подтверждением, и он тут же ответил отказом.
— В это время года людей навалом. По одной комнате на человека — не получится. Извините, но если вы знакомы, не можете ли обойтись одной?
Я обернулся к Новэм, которая была рядом.
Новэм пришла вместе со мной, но делить комнату с женщиной — меня учили, что этого следует избегать.
Именно так меня воспитывали, и потому распоряжение хозяина меня смутило.
Однако Новэм сказала хозяину «Ничего страшного» и расплатилась. Она отдала медные монеты и получила ключ от комнаты.
— Э-эй...
Прежде чем я успел спросить, нормально ли это, хозяин уже говорил:
— Комната в конце второго этажа. Номер написан на бирке, привязанной к ключу. А, завтрак и горячая вода — включены, а вот ужина нет, так что лучше поесть где-нибудь, прежде чем тащить вещи наверх.
Фразу «прежде чем тащить вещи» я не понял.
(Раз уж есть ключ, разве не лучше сначала оставить вещи? Мои не считая, но вещи Новэм — это же дорожная сумка.)
Новэм несла, судя по виду, тяжёлый груз, но всё же поблагодарила хозяина.
— Большое спасибо. А что мне делать с ключом?
— Берегите его и не говорите потом, что потеряли. Ключ я заберу себе, а вы держите бирку. Покажете её — получите ключ.
Я не понимал, зачем всё так усложнять, но Новэм сказала выйти на улицу и вытащила меня.
Выйдя из гостиницы, мы поели в заведении по соседству — то ли столовой, то ли таверне.
Много людей, шумный трактирный квартал ——
...Подождите-ка. Она что, из балованных богачек? Слишком уж наивная.
Потому что графиня! Лайл — будущая графиня!
«Ну, она с рождения богата — это факт. В конце концов, она дворянка.»
Среди всего этого шума я снова отчётливо расслышал голос. Если его сказали совсем близко, то и моё имя могло прозвучать.
«Вы в порядке, Госпожа Лайл? Вы бледноваты.»
«Я-я в порядке!»
В испуге голос вышел громче. Новэм, похоже, не услышала. И тут снова раздался голос.
«Кстати... Возьми же вещи девушки. У тебя ведь руки свободные. Вот это невежливо.»
«Граф, что ли? Наследница графа — ей ведь окружающие всё подносят. Она не из тех, кто должен хлопотать о других.»
«...Что?!»
Они снова прозвучали. Причём доносились совсем близко. И голоса были разными. Их было несколько.
«Госпожа Лайл?»
Не желая тревожить встревоженную Новэм, я решил игнорировать голоса. Но ведь правда — девушка тащила тяжёлые вещи, а я шёл с пустыми руками. Так не годится.
«А... А-а... Новэм, тяжело ведь? Давай, я понесу.»
Сказав это, я взял вещи Новэм. Когда та настояла, что справится сама, я почти силой вырвал у неё поклажу и вошёл в столовую, примыкавшую к трактиру.
Но голоса не утихали.
«Стоило бы взять её за руку и проводить.»
Едва мы вошли в заведение, я услышал этот голос. На мгновение я задумался — стоит ли протянуть руку и взять Новэм за ладонь.
(К тому же мы уже внутри... Помогать теперь всё равно бессмысленно.)
Вероятно, из-за того, что я протянул руку и ушёл в раздумья, я просто беспомощно застыл перед Новэм, не зная, что делать.
Новэм, похоже, всё поняла и взяла меня за руку.
«Госпожа Лайл, там свободный столик — не могли бы вы проводить меня?»
«А, э... э, эм»
Проводив Новэм на небольшое расстояние, я услышал от неё слова благодарности.
«Спасибо вам, Госпожа Лайл. Эм... извините»
Сказав это, Новэм тут же обратилась к обслуживающему персоналу. Рассмотрев меню, она поинтересовалась рекомендацией и заказала на двоих.
Меня спросили, всё ли в порядке, и я просто согласился, даже не представляя, что будет подано. И тут снова раздались голоса.
«Не слишком ли она жалко выглядит?»
«Ну, она же неопытная. Что ж, местами есть у неё ненадёжные стороны.»
«Это нормально только потому, что та девушка — чуткая. С обычной бы её давно бросили.»
Пока моя репутация стремительно падала, я думал.
— Что за чёртова ситуация! —
Ночь.
Вернувшись в гостиницу, я получил горячую воду, которую хозяин приготовил для меня.
Мне сказали, что нужно обтирать тело водой из ведра.
«А ванны нет?»
На мой вопрос Новэм ответила.
«В почтовых городках ванны есть не везде — зависит от цены. Но в целом принято просто обтираться горячей водой. Даже в гостиницах с ваннами это в основном общественные бани для гостей.»
