――Сколько времени прошло с начала побега?
В условиях, когда невозможно ощутить свет снаружи, и с неизвестным промежутком времени потери сознания, создавалось ощущение, что прошло несколько часов или даже полдня.
«Похоже, чудом удалось оторваться от преследователей...»
Субару выровнял прерывистое дыхание, вытер пот, стекающий по подбородку, и оглянулся через плечо в затхлой сырости, прислушиваясь к малейшим звукам невидимых врагов.
Еще недавно его неотступно преследовала группа королевских солдат, не давая передышки.
Путь был отрезан, выбор — сдаться или прорываться — неоднократно возникал в голове, и каждый вариант был на волосок от катастрофы, но...
«Этот чудовищный толчок как-то помог... Хотя подождите, разве нам раньше попадались землетрясения? Что это было?»
«Бетти тоже была удивлена тем подземным гулом... Но сейчас шанс, Субару. Покажи мне руку, нужно наложить целебное заклинание на ожоги.»
«О, спасибо.»
Говоря это, Субару аккуратно поставил на землю Беатрис, которую все это время носил на руках.
Беатрис проверяюще сжала и разжала ладонь, а затем направила слабый свет исцеления на правую руку Субару — обмотанную платком вместо бинта.
Ощущая, как отступает тупая, нудная боль, Субару невольно вздохнул с облегчением.
«Видно, ты все это время терпел. Надо было сказать раньше, если было так плохо.»
«Нет, пока я был в напряжении, действительно не чувствовал. А стоило успокоиться — тут же вернулась та самая боль... Б-быстро... помоги...»
«Ладно, ладно, ну что с тебя взять. Скоро закончу, так что не плачь.»
«Спасибо, мама Бэти! ...Маны хватает?»
«— ...Честно говоря, еле тяну.»
«...Ну, я так и думал.»
На ответ Беатрис, продолжающей лечить ожоги, Субару пожал щекой свободной рукой.
В конце концов, в поместье Майкрофта он был слишком щедр на заклинания. Серия Теневой Магии Миины и Шамак, плюс еще и Э.М.Т. — для внешнего манохранилища Беатрис это было слишком, и у Субару сейчас почти закончилось топливо.
Хочется посокрушиться о своей непригодности к магии в этом мире.
«В Империи как-то шло гораздо лучше... Может быть, когда тело уменьшилось, в него помещается больше снов?»
«То было слишком неестественным состоянием искажённого Одо, поэтому Бетти не помнит это приятно. Кто знает, сколько экспериментов над людьми потребовалось для этого.»
«Теперь он уже не враг и даже покинул Империю, но тьма Олбарта или Шиноби всё ещё не развеялась...»
Действительно, умение свободно лепить Одо — подобно душе — невозможно освоить без практики. Значит, Олбарт или деревня Шиноби практиковались в этой «лепке», и кличка «Зловещий старик» оказалась не пустым звуком.
«— Похоже, солдаты сейчас заняты разборкой после подземного гула. Смешанный с ветром настороженный шум отдаляется, напряжение спадает. Можно считать, что от них успешно ушли.»
Так неожиданно вклинилась в разговор Круш, осматривая окрестность острым взглядом.
Изучая Субару, которого лечила Беатрис, она молча наблюдала за ними, прищурив не закрытое повязкой янтарное глаз и придерживая лампу из рагмитовой руды с приглушённым светом, освещающую канализационный тоннель.
Субару сначала настороженно отнесся к её реакции, но быстро понял: свет исцеления напомнил ей о чём-то слишком близком и трудно забываемом.
«...Об этом сейчас поговорить невозможно, верно?»
Честно говоря, события развиваются с обрушивающейся волнной скоростью.
Субару казалось, что после того инцидента с Альтом в Башне Созвездия Плеяд, всё пошло безостановочной цепочкой, и нервам некогда передохнуть. Подъём «Церкви Божественного Дракона», выздоровление Круш, затем суматоха в особняке Микротова, а теперь вот он — беглец Нацуки Субару. Всё смешалось.
