Глава 5-43: «Обстоятельства до воссоединения»
«Прости, что не смог помочь в решающий момент. Мне остаётся лишь сожалеть о своём непостоянстве».
Под пристальными взглядами всех находившихся в комнате Рейнхард принёс извинения.
Вид Мечника-святого, склонившего голову, заставил всех потерять дар речи. Было легко опровергнуть его извинения. Но даже пустые слова поддержки исходили бы не от сердца.
В самом деле, за эти несколько часов, когда сил отчаянно не хватало, Рейнхард отсутствовал, и его местонахождение оставалось неизвестным.
Нельзя было не думать, что если бы его сила была с ними при штурме городской ратуши...
Поэтому простые слова отрицания не могли легко слететь с уст никого из присутствующих.
Однако,
«Серьёзно, дурак. Ты хоть представляешь, как нам было трудно без тебя?», — если не считать Субару, который подошёл к красному герою и ткнул его кулаком в грудь.
От удара кулаком в грудь Рейнхард виновато посмотрел на Субару. Субару фыркнул, глядя на его непривычно поникший вид, словно нашкодившего мальчишку.
«К тому же, если уж приходить, мог бы прибыть минут на пятнадцать раньше. Из-за тебя мне пришлось произносить речь, которая совсем не вяжется с моим образом. Вообще-то это была твоя работа».
«Прости... Но, знаешь, это была очень хорошая речь, достойная тебя. Даже если бы меня попросили о том же, я не смог бы сделать объявление, способное так воодушевить людей. Ты был правильным выбором».
«Мне кажется, от нас с тобой ожидали разных объявлений».
Субару снова ткнул кулаком в грудь Рейнхарда, который криво усмехнулся. Затем он ткнул пальцем в нос героя, потупившего взгляд.
«Рейнхард».
«...Что?»
«С твоим приходом у нас не просто сто человек, а тысяча. Ты даёшь мне право на такие ожидания, верно? Я рассчитываю на тебя?»
«――――»
Его сила была равноценна подкреплению в десять тысяч человек. Даже оценки Субару в сто или тысячу человек были слишком лёгкими.
В ответ на этот полный ожидания вопрос Субару Рейнхард на мгновение заморгал своими голубыми глазами. Однако замешательство тут же исчезло, и на его губах заиграла улыбка.
«Да, я хочу, чтобы ты на меня рассчитывал. Я оправдаю твои ожидания, если ты этого желаешь».
«Может, не надо говорить так, чтобы радовать некоторые личности? А, ладно. ...В общем, так что, пользуясь моментом, вы тоже выскажите ему всё, что хотите».
Субару обернулся, улыбнувшись Рейнхарду, с лица которого исчезло первоначальное напряжение. Оглядев остальных, которые до этого молчали, он указал на Рейнхарда.
«В таких случаях гораздо тяжелее, когда с тобой носятся. К тому же не каждый день выпадает шанс отчитать Мечника-святого, который сам напрашивается. Давайте, давайте».
«――――»
«А как вдоволь над ним поиздеваетесь, поговорим. О том, как спасти всех».
Выпятив грудь, заявил Субару.
Кто-то, кажется, перевёл дыхание, увидев его настрой. Однако Субару понимал, что по крайней мере Гарфилд и Отто, знакомые с его бравадой, расплылись в улыбке.
Что ж, хорошо, когда хоть один-два человека видят тебя насквозь.
Ведь он только что произнёс речь о том, что не нужно брать всё на себя.
※※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※
После этого каждый высказал Рейнхарду свои замечания (подробности опускаем), и состоялось новое обсуждение отвоевания города.
Впрочем, кроме присоединения Рейнхарда и Отто, заметных улучшений не было. Число врагов, которых нужно было одолеть, и стратегия одновременного штурма контрольных башен оставались прежними.
«Кстати, где ты был всё это время и что делал, пока тут творился такой хаос?»
Когда все уселись в круг и обсуждение началось, Субару внезапно задал этот вопрос.
От этого вопроса лицо Рейнхарда омрачилось. Сегодня он выглядел таким постоянно.
«Фельт тоже нет рядом, и мне многое хотелось бы узнать. А, я не виню тебя? Думаю, своим предыдущим заявлением я уже закрыл эту тему».
