— На моей территории мы выращиваем весьма необычные растения — таких, каких, боюсь, нет даже в Югдре. Я был бы рад, если бы принцесса Селен взглянула на них — сегодня вечером мы устраиваем банкет, и если вы не возражаете...
В приёмной, предоставленной в Клановом Доме «Начало Следа», аристократ Империи Зебульдия, сияя улыбкой, сделал своё предложение.
Мир людей был наполнен всевозможными интересными вещами. Поскольку Селен и без того испытывала любопытство к людям, большинство из бесчисленных предложений, поступавших с момента начала работы по установлению дипломатических отношений, были ей как раз по душе.
Разумеется, у неё как у представительницы своей расы были неприкосновенные границы. Селен по природе плохо переносила контакт с металлическими изделиями и была вынуждена избегать мясной пищи. Но во всём прочем она старалась соглашаться на любые предложения.
Если Селен установит дружеские отношения с людьми, то распространённая среди духоволюдей неприязнь к ним должна смягчиться. А это, в свою очередь, откроет путь к лучшему будущему для всего её народа.
— Это замечательное предложение, человек. К сожалению, сегодня вечером у меня есть обязательства, из-за которых я не смогу...
— Ради принцессы Селен мы также приготовили «Небесный цветок». Это редкий экспонат из Сокровищницы — [Сад Белого Мрамора], — который обнаружил ваш знаменитый «Тысяча Превращений». Именно он привёз его оттуда, и теперь это служит доказательством того, что [Сад Белого Мрамора] был покорён!
— Вижу... Это действительно интригует.
Селен была занята. Аристократы и торговцы Зебульдии, а также Гильдия Исследователей непрерывно заваливали её просьбами о встрече.
Восстановление Югдре она доверила своей правой руке — Луину, — но совсем пускать всё на самотёк тоже было нельзя.
Однако на сегодняшний вечер у неё, казалось, должно было быть свободное время.
— Хорошо, я приду. Кстати, часто ли у людей принято присылать приглашения на банкет в тот же день?
— Ну, если момент подходит, то почему бы и нет.
Накануне приглашение на банкет пришло примерно в тот же момент, так что Селен так и не смогла навестить Клая.
Телепортация даже для высшего духоволюда, каким была Селен, являлась высшей магией. Она поглощала огромное количество маны, требовала точного расчёта момента, а использовать её дважды подряд было невозможно — приходилось ждать, прежде чем удастся вернуться обратно.
Похоже, и сегодня навестить Клая не удастся...
Ну да ладно, проблем быть не должно. Обращение с Клаем во время его доставки, с точки зрения Селен, отнюдь не было обращением с преступником. Франц несомненно старался по мере сил выполнять её требования.
Разумеется, это было не совсем то, что полностью удовлетворило бы Селен, но тут уж ничего не поделаешь. Культура людей и культура Югдре различались, как различались сами люди и духоволюди.
Расписание Селен было загружено до отказа — и сегодня, и завтра. В Югдре подобное было бы немыслимо.
Как только дипломатические отношения будут официально установлены, у неё должно появиться больше свободного времени, но если она не будет регулярно возвращаться в Югдре, сородичи начнут за неё переживать.
Аристократ вышел из комнаты. Пока Селен заварила чай, привезённый из Югдре, и потягивала его, ожидая следующей встречи, в приёмную вошла Ситри.
Ситри Смарт — алхимик из «Оплакивающего Призрака», которая оказывала Селен различные услуги с момента её прибытия в императорскую столицу.
— О, Ситри! Заглянула в гости? Как раз заварила чай. До следующей встречи ещё есть время.
Бесконечные деловые разговоры утомляют. На предложение Селен Ситри ответила с улыбкой.
— Нет... Я как раз готовлюсь отправиться на остров-тюрьму в Восточном Шиле — — О! Как здорово! Я тоже собиралась поехать туда сегодня, но в моём графике вдруг появилось дело, которое невозможно ни перенести, ни отменить.