— На самом деле, если бы я встретился с Круш, я хотел поговорить о её решении отстранить Феррис.
Объяснить мотивы и истинный замысел отстранения Феррис, удостовериться в правоте Круш, совместно поискать компромисс и помочь восстановить отношения между двумя порвавшими связь подругами.
Наверное, Феррис назвала бы это высокомерной опекой, но он не обращал на это внимания.
С точки зрения других — это невыносимо своенравный, эгоистичный и высокомерный упрямец, и это Нацуки Субару.
«— Тебе я...»
«— ...М-м?»
«— Я вам благодарна. За то, что в такой ситуации вы всё же последовали за мной.»
«— ......»
Внезапно снизив тон, Круш произнесла это, и Субару замолчал.
То, что он заставлял себя не сдаваться целых полдня, казалось, окупилось этой единственной фразой, и это было слишком дёшево с его стороны. Но, по крайней мере, если бы он тогда не выбрал последовать за её спиной, он не смог бы вытянуть из неё эти слова.
«Но с моей стороны сказать "не за что" как-то не получается. Ожоги болят, за Тигу я вроде как прикрыл, но причиной драки стал сам факт конфликта с вами, Круш. И для Эмилии с остальными это точно стало поводом для беспокойства и хлопот... А маленькая Беа и вовсе решила разделить со мной адские четыреста лет...»
«Субару, Субару, если ты не можешь уложить мысли в голове, не трогай так часто мою голову. Себе не в пример, мою прелесть это не портит, скорее находит новые черты привлекательности!»
Беатрис, чью причёску в беспокойстве растрепал Субару, вынуждена была терпеть это, не прерывая лечение, и возмущённо на него смотрела.
Это их обычное взаимодействие немного ослабило напряжение, которое, казалось, крепко сжимало его изнутри. — И именно в этот момент, когда Субару расслабился, раздалось...
«Хи-хи.»
«— А?! Круш, вы что, рассмеялись?»
Тихий звук, от которого задрожал воздух, заставил Субару округлить глаза.
Он увидел, как Круш, стоявшая у грязной стены канализации, прикрывает рукой рот. Заметив его взгляд, она бросила: «Прости», и продолжила:
«Я не смогла сдержаться, глядя на вашу расслабленную беседу. Это было... наивно.»
«Расслабленную беседу? Тут нечего и возражать, но это гораздо лучше, чем постоянно быть на взводе. Я уже устал смотреть на ваш злобный вид.»
«Злобный вид, говоришь... из-за этого глаза таковы.»
«Да ладно, даже с одним таким глазом вы всё равно красавица, Круш.»
«— ......»
«Субару...»
«А?! Опять напряжение?!»
Субару, которого Беатрис и Круш, одна рукой на повязке на глазу прищурившая, а другая на него в изумлении посмотревшая, бросились одновременно укорять. Однако Круш лишь тихо выдохнула и медленно покачала головой.
«Вы... нет, вы сильны.»
«Если вы обо мне и Беатрис, то множественное число здесь уместно. Без Беатрис я — один из этой доброй сотни бездарностей. Но всё же...»
«Но?»
«...У Круш, я уверен, должна была быть такая же сила.»
На ответ Субару губы Круш сжались.
Увидев это, Субару пожалел, что слишком далеко зашёл. Выражение, которое должно было быть лишь на мгновение расслабленным, снова стало неподвижным.
Задумавшись, как продолжить, Субару почувствовал, как Беатрис легонько ткнула его в руку.
«Ну, всё закончено. Временно опасности быть не должно.»
«А, так. Спасибо. ...Да, местами побаливает, но в целом нормально.»
«Платок оставь как есть. Может начаться зуд, да и кожа может облезть, так что нечаянно не трогай.»
«Жутко звучит, но понял. — Вот.»
