Неизвестно, сколько времени прошло. Когда Найтингейл очнулась, она обнаружила, что её руки связаны за спиной и привязаны к деревянному столбу, а талия и ступни обмотаны верёвками виток за витком. Она попыталась вырваться, но тело плотно прижималось к столбу — пошевелиться было невозможно.
Она попыталась активировать способность, но привычное ощущение не появилось — связь с магической силой словно была разорвана. Найтингейл опустила голову и обнаружила, что на шее у неё висит прозрачный камень в форме ромба.
«Ты очнулась,» Хакара подошла к ней. — Как ощущается яд окаменения? Честно говоря, я возлагала на тебя большие надежды, Найтингейл. Но ты не оправдала моих ожиданий.
«……» Найтингейл глубоко вдохнула. — Ты что, хранила у себя оковы Божественного воздаяния, Хакара?! Ты хоть понимаешь, что делаешь? Оковы, которыми Церковь подавляла ведьм, теперь их собственная наставница обращает против своих же! Больше всего её возмущало то, что окружающая толпа стояла с бесчувственными лицами, словно ничего предосудительного не происходило. Проклятье, кричала Найтингейл про себя, разве вы не замечаете, что сами превращаетесь в тех, кого ведьмы когда-то больше всего ненавидели?!
«Всего лишь инструмент, — безразлично заметила Хакара. — Изредка находятся нерадивые дети, которых нужно наказать. А ты, Найтингейл, как раз и есть та, кого следует наказать. Или... мне стоит называть тебя Вероникой? Девушкой из дворянской семьи, ставшей ведьмой, которая до сих пор мечтает взобраться наверх?»
«Я не понимаю, о чём ты говоришь.»
«Ты меня страшно разочаровала. Когда Венди спасла тебя из рук дворян, я думала, ты твёрдо встанешь на сторону Ассоциации Сотрудничества Ведьм. Посмотри, что ты натворила — когда все вот-вот найдут Святую Гору, ты готова свести на нет все наши достижения!» Хакара покачала головой и фыркнула. — Вести сестёр к какому-то принцу? Либо ты слишком долго жила под чужим крылом, рабская натура прочно укоренилась, и ты не способна жить, не найдя себе хозяина; либо... ты просто хочешь продать всех дворянам, чтобы вернуть утраченное положение!
«Всё, что я делаю, — для сестёр из Ассоциации Сотрудничества Ведьм,» Найтингейл с трудом сдерживала гнев — пуститься в брань сейчас было бесполезно. — Я хочу, чтобы им больше не приходилось страдать от Дня Пробуждения, чтобы они жили, не зная нужды в еде и одежде. Я и не собираюсь мешать твоим планам — у сестёр должно быть право свободно выбирать свой уклад жизни. В Пограничном городе происходят грандиозные перемены, и одна из них — чертежи паровой машины, которую я привезла. Она работает самостоятельно и обладает невероятной силой. С помощью такой машины можно поднимать воду прямо из горного ручья, не заставляя людей каждый день бегать за ней.
Хакара холодно рассмеялась. — Ты об этом говоришь? — Она развернулась, выхватила у стоявшей за ней ведьмы стопку пергаментных свитков и потрясла ими перед глазами Найтингейл. — Я, конечно, не понимаю, что там нарисовано, но разве мёртвая груда холодного железа может двигаться сама по себе, как живое существо? Ты нас за трёхлетних детей считаешь?!
Она подошла к жаровне и бросила свитки в горящие угли.
«Нет!» — безнадёжно вскрикнула Найтингейл, глядя, как чертежи превращаются в пепел в жаровне.
«Моё терпение иссякло, и сейчас я дам тебе последний шанс,» Хакара вытащила из жаровни железное шило, кончик которого раскалился добела. — Если ты перед всеми сёстрами Ассоциации Сотрудничества Ведьм признаешься, что поддалась обольщению дворян, я пощажу твою жизнь. Но порка неизбежна — это урок за твою доверчивость к врагам. Если же ты упорно будешь стоять на своём, мне придётся проткнуть этим шилом твоё сердце и пригвоздить твой труп к столбу, чтобы все взяли это на заметку. — Она произнесла каждое слово раздельно. — Не упусти последний шанс моего милосердия. Скажи свой приговор.