«Правда? А я слышал, что в городах есть гостиницы с ванными в отдельных номерах...»
Новэм с озадаченным лицом опустила полотенце в ведро с горячей водой и отжала его. Затем она раздела меня и обтерла мне тело.
«Гостиницы с ванными в отдельных номерах — это очень дорого. Там берут целую серебряную монету за ночь.»
«Серебряные монеты у меня есть. Но тебе тоже непросто без ванны, Новэм, верно?»
Как только я это сказал, Новэм начала меня отчитывать.
«Нельзя так, господин Лайл! Теперь деньги — очень важная вещь. Нужно экономить там, где только можно, а то они очень быстро закончатся.»
«Д-да, правда?»
Новэм, отчитывая меня, закончила протирать мне спину и прочее, и теперь пришло время вымыть мне волосы. Когда я подвёл голову прямо над ухом, она тщательно вымыла мне её.
И тут я услышал рассерженный голос.
«Эй, балбес. Как закончишь обтирать тело, выйди из комнаты.»
«Э?»
«Что случилось, господин Лайл?»
Раздался угрожающий голос, и я оглянулся. Волосы у меня были мокрыми, и вокруг разбрызгивалась вода.
«Бедняга... совершенно не осознаёт.»
«По-моему, никакой проблемы нет.»
Сказав Новэм, что всё в порядке, я позволил ей домыть мне голову, а потом просто оделся.
Очень хотелось бы сменную одежду, но кроме нижнего белья ничего другого не было.
«Тогда следующей буду я. Э-э...»
Новэм явно хотела что-то сказать, и я ей ответил.
«Д-да. Я буду снаружи. За дверью. (Зачем мне вообще выходить?)»
«Простите.»
Сказав это, я вышел в коридор и обнаружил там стул. Как только я сел на скрипучий стул, голоса больше не было слышно.
«Это были галлюцинации? Или, скорее, на сегодня уже хватит...»
Как только я сел, мои веки стали постепенно тяжелеть. Я просто закрыл глаза. Может быть, от того что обтёр тело, мне полегчало, но настроение было хорошим.
Немножко посплю...
— Просыпайся, скотина!
Грохнувший голос разбудил я, и я оказался в совсем другом месте.
— Э? А... что?
Более того, вокруг были люди. Семь фигур сидели на стульях вокруг большого круглого стола —.
У каждого была своя одежда. И все лица казались мне знакомыми. Где я их видел? Пока я думал об этом, заметил мужчину, одетого в жилет из звериной шкуры.
Руки у него были толстые, как бревна, волосы растрёпаны. Вокруг него сидели мужчины с видом порядочных аристократов. Все выглядели лет на двадцать пять — тридцать.
Я перевёл взгляд на варвара перед собой.
— Э? Неужели этот голос —.
— Именно. Это мы.
И среди них я узнал одного мужчину. Он был совсем не похож на того, кого я помнил — значительно моложе. Но аура не изменилась.
— Лайл!
— Э? Д-дедушка!
Передо мной стоял дедушка, вернувший молодость. Спина его была прямой, телосложение крепче, чем в памяти.
— Вырос такой... Я рад, Лайл.
Но в восторге был только дедушка. Остальные, выстроившиеся рядом, выглядели возмущёнными, равнодушными или просто ошеломлёнными.
Глядя на меня, каждый, судя по всему, выносил своё суждение.
Тогда дедушка заговорил.
— Ну что, есть у кого-нибудь из вас претензии к моему внуку?!
В ответ шагнул мужчина в варварском убранстве.
«Да конечно, есть! Какого чёрта — этот жалкий тип?! Моим потомком не может быть такой жалкий мужчина!»
«П- потомки?!»
Я не мог разобраться в ситуации. Неужели это сон — раз рядом дедушка? Пока я ломал голову над этим, голос подал другой человек.
«Ну, в этом нет проблемы. Вернее, сейчас не это важно — у меня есть вопрос. Эм... Лайл, верно? Я твой прадед.»
«...Что?»
Мужчина с рыжими волосами и слегка диким обликом был одет солидно. Однако одежда на нём сидела небрежно.
Тут я вспомнил картины в родительском доме. Портреты всех поколений глав семьи были развешаны по стенам. У нескольких облик был совершенно другим, но большинство оказались похожи.
Раздражённый мужчина в варварском одеянии заговорил.
«Ну ты совсем не догадываешься! По-то-му что — мы твои предки!»
Сидевший рядом с ним мужчина, одетый как охотник, прошептал.
«Хоть и не хочется признавать, но это он — Первое поколение Дома Уолт, местных дворян. Впрочем, никаких почестей не требуется.»
«...А?»
Наверняка я сейчас выгляжу как полный болван.