Мысленно поблагодарив Беатрис за вовремя вставленную паузу, Субару развернулся к Крусч. Перевязка окончена, погоня временно оторвалась. Значит, с ней есть о чём поговорить, и тем более, чем раньше.
Первое, что нужно выяснить —
«Круш, у вас есть козырь для этой ситуации?»
«Козырь... До того, как всё так обернулось, был. Но я сама его срубила.»
«...Судя по формулировке, этим козырём был...»
«Верно. До того, как его зловещий замысел раскрылся, — Микротоф МакМахон.»
«О боже...»
После этого безучастного кивка Субару поднял глаза к потолку, ощущая, как потемнело перед глазами, но его взгляд лишь отскочил от невысокой грязной сводки канализации.
Сам Субару был не лучше, но количество точек, где в королевской информационной сети хотелось бы опираться на Микротофа, было слишком велико. Если даже Круш, поставленная в унизительное положение как кандидат в Королевские рыцари, думала так после инцидента с Драконьей Церковью, о характере Микротофа это говорило красноречиво.
Однако...
«Так вот этот Микротоф вынашивал заговор государственного масштаба...?»
«Верно. — Лорд МакМахон любезно принял мой неожиданный визит. Правда, он попросил меня подождать в отдельной комнате, так как к нему ожидались гости...»
«В отдельной комнате. И?»
«Я уловила подозрительное настроение и в комнате для гостей, и по отношению к тому, кого он собирался принять. Я попыталась выяснить, в чём дело, но тут мне преградили путь люди из дома...»
«И мы видели, что дальше...»
Рассказ о том, как обстоятельства привели к тому, что он был вынужденрубить Микротофа и слуг/охрану, разбросанных по дому, всё равно звучит как недостаточное объяснение.
Проблема в том, что единственной основой подозрений Круш была её неоспоримая вера в собственный «Дар Ветропризора».
«——»
Разумеется, Субару не мог разделить её безграничную веру в этот дар. Поэтому, помимо желания верить Круш, у него не было твёрдой уверенности.
И это было――,
«Тогда было то же самое, что и со мной.»
Разговаривая с Круш, Субару ощущал, как стесняется его грудь.
Это была совершенно противоположная ситуация тому, что когда-то произошло между ним и Крусч, — в самом начале Выборов Короля, когда глаза Субару затуманились ненавистью к архидьякону великих грехов «Лень» Петельгейзе Романе-Конти, обрушившему опустошение на поместье Розваля и деревню Аарэм.
«Тогда я оказался так взбешён, что у меня помутились глаза из-за того, что никто меня не понимал, и я совсем не хотел слушать окружающих...»
Ту искажённость, пропитанную ненавистью и гневом, Круш распознала в нём и решительно отсекла его глупую попытку броситься в контратаку. Теперь это была переигровка с полностью противоположных позиций.
Нынешние слова и действия Круш были точно такими же, как у Субару, когда он взбесился, размахивая информацией, полученной единственным способом, недоступным пониманию других, — «Возвратом смерти», — и приходил в ярость оттого, что его никто не понимал.
Разумеется, по сравнению с тогдашним безмозглым Субару, Круш казалась гораздо более рациональной.
Но в отличие от беспомощного тогда Субару, у Круш есть и сила, и положение.
«В итоге — не выйдет.»
«...Субару?»
«Раз уж я понял, что она такая же, как и я, то выбросить Круш на этом пути у меня уже не рука поднимется. Помогу или остановлю — но бросить не блюд.»
Прикусив губу и сжав кулаки, Субару чувствовал тихий взгляд Беатрис, стоявшей рядом.
Тогда Круш стояла перед решающей битвой — истреблением Белого Кита. И всё же она терпеливо и настойчиво общалась с невежественным, упрямым и зарвавшимся Субару. А в конце концов прислушалась к его словам и помогла ему исполнить заветное желание.
Теперь настал черёд Субару сделать то же самое. — Если она права — встать рядом, если она ошибается — встать на пути и не дать ей погибнуть. Ради этого.
