Боже упаси, этот человек и правда умеет выматывать.
В последние дни проблема, не дававшая покоя, наконец-то начала разрешаться, и владыка высокомобильного крепостного города, вершина пирамиды — класс девять, Кросс Код — глубоко вздохнул.
В Королевской Башне, ставшей оплотом Кросса, уже давно никто не появлялся — за исключением самого Кросса. Сидя в одиночестве в пустой башне, невольно создавалась иллюзия, будто в этом мире ты — единственный живой человек.
Борьба за престол начнётся лишь после смерти Кросса. Создав условия, в которых дети соревнуются за трон, он выполнил свою последнюю обязанность как король — наполовину.
Оставалось лишь дождаться момента, когда тело Кросса откажет.
Борьба за престол — то, что Кросс планировал ещё много лет назад. Сколько детей иметь, какое образование им давать, какую территорию с какими дворянами выделять — всё это решил он. При правлении Кросса Код не предпринимал масштабных действий, зато накопил ресурсы. Следующее поколение Кода сможет бросить на поле боя куда больше сил, чем первый Код, когда-то пытавшийся покорить мир.
Долгая служба подходила к концу. Одно последнее дело — ждать смерти в одиночестве в Королевской Башне.
Возможно, именно поэтому он непроизвольно решил проверить, как дела Алиши — с которой в последнее время стал чаще сталкиваться.
Алиша Код. Запасная королевская особа, созданная по просьбе дворян.
Дочь, рождённая системой Кода с использованием генов Кросса, которая, несмотря на право на престолонаследие, была исключена из борьбы за трон.
Ей выделили наугад крошечную территорию и заперли в здании в её центре, передав всю ответственность за управление городской системе и дворянам. Он не вмешивался, не навещал её, не принимал от неё сообщений. Интереса к ней не было.
Его главная обязанность как правящего короля Кода, которую он сам себе определил, — обеспечить передачу власти от более сильного Кода к более сильному королю. Любые иные ресурсы короля были бы потраченными впустую.
Вероятно, если бы тот Клай не вмешался, Кросс так и умер бы, так и не взглянув на Алишу, и остался бы доволен.
Впервые ненароком заглянув в монитор, он увидел Алишу — грустно уставившуюся в окно, и это зрелище не имело ничего общего с тем жалким видом, с каким она выпрашивала шоколадку.
Достаточно было бегло заглянуть в городскую систему, чтобы сразу понять, что произошло.
Тот бездарный гвардеец, который внушил Алише лишние мысли, вышел из здания и отправился гулять по городу.
В общем-то, пустяк. Скорее, проблема в том, что Алиша, не имевшая доступа к ресурсам, переделала элитного гвардейца-мехосолдата и превратила его в ресурс.
Система Кода не является совершенным воплощением высокотехнологичной цивилизации — повсюду существуют такие маленькие лазейки. Ещё будучи не королём, Кросс частенько искал подобные дыры в системе.
На второй день Алиша бродила по комнате, шатаясь, как пьяная. Результаты обучения в учебной системе оказались хуже обычного, а график эмоций, который отслеживался постоянно, указывал на её подавленность.
На третий день Алиша сидела на кровати, прижав колени к груди и опустив голову. Это зрелище впервые за несколько десятилетий выбило Кросса из равновесия.
В её облике он узнал что-то знакомое. Воспоминания, хранимые почти целое столетие, вернулись разом.
Воспоминания тех времён, когда Кросс ещё не был королём и не осознавал, что станет им, — воспоминания, которые он предпочёл бы забыть.
Черты лица и рост были другие, но цвет волос, цвет глаз, осанка и жесты — всё это неизбежно напоминало ту единственную женщину, которую Кросс любил ещё до того, как стал королём.
Он давно и полностью забыл о ней. Она была красивой. Сильной характером. Живой, вежливой, умевшей находить лазейки в системе. Иногда вдруг бралась за нечто совершенно неожиданное, а раз что-то решала — упрямством своим могла двигать горы.
Когда Кросс ещё не решился стать наследником престола, он выбрал именно такую женщину.
Расставание было внезапным, и тогда он её ненавидел. Но и гнев, и горечь со временем излечиваются.
Именно поэтому единственное, что хлынуло обратно рекой, — ностальгия.
Кросс, несомненно, был владыкой Кода, но далеко не понимал всей городской системы. Скорее, непонятного было больше. Использовать систему можно, не зная её принципов.
Система производства людей с использованием генов.
Кросс, которого дворяне попросили и который привёл систему в движение через множество хлопотных процедур, создав Алишу, — даже он знал далеко не всё об этой системе.
Всё, что сделал Кросс, — предоставил гены и запустил систему. Не более того.
Но то, что жесты Алиши оказались так похожи на движения его бывшей возлюбленной, вряд ли было совпадением.
За два с лишним столетия работы Кода все данные накапливались в городе. Следы исследований, произведённых и потреблённых товаров, даже информация о каждом жителе — городская система порой умудрялась проявлять неожиданную находчивость.
Кросс понял, в чём страшна эта система производства людей, — и почему её запуск разрешён только королю.
Но прошлое было не главным. Главным было будущее.
Все нынешние члены королевской семьи — дети, имевшие разных матерей. Партнёрши были выбраны системой и дворянами после того, как Кросс стал королём. Соревнование и разнообразие были необходимы для создания более сильного правителя. Было бы ложью утверждать, что при рождении детей не было никакой привязанности, но главной целью всё же оставалось воспитание достойного наследника.
Если при создании Алиши использовались данные о старой любви Кросса, то Алиша — не просто запасная, а дочь единственной женщины, которую Кросс любил по-настоящему.
Этот факт ничего не менял. Кросс и не собирался включать Алишу в число наследников. Но его отношение изменилось.
Алиша Код уже выполнила свою роль — она была запасной принцессой. Как минимум, Кросс обращался с ней так, и все остальные члены королевской семьи и дворяне делали то же самое.
Ресурсов ей выделялось минимум, и обращение было соответствующим. Когда придёт время новому королю, обращение с Алишей... Кросс не мог предсказать ничего хорошего. Он сам так всё и устроил.
Король должен быть справедливым. До сих пор Кросс относился к своим детям одинаково. Одинаково — и старался с ними не сталкиваться.
Король должен отвечать за свои правила, за свои решения.
Времени на то, чтобы изменить этот принцип, у него не осталось.
Даже его обращение к Клаю было на пределе. Он приказал Норе прекратить вмешательство в гвардию и отчитал Тони, который обрызгал Клая парализующим газом. До сих пор Кросс связывался с детьми только ради официальных уведомлений. Проницательные дети уже, наверняка, поняли, что что-то изменилось.
Более того, как бы это ни произошло — он даже разблокировал дверь. Это было прямое нарушение правил.