Банкет её не слишком интересовал, но «Небесный цветок» — это уже другой разговор. В тюрьму на острове она обязательно собиралась отправиться, но лучше будет сделать это в свободный день, когда можно будет не спешить.
На слова Селен Ситри расширила глаза и спросила: — Э-э? А как вы собирались туда попасть?
— Магией телепортации. Мне нужно проверить, не причинили ли люди Клаю что-нибудь плохое... Подождите-ка.
Она закрыла глаза и сосредоточилась.
— Сегодня его положение почти не изменилось, так что, полагаю, он уже добрался до острова-тюрьмы. На самом деле я собиралась навестить его вчера и проверить всё на месте, но...
— ...Телепортация предполагает указание координат, верно? Вы разбираетесь в этом?
Телепортация — это высшая магия. Ею владели лишь единицы даже среди высших духоволюдей, а для её применения необходимо было точно указать место назначения — чрезвычайно сложное заклинание.
Тот факт, что люди задействуют крупные магические круги, тоже имеет под собой определённую логику. Если нужно переместиться в заранее определённое место, нет необходимости заново рассчитывать координаты телепортации.
На совершенно справедливый вопрос Ситри Селен, выпрямившись, ответила: — Разумеется, я разбираюсь. На Клае я установила слежку Мирэс.
Между Мирэс — одной из высших духоволюдей, оберегавших Югдре, управлявшей природой — и Селен существовала невидимая связь, созданная договорной магией. Селен не знала, где находится Клай, но местоположение Мирэс ей было известно точно. Оставалось лишь телепортироваться к Мирэс.
— Понятно... Но разве тюрьма на острове не является мучительным местом даже для духоволюдей?
— Я ей кое-что должна — она спасла Югдре. К тому же Мирэс не просто дух.
Высшие духи обитали в местах, богатых природой, потому что существовали, поглощая силу великой природы — ману и Мана-Материал, присутствующие в атмосфере. Когда Мирэс находилась в далёкой императорской столице, лишённой природы, Селен обеспечивала её силой. Но теперь, когда Селен была далеко, это уже было не так просто.
Тем не менее Мирэс оставалась великим духом, некогда накопившим столько силы, что теряла самосознание. В этом не было ни малейшего сомнения.
У Мирэс была чётко выраженная воля. В случае любых неприятностей на острове-тюрьме она непременно поддержит Клая по мере возможности.
На уверенный ответ Селен Ситри выглядела задумчивой, но вскоре широко кивнула и сказала с улыбкой: — Понятно... Спасибо за поддержку Клая. Кстати, у меня есть одна просьба — * * * Даже в такой бесчеловечной тюрьме на острове, похоже, заключённым всё же выдавали пищу.
Пункт раздачи располагался в центре острова.
На мощёной камнем площади стоял большой ящик, который окружали мужчины с острыми взглядами — совершенно другие, нежели те заключённые, которых он встречал здесь до сих пор.
Другие заключённые — тоже с мрачными лицами, но явно более слабые — наблюдали за ними издалека со злобными взглядами. В общем, даже среди тяжких преступников, похоже, была своя иерархия.
Гранд, проводивший его, пояснил: — Согласно моим данным, еда поступает через этот ящик. Говорят, он связан с внешним миром.
— «Общая Сумка»! Даже Сокровищное Оружие подключили?.. Какая расточительность.
«Общая Сумка» — это Сокровищное Оружие, состоящее из двух экземпляров: то, что кладётся в один, можно достать из другого.
Оно составляло достойную пару Сумке пространства-времени — удобный артефакт, который стоил сравнительно дешевле, но всё равно продавался за немалые деньги.
Его ограничения были таковы: в него нельзя было поместить живое существо, а также оно не работало между разными городами. Без этих ограничений цена была бы ещё выше (среди исследователей Сокровищных Оружий бытовало мнение, что ограничения были введены из-за опасности использования в преступных целях).