«Круш, я――»
«Подожди, Нацуки Субару.»
В тот момент, когда Субару уже хотел произнести решимость, вставленную в него с хрустом, Круш остановила его.
Но выглядеть оскорблённым не приходилось — выражение лица Круш было слишком серьёзным. Сократив дистанцию до Субару и его спутников, она прикрыла их собой, вглядываясь в темноту канализационного тоннеля.
Туда же, куда и она, но Субару ничего не видел.
«Там кто-то есть. Даже удерживая дыхание, чувства выдаёт ветер. От моих глаз не уйти.»
«Что?! Солдат-погоню, должно быть, удалось оторвать...»
«Это кто-то с другим замыслом. На всякий случай предупреждаю: молчание вам не поможет. Более того, если мы сочтём это враждебным намерением――»
«Подожди, подожди, подожди! Не спеши! Я понял! Понял, значит!»
Из темноты на другом конце водного тоннеля раздался испуганный голос — как раз в тот момент, когда Круш, уже обнажив короткий меч, готовилась броситься вперёд, подхлестнутая нарастающим напряжением и настороженностью.
После удивления от того, что глаза Крусч оказались правы, Субару нахмурился, услышав сам голос, его узнав.
«Этот голос...»
«Чёрт! Сейчас подойду! Слушай, не лезьте наотмашь, ладно? Мне совсем не нужно тут с вами выяснять отношения!»
«Это зависит от вашего поведения. Не могу дать лёгких обещаний. Впрочем, вы один, нас трое, численное преимущество――»
«Подожди-ка, ты — Цинь?»
«Что?» Крушь, не снимающая настороженности с наклонившим голову мужчиной, поднимает бровь на вопрос Субару. Присевшая рядом с Субару Беатрис тихо ворчит «Чин...» и добавляет:
«По-моему, это тот самый мужчина, которого я видела в Прюстелле.»
«Ага, точно. Сейчас он живёт у Фелта...»
«Меня сюда отправила сама Фелт. Черт, совсем не к лицу.» Недовольно плюнув, мужчина из темноты поднимает обе руки и медленно выходит на свет.
И это был, как и ожидалось, ещё более свирепого вида мужчина с выпученными глазами — Лачинс, один из троицы бездомных, присоединившийся к отряду Фелт и ставший его новым прозвищем.
«О, Чин... Ты каждый раз преподносишь мне свежее удивление, являясь на свет.»
«Заткнись! Я же говорил, что меня не зовут Чин! Я Лачинс!»
«Наверное, Чин.»
«Я сказал, что не Чин, коротышка!»
«Он Чин-на-всю-жизнь.» Не обращая внимания на восторженную встречу Субару со старым знакомым, Лачинс и Беатрис бесплодно спорят.
На самом деле с Лачинсом они не виделись со времён Прюстеллы — в последний раз виделись во время безумного выступления Сириуса, положившего начало собранию культистов. Конечно, после этого они проверили, что с ним всё в порядке, но приятно видеть его снова в добром здравии.
«Ну ладно, рад видеть знакомое лицо. Ты как раз мне нужен...»
«Стой там, Чин или кто ты там. В отличие от Нацуки Субару, я не знаю тебя, милорд.»
«Крушь?!» В противоположность Субару, который инстинктивно обрадовался встрече со знакомым, Крушь, держа наготове кинжал и не спуская глаз с Лачинса, не смягчалась и на йоту.
Если вдуматься, Лачинс не жил в «Трактире Водяных» и после столкновения с Сириусом покинул поле боя, так что у Крусч не было возможности с ним встретиться. Крусч была права, что насторожилась — так могло показаться, но...
«А? Ты меня не знаешь? Герцог Карстен, надо же, какой невнимательный!»
«Что?»
«Ну ладно, графиня — это положение выше моих возможностей. Но ты ведь была среди тех, кто учился у моего отца фехтованию. А теперь говоришь «не знакома» — значит, отец не так уж много для вас сделал.»
«......» Высунув длинный язык и отрубив всё это, Лачинс привёл Крушь в замешательство. Субару тоже был поражён наглой самоуверенностью Лачинса.
«Ты хоть понимаешь, какую чушь несёшь...»
«Чушь-то не чушь! Я ведь из недурной семьи. Мелкой, конечно, но ухитрялись пересекаться с герцогами.»
«Серьёзно? Если нет — тогда у тебя и правда пугающее воображение...»
Но сказанное с такой уверенностью начинало звучать правдоподобно — так устроен человеческий ум, доверяющий словам больше, чем они того заслуживают. Поэтому Субару осторожно посмотрел на Крушь.
«——. ————. —————————. Неужели, это сын Рихерта Хоффмана, который когда-то занимал должность придворного наставника королевства?»
«Ха! Слышал? Похоже, это имя застряло в памяти герцога Карстена.»
«Серьёзно?»
«Может быть, и серьёзно.»
Затратив достаточно времени, как будто выжимая каждое слово, Круш произнесла одно имя. Подтвердившая его своим поведением Лацинс заставила Субару и Беатрис непроизвольно обменяться взглядами.
Неужели, правда, Лацинс оказывается выходцем из лугнийской знати?
«И как это он из знатного рода оказывается бродяжкой, запугивающей слабых в подворотнях?»
«Заткнись! У людей бывают обстоятельства, не лезь с расспросами!»
«Обстоятельства есть и у нас, Бетти. Похоже, то обстоятельство и привело тебя сюда, и связь с этим вряд ли случайна.»
«Нну…»
«Так точно. Как говорит Беатри-тян. Круш-сан, убери это. Скорее всего, с этим парнем всё в порядке. Ручаюсь за него.»
«——. Любое подозрительное движение, и если подует ветер — зарежу.»
«Движения не движения, а ответственность за ветер мне нафиг не нужна…!»
Перед визжащим от страха Лацинсом Круш медленно опустила короткий кинжал и расслабила боевую стойку. Впрочем, до возврата оружия в ножны дело не дошло — она продолжала зорко следить за каждым его движением единственным глазом.
В любом случае —
«Итак, снова рад тебя видеть. Как ты нас нашёл?»
«Да какая там высокая метода. Искать вас я не один. Гастон и Камбаря тоже шныряют по другим местам.»
«Значит, тебе просто повезло случайно? Правда, не такой уж метод был сложным.»
«Заткнись, малышка. Нашли же — и ладно. А-а, ну и как у вас там дела? Что произошло?»
«Насчёт этого — рассказывать долго, и не уверен, что вы поверите. Поэтому лучше сначала расскажи нам. — Как там Эмилия и остальные?»
Сознавая свою грубость, Субару отодвинул вопрос Лацинса в сторону и спросил сам.
Ведь с тех пор, как они бежали из поместья Микротофа, у них не было нормального момента, чтобы узнать новости из внешнего мира. Тревога, беспокойство и нервозность уже превратили его сердце в кашу.
«То, что мы вместе с Круш-сан, должно было дойти и до Эмилии и её окружения. А значит, они наверняка были и в тревоге, и в огромном беспокомстве…»
И моральное бремя беспокойства, и физическое бремя допросов в королевстве — всё сразу. Плюс лагерь в полном хаосе. — Однако эти ожидания Субару были разрушены.
И именно так, как он даже представить не мог.
«А-а…»
«——?»
Лацинс, которого спросили, на мгновение расширил свои блуждающие глаза, а потом, неожиданно для себя самого, принял заботливое выражение лица и сказал.
Это было —
«Твоя двурогая эльфийка задержана в замке. Остальные из твоей шайки сбежали и скрылись. — Как и ты, все объявлены в розыск.»
△▼△▼△▼△
――Пленение Эмилии в королевском замке и побег Рем, Отто и остальных из королевского дворца.
Это была новость, от которой мир перевернулся с ног.
Нарратив, переданный Рэйнарду, он пережевывал снова и снова, перемалывая, чтобы мозг успел переварить каждую деталь. Так, с усилием за усилием, он пытался хоть что-то понять.
Пытался, но――
«П-почему всё так...?»
«...Даже Бетти не ожидала подобного.»
Побледнев, Субару, словно оглушенный, выдохнул эти слова, не замечая, как стучат зубы. Похоже, слишком непостижимые события отнимают у человека даже тепло. Холодная кровь разлилась по телу, создавая иллюзию, будто кончики пальцев на руках и ногах вот-вот отомрут от обморожения.
Бетти, державшая его за руку, мягко передала ему своё тепло. Но дрожь не прекращалась.――Ситуация оказалась куда хуже, чем ограниченное воображение Субару могло себе представить.
«Мой... из-за меня Эмилия, все...»
«Эй, не надо нести чушь про чью-то вину и корчить из себя жертву. Посмотри на обстановку – тебя явно подставили, чёрт возьми.»
«Э?»
В ушах зазвенело, мир поплыл перед глазами, и Субару невольно моргнул. Рэйнард, сложив руки на груди, раздраженно фыркнул, увидев его реакцию.
Только что Рэйнард как ни в чём не бывало заявил, что их «подставили».
«Подставили... что ты имеешь в виду?»
«А что тут иметь в виду – всё очевидно. Разве не кажется странным, что сразу столько неприятностей повалилось со всех сторон?»
Рэйнард с досадой пожал плечами, глядя на ошеломленного Субару.
Его слова пронеслись мимо оглушённого сознания Субару, словно онемевшая часть головы, но Бетти подхватила:
«Ты имеешь в виду, нас начали преследовать, Эмилию заперли в замке...?»
«――Не только это. Весь ваш лагерь бежал без разбора, потому что понял, что противники настроены серьёзно.»
«Настроены... на серьёзное?!»
«Это образная речь, образная речь! На самом деле они вряд ли осмелятся сразу убить кандидата. ...Иначе тот задира не смог бы отправить нас, пока нас отвлекали.»
Вылетевшее опасное слово заставило Субару распахнуть глаза. Рэйнард пнул грязную стену.
Но, несмотря на свой грубоватый тон, Рэйнард упорно объяснял всё дальше, и благодаря этому способность Субару мыслить начала медленно возвращаться.
Итог был таков――
«Кто-то тайно действует, чтобы вывести Эмилию из королевской гонки. Мои действия идеально подыграли этому плану, и Эмилия оказалась пленённой в замке. Отто и остальные, осознав замысел заговорщиков, сбежали, пока ещё могли двигаться... верно?»
«Бетти хочет добавить одно.――Возможно, целью этого злодея была не только Эмилия.»
«Не только Эмилия?»
«――――»
Когда Субару, которого уличили, поднял брови, Беатрис, кивнув, задрала подбородок. Привлеченный этим движением, он перевёл взгляд и увидел мрачное лицо Латинса, который тыкал языком в щёку изнутри.
Это было лицо человека, которого явно задели за болезненное место, и――
«……Пожалуй, Латинс помог нам не только потому, что Эмилия и Фельт подружились?»
«Чёрт, какая же ты задиристая маленькая тварь……»
«Заполнять пробелы в знаниях Субару – моя роль, Бетти. И тебе, может, хочется, чтобы тебе это вдалбливали снова и снова…… ты ведь так хотел, смертный?»
«Тогда заставь своего господина научиться нормально называть людей!»
Латинс повысил голос на явно плохо ладившую с ним Беатрис и глубоко вздохнул. Затем он запнулся на несколько мгновений, после чего…
«……В замок запихнули не только полукровку из вашей банды. Фельту тоже досталось. Ей предъявили какие-то абсурдные обвинения, и Лайнхарт тоже оказался связан по рукам и ногам.»