«Как бы там ни было с формулировками Нацуки-куна, меня это тоже интересует. Не думаю, что господин "Мечник-святой" прятался, испугавшись, но хотелось бы получить вразумительное объяснение».
К вопросу Субару присоединилась Анастасия. Судя по её взгляду, брошенному в его сторону, она, видимо, тоже получила доклад от Юлия.
О том, что незадолго до начала беспорядков Рейнхард и Фельт встретились с Хайнкелем.
То, что лицо Рейнхарда омрачилось от этого вопроса, было тому доказательством.
Как и в случае с Вильгельмом, отношение дома Астрея к Хайнкелю было весьма неоднозначным. Словно они обращались с ним как с...
«...пожилые родители, которые за десять с лишним лет превращения сына в затворника и профессионального бездельника уже не знают, как к нему и подступиться, кроме как как к хрупкой драгоценности...»
«Простите, что прерываю Нацуки-сана, погрузившегося в странные фантазии, но как быть? Если Рейнхарду-сану трудно говорить, я могу рассказать сам».
Когда Субару вспоминал кадры из вечерних новостей о затворниках, вмешался поднявший руку Отто. Его взгляд, полный заботы, был устремлён на Рейнхарда, и говорил он так, будто был в курсе дела.
«Кстати, вы же пришли вместе, неужели вы и во время беспорядков были вместе?»
«Нет, не совсем так. С господином Рейнхардом я встретился только в самый последний момент... Но тем не менее, я в курсе почти всех обстоятельств».
«Спасибо, Отто. Но это проблема моей семьи. Хотя рассказывать об этом и впрямь тяжело, я должен говорить сам».
Рейнхард покачал головой, отвергая предложение Отто, проявившего заботу.
Затем он закрыл глаза, на мгновение замешкался, а после выпрямился.
«Прежде всего, хоть я и говорил это много раз, позвольте мне извиниться ещё раз. Я был должен сотрудничать в первую очередь, но не смог присоединиться на несколько часов. Я глубоко сожалею об этом».
«...Что касается этого момента, мы уже высказали своё мнение. Мы не можем полностью простить вас и сказать, что всё в порядке. Но вы необходимы для предстоящей битвы. Если вы раскаиваетесь, докажите это на деле».
«Я так и сделаю, Юлий. ...Когда прозвучало первое объявление Культа ведьм, меня и госпожу Фельт вызвали в один из уголков Второй улицы. Собеседником был заместитель командира Хайнкель».
Начав рассказ, Рейнхард твёрдым голосом назвал Хайнкеля заместителем командира.
Тот факт, что они отец и сын, был общеизвестен. И всё же то, что он назвал отца по должности, было достаточно красноречиво, чтобы дать понять, что их отношения не сводятся к простым родственным узам.
«После той ссоры я удивлён, что Фельт вообще согласилась на встречу».
«Госпожа Фельт, должно быть, тоже хотела отказаться. Однако, когда речь зашла о полномочиях главы владений Астрея, у неё не было выбора. Мы не знали, каких требований ожидать... но госпожа Фельт взяла меня с собой, и мы направились к месту встречи».
«И чем закончились эти переговоры...»
«Прошу прощения, но это слишком тесно связано с внутренними делами Королевского отбора. Я бы хотел избежать упоминания этого. Скажу лишь, что переговоры прошли не очень гладко».
Тон Рейнхарда понизился, и можно было догадаться о трудностях переговоров.
Фельт была импульсивна и полна враждебности, поэтому, учитывая ещё и отвратительный характер Хайнкеля, нетрудно представить, как всё было напряжённо.
В разгар этих переговоров...
«Прозвучало первое объявление от Культа ведьм. Я не поверил своим ушам, но тут же подумал, что нужно действовать. По правде говоря, я был готов немедленно выступить в случае любой чрезвычайной ситуации. Я также заранее передал другим слугам способы связаться со мной в случае необходимости».
Этим способом был сигнал — запустить магию в небо, как тогда.
При появлении Сириуса, если бы Рачинс подал сигнал, Рейнхард прибыл бы на место за тридцать секунд. В этих словах не было лжи.
И всё же Рейнхард не двинулся с места, даже услышав объявление Культа ведьм, эту откровенную угрозу. Он не поспешил на место и, более того, хранил молчание несколько часов.