Найтингейл смотрела, как шило медленно приближается к ней, и даже чувствовала обжигающий жар от его раскалённого кончика. Будь она прежней трусливой девушкой, давно бы опустила голову и признала свою вину. Но она рассталась с прошлым и больше не та робкая девчонка. Она — Найтингейл, могущественная ведьма, и даже смерть не заставит её покориться.
Она закрыла глаза и стала ждать последнего мгновения. По какой-то причине в её сознании всплыл образ Роланда.
«Стой!» — закричал кто-то. Она слегка вздрогнула и открыла глаза. Венди вышла из толпы и обратилась к Хакаре: — Наставница, посмотрите на белую повязку на вашей руке. Мы уже столько раз теряли друг друга — неужели вы хотите добавить ещё одну разлуку?
«Что, тебя тоже обманула? Опротивей, Венди, всё это лишь ложь!»
«Я не знаю,» Венди покачала головой. — Я тоже не собираюсь отправляться с ней в Пограничный город, но в одном я согласна с ней: у сестёр должно быть право свободно выбирать свой уклад жизни.
Она обернулась и громко спросила: — Кто хочет уйти вместе с ней?
Никто в толпе не ответил. Воцарилось молчание.
— Пусть уходит одна, — сказала Венди. — Она не причинила вреда Ассоциации Сотрудничества ведьм, и я не могу стоять и смотреть, как ты её убиваешь.
Найтингейл до конца поняла, что имела в виду Венди. В её сердце хлынула печаль — даже Венди до конца ей не доверяла. Именно поэтому она молчала, когда Найтингейлу нужно было, чтобы та помогла убедить остальных. Но Венди по-прежнему была доброй ведьмой, которая заботилась обо всех — даже не соглашась с её взглядами, она протянула руку помощи.
После слов Венди в толпе послышался шёпот, а затем ещё несколько человек вышли вперёд.
— Верно, раз она хочет вернуться в мирскую жизнь — пусть идёт.
— Церковь и болезни уже забрали у нас слишком много сестёр. Наставница, пожалуйста, подумайте ещё раз.
— Все заткнитесь! — взревела Хакара. — Вы хотите просто так отпустить её? А если появится вторая, третья Найтингейл? Если она продаст Церкви местоположение нашего лагеря, нам будет некуда бежать! — Она не успела договорить, как яростно воткнула железный шип, но Венди оказалась быстрее — она подняла сильный ветер и отбросила Хакару прочь.
Затем она бросила монету и взмахнула рукой. Стремительный поток воздуха окутал монету и понёсся к Найтингейл. Поток мгновенно рассеялся, приблизившись к ней, но монета, сохраняя инерцию, летела дальше и точно врезалась в Божественный камень воздаяния на её шее.
Прозрачный гранёный камень раскололся с треском.
— Предательница! — завизжала Хакара, поднимаясь с земли. Она протянула правую руку к Венди и левую к Анне — две змеиные тени возникли из ниоткуда. Одна раскрыла пасть и яростно впилась в тыльную сторону ладони Венди, а вторая промахнулась.
Верёвка соскользнула на землю, всё ещё сохраняя форму узлов, но Найтингейл уже исчезла.
Подумав о способности противницы, Хакара покрылась холодным потом. Она направила всю свою магическую силу — и змеи, переливающиеся всеми цветами радуги, хлынули из её груди, образовав стену из змей, а сама она резко отступила назад —
Но Найтингейл была быстрее.
Всего один шаг... лишь один шаг — и она уже оказалась позади Хакары. Протянув руки вперёд, железный шип, который должен был пронзить сердце Найтингейл, беспрепятственно прошёл сквозь тело Хакары.