— Говорят, в этот ящик регулярно закладывается еда. Согласно собранным мной данным, змеи и лисы делят её пополам и распределяют между своими группировками... Хотя, судя по всему, выдаваемая порция и так минимальна... Те — это члены группировки «Змеи».
Подлинно отвратительные условия. Вовне этот мир был куда более жестоким.
Даже охотники, поглощавшие Мана-Материал, не могли жить без еды, так что, вероятно, преступникам намеренно выдавали лишь минимум, чтобы ослабить их.
— Те, кто не примкнул ни к одной из группировок, получали еду в обмен на уборку и прочую мелкую работу внутри тюрьмы. Говорят, всё внутри тюрьмы, включая мелкую рутину, держится на руках заключённых. Довольно... интересная система.
Для слабака вроде него это был настоящий ад.
— Группировки взяли на себя управление ящиком после того, как кто-то бросил туда экскременты, и выдача еды прекратилась на целых три дня. Даже они должны были понимать, что подобные действия ни к чему не приведут, но глупцы, как известно, водятся везде.
Империя оставалась империей, а заключённые — заключёнными. Ситри, наверное, ужаснулась бы, узнав об устройстве тюрьмы.
Мужчины с острыми взглядами, окружавшие ящик, хищно оглядывали окрестности, демонстрируя мускулистые тела, способные, судя по всему, убить человека голыми руками. Отсутствие у них оружия лишь подчёркивало, какими опасными людьми они были на воле.
Хотя они были без оружия, но и он тоже был без оружия... Стоп, подождите...
Так, а ведь можно же предлагать уборку и прочую мелкую работу в обмен на еду!
В какой бы из двух группировок он ни оказался, быть его «товарищем» категорически не хотелось, но если он возьмётся за уборку, заключённые вряд ли станут его атаковать. Если бы это было навсегда — другое дело, но экскурсия по тюрьме вряд ли продлится слишком долго.
Он посмотрел на Джека, который, высунув язык, хихикал, глядя на суровых мужиков, и на Гранда, стоявшего с руками на груди, и предложил: — Вы... любите убираться?
— О! Конечно. Хех... хотя я и выгляжу так, на самом деле я чистюля.
— А я... придерживался принципа не пачкать руки, но в текущей ситуации, боюсь, выбирать не приходится.
Похоже, оба были готовы поддержать его идею. Единственная проблема — Закк-людоед, который всё это время молчал, но...
— Н-ну, ладно, у тебя всё равно наручники не сняты, так что извини.
В конце концов, Закк был любителем человечины, так что, возможно, его не так уж сильно беспокоила необходимость добыть еду.
Впрочем, он был уверен, что в этом мире есть вещи вкуснее человека... Только надо следить, чтобы Закк меня не съел.
После возвращения на волю попробует предложить Джину подавать вкусную еду.
Итак, кому следует сделать предложение об обмене уборки на еду — вернее, не только уборки, но и любой другой мелкой работы?
Мужчины, окружавшие ящик, на первый взгляд, вряд ли были склонны к разговорам.
За него, стоявшего в нерешительности, вперёд вышли Джек и Гранд.
— Хех... Доверьтесь нам. Нам не нужна помощь «Тысячи Превращений». Такое — наша работа.
— ...Ну, в его словах есть здравый зерно. Согласно моим данным, всё лучше всего устраивается, когда босс величественно возвышается наверху.
Ого... Какие надёжные преступники. Казалось бы, опираться на них — проигрышный вариант, но раз речь идёт лишь о предложении взять дежурство по уборке, сойдёт.
Он отступил на шаг.
Джек, щёлкнув костяшками пальцев, направился к ящику и, обращаясь к мужикам, которые тут же окружили его с угрожающими взглядами, пригрозил: — Если жизнь дорога, убирайтесь с дороги, мелкая рыбёшка. Отныне распределением еды будете заниматься мы.
— !? Нет-нет-нет-нет-нет, всё не так, совсем не так!