Почему же?
«Ты ведь наверняка знал, что объявление идёт из городской ратуши. У тебя была возможность ворваться туда. ...Почему ты не пришёл?»
«――――»
Он не винил его. Но голос, задававший вопрос, был жёстким.
Немало было и мыслей. Если бы Рейнхард был при штурме городской ратуши... возможно, Круш, которая всё ещё боролась со страданиями, не пострадала бы. И Субару, возможно, не пришлось бы мириться с непонятным изменением в правой ноге.
Незаметно для себя он нахмурился. И не только он.
Под взглядами всех присутствующих в комнате Рейнхард, до этого говоривший свободно, замолчал и снова опустил глаза.
В глазах, обрамлённых длинными ресницами, читалось колебание перед тем, что он собирался сказать.
Но герой подавил внутреннюю борьбу за несколько секунд и продолжил прерванную речь.
«...Заместитель командира Хайнкель взял госпожу Фельт в заложницы».
«............»
«Моя непоправимая ошибка. Он захватил госпожу Фельт, приставил меч к её горлу и сковал мои действия. Поэтому я не мог двигаться».
Стало ясно, почему Рейнхарду было так трудно произнести эти слова.
Заложницей госпожи, которой он должен был служить верой и правдой, стал его собственный отец.
Какое унижение и позор, должно быть, терзали его сердце.
«...То есть, это что? Выходит, тот заместитель командира был агентом Культа ведьм?»
Услышав это шокирующее признание, Субару, пытаясь представить чувства Рейнхарда, пробормотал.
Насколько же это была жестокая правда? Он слышал, что члены Культа ведьм скрываются среди простых горожан, и невозможно узнать, кто из них является сектантом. Но он и думать не хотел, что они могут оказаться среди близких.
Сейчас, когда он узнал, что такое архиепископы на примере Петельгиуса и других, он думал об этом ещё сильнее.
Культ ведьм — все они, до единого, отбросы человечества.
«...А если так? Как ты думаешь, что тогда было у меня на душе?»
«Что?»
Однако на вывод Субару — логику, с которой согласилась почти половина присутствующих, — Рейнхард ответил с какой-то заминкой.
Субару удивило его поведение. Но другая половина — Анастасия, Юлий, Отто и остальные — выглядели так, будто пришли к другому выводу.
«Заместитель командира не связан с Культом ведьм. ...По крайней мере, судя по его высказываниям после того, как он взял в заложницы госпожу Фельт, заметных свидетельств обратного не было».
«Что за чушь? Нет, необязательно чушь... Но тогда зачем? Зачем брать Фельт в заложницы? Какой в этом смысл...»
Он хотел продолжить «есть», но остановился, осознав.
Мрачное выражение лица Рейнхарда, безнадёжные лица Отто и остальных. Он хотел рассмеяться над выводом, который пришёл ему в голову, глядя на них.
Но не мог рассмеяться. Всё было слишком безнадёжно. В таком случае, поступок Хайнкеля...
«Неужели для того, чтобы удержать тебя на месте?»
«――――»
«Он знал из объявления Культа ведьм, что городу грозит опасность... и поэтому, чтобы быстро защитить себя, хотел оставить самую сильную боевую единицу при себе?»
«...Заместитель командира сказал: "Твой драгоценный господин и твой отец здесь. Ты бросишь их и побежишь к незнакомцам?"».
«Это говорит отец?!»
Вскипев, Субару ударил кулаком об пол.
Сегодня он с самого утра то и дело сталкивался с этой яростью. Но он не думал, что будет так зол даже на того, кто не имеет отношения к Культу ведьм.
«Мне нечего было возразить. Разумеется, госпожа Фельт сказала, что это блеф. Что я должен не обращать на неё внимания и идти помогать другим. ...Но я сам решил остаться на месте. Винить следует меня».
«С чего ты взял?! Кто тут неправ, всем здесь ясно и без слов!»
«И всё же выбор сделал я».
Рейнхард не уступал в ответственности накричавшему на него Субару.
Упрямый Рейнхард, похоже, не собирался уступать в этом вопросе, что бы ему ни говорили. Субару раздражённо цокнул языком и грубо заставил себя успокоиться.
«В общем, так мы и застряли в тупике. Потом ничего