Wiki · Перерождение Короля кулака

Действие разворачивается в мире боевых искусств — цзянху, который здесь чаще зовут мурим. Это огромный континент старинного азиатского уклада: серебро считают в юанях, торговые караваны тянутся к далёким Западным землям, а на бесчисленных горах и в городах гнездятся сотни сект, кланов и школ. Сила решает всё, и весь этот мир поделён на три больших течения. Белый путь — праведные секты и знатные кланы, объединённые Альянсом боевых искусств. Чёрный путь — разбойничьи и наёмничьи организации преступного мира. И Демонический путь — тёмные культиваторы, которых около двадцати лет назад сообща сокрушили сильнейшие мастера; тень их возможного возвращения висит над всей историей.

Мастерство здесь строится на внутренней энергии: боец копит её в даньтяне через цигун, очищает тело и обретает нечеловеческую скорость благодаря техникам лёгкости. Ступени силы поднимаются от рядовых воинов до великих мастеров, а на самом верху стоят «короли» и «императоры» — Король мечей, Император мечей, Бог меча и Король кулака. Над ними — почти легендарные Три бога и один мудрец, «Небеса над небесами», те самые, кто некогда изгнал демонов. За этой вершиной лежит ещё одна, недостижимая для смертных: ранг бога войны, Мушина.

Деньги в этом мире — такая же сила, как и кулак. Богатые торговые дома вроде «Кхвехвы» ведут дела по всему континенту и вынуждены платить боевым кланам «дань за защиту», а охранно-курьерские бюро — пёгуки — сопровождают ценные грузы через земли, где смерть подстерегает на каждом перевале. Знатные воинские кланы свысока смотрят на купцов, и на стыке денег и клинка постоянно вспыхивают распри, в которые и оказывается втянут герой.

Есть у этого мира и изнанка. За порогом смерти душами распоряжаются боги войны — грозные судьи, что в промежуточном мире Асура решают судьбу павших. Лишь единицам, прошедшим их суровый отбор, даруется перерождение с особым призванием, и именно такой волей случая погибший Король кулака открывает глаза в чужом теле. Реинкарнация здесь — не чудо и не случайность, а редкая милость, оплаченная особым долгом перед небесами.