«Лайнхарт!? И Фельта тоже попалась…… Тогда цель – не Эмилия, а сама процедура выборов!»
«Ты только сейчас понял? Вот я и сомневался, поэтому Фельта, перед тем как её потащили в замок, приказала нам: «Найдите тех идотов. И не давайте им сбиться в кучу». Из-за этого нам пришлось жопу рвать, бегая по дырявым тоннелям.»
Понятно, почему Латинс не хотел говорить о невыгодном положении своего лагеря, но наличие этой информации и её отсутствие абсолютно меняли всю картину.
Раньше Субару был уверен, что его использовали для личной атаки на Эмилию, но, похоже, цели противника были куда масштабнее.
Если опасность грозила не только Эмилии и Фельте, но и, как следствие, Субару с Лайнхартом, а также их лагерям, это точно не было совпадением.
Тайные игры, нацеленные на выборы и грозящие потрясти Королевство Лугника. И в этой истории слишком больших масштабов Субару слышал уже знакомые имена.
«Круш, ты слышала!? Твои слова……»
Субару, увлечённый разговором, поднял голову и обратился к Круш, которая наблюдала за их беседой.
До прибыя Латинса Субару не мог до конца поверить в обоснованность слов Круш, опиравшуюся на «Дар Ветрочета», но стремительный поток новой информации придал этим сомнениям определённую убедительность.
Или, может быть, заговор Микротофа, доведший Круш до того, что она взяла в руки меч, тоже был связан с попыткой сорвать выборы.
Однако……
«Что? Круш?»
Отсутствие реакции показалось Субару странным, и он посмотрел на Круш. Затем он не поверил своим глазам. – Круш, стоявшая у стены, кивала головой, на грани засыпания.
Начать дремать посреди разговора, причём в самой гуще опасности – это было слишком не в характере Круш, совершенно неуместно.
Услышав его голос, она посмотрела на него совершенно пустым взглядом.
«……Прости, одолела дрёмота. Вероятно…… это, из-за нагрузки на левый глаз……»
«Нагрузки…… А вообще, с каких пор у тебя с этим глазом?»
«Всё остальное… на вас… Субару… са……»
«Подожди!»
Она, видимо, достигла предела: её тело шатнулось, и она внезапно повалилась вперёд. Субару поспешно подхватил её. Нож выпал из ослабевшей руки Круш и с тонким звоном упал на каменное дно канала.
Но сама она, похоже, не обратила на этот звук ни малейшего внимания, и из её груди стали вырываться тихие звуки сна.
«Не может быть! Спит посреди такого важного разговора…… уснула!»
— Слышь, что там с герцогом? Говорили всякое: и что память потерял, и что тело сломалось, и в итоге что крыша поехала... В общем, страсти-морасти.
— А!? К Крушке как ты смеешь обращаться?! Сейчас я тебе морду набью, тварь!
— Это не я говорил! А ты кто такой такой, а!?
— Хватит тут устроиться! Ссориться не станете ли вы каждый раз? — Если судить по виду, она просто спит. Как и заявляла эта девушка, похоже, усталость просто вышла за пределы возможного.
Беатрис, вклинившаяся между Субару и Лачинсом, осмотрела мирно спящую Крушку и вынесла такой вердикт. Глаза Субару тоже не видели никаких страданий в бессознательном состоянии Крушки — она выглядела просто истощенным телом, тонущим в глубоком сне.
Впрочем, как и говорила Беатрис, если это и есть побочный эффект «Драконьего Глаза», который заявила Крушка, то эту неестественную штуку действительно не стоит оставлять без внимания.
Именно —
— ...Свидетельства Тига и «Тайна Драконьей Церкви». Кандидаты на трон превращаются в мишени — невозможно не связать это воедино.
По правде сказать, было бы нелепо утверждать, что всё это никак не связано. Но это парадоксальным образом ведёт прямиком к подозрению самой организации — «Драконьей Церкви».
Она глубоко и прочно укоренилась в королевстве Лугника. Даже если признать её воображаемым врагом, какой масштаб вражды нужно себе представлять?
Тиг вызывает подозрения в нынешней ситуации. Но тогда как насчёт Сакуры? А Филоре?
— Если худшие опасания подтвердятся, я, конечно, раскисну, но больше всех будет горевать Эмилия...
Да и без того ей пришлось бы несладко — она заперта во дворце, её друзья вроде Отто неизвестно где, а о собственной безопасности Субару и Беатрис она даже не осведомлена.
Чтобы хоть немного облегчить эту тяжесть в её сердце, нужно действовать. Найти наилучший ход.
Приняв такое решение, Субару подхватил спящую Крушку и крепко придержал. Тем временем Беатрис подобрала короткий меч и убрала его в ножны, после чего они обменялись кивком.
— Лачинс, тут разговор не заладится. Раз уж ты потрудился прийти, наверняка есть место, где можно поговорить спокойнее? Переместимся.
— Не люблю, когда мне указывают, но спорить сейчас не стану. ...Хотя в текущем столичном положении не ручаюсь, что нам удастся остаться незамеченными.
— ...Из-за этого всё ещё отчётливее чувствуешь, насколько всё серьёзно.
Враг использует невообразимо мощные силы, чтобы заманить Субару и его товарищей в ловушку.
Возможно, случайная встреча с Лачинсом здесь и возможность выслушать его были поистине чудом — во многом благодаря удаче. Или, быть может, называть это чудом — оскорбление для Лачинса, который разыскал их по указанию Фельт.
Так или иначе —
— Крушку тоже хочется уложить отдохнуть, когда она успокоится. Когда тело и душа хотя бы немного отдохнут, у нас получится поговорить серьёзнее. Поэтому —
— — Вот это как раз к месту! В самое это мгновение, в эту самую секунду, мне так нестерпимо хочется пригласить беглеца, который уже привёл всю столицу в хаос! —
— — Что!?
В тот же миг в канализации раздался совершенно неместный голос, заставив Субару, которого Крушка всё ещё держала за спину, а также Беатрис и Лачинса, обернуться с распахнутыми глазами.
Голос донал из тьмы водного канала, куда не доставал слабый свет лагмитовых камней. Лачинс бросил в ту сторону чмокнув языком «тьфу!», и —
— О, да будет свет! Ку-ха-ха-ха, какая проницательность и находчивость! —
На землю канализации с твёрдым стуком упало что-то, а затем яркий белый свет ослепительно залил тьму. Это был сам лагмитовый камень, загорающийся при ударе.
Цель Лачинса, который действовал по наитию, была достигнута: свет обнажил силуэт прятавшегося в темноте человека перед глазами обернувшихся Субару и остальных.
Это был —
«...Маска?»
«Эй-эй-эй, ты смотришь на меня, а первое, что говоришь — это 'маска'? Ну, поди ж ты, видишь перед собой очевидное и тут же его озвучиваешь. Будь поэтичнее! Если хочешь увлечь женщину, подбирай слова с жаром, с страстью! Кха-ха-ха-ха-ха!»
Сказав это, расхохотался так, что его тело затряслось, — мужчина. Определить можно было лишь то, что это был высокий мужчина. Потому что на нём была полностью укрывающая чёрная одежда, укрывающая от головы до пят, а на лице — маска, напоминающая облик шута.
В полумраке белая шутовская маска, неясно проступавшая во тьме, лишь подчёркивала чудовищность происходящего.
По его поведению, манерам, злобному взгляду, направленному сквозь маску, — за всего лишь пять секунд встречи можно было мгновенно понять. Этот шут — паршивец.
И доказательством тому стало...
«Можете сдохнуть, вы двое. Дело у меня только к той бабе, что там спит!»
В тот же миг тьму канализации озарил колоссальный огненный столб, по сравнению с которым свет лагмитовой руды казался бледной тенью, и волна невообразимого жара обрушилась на Субару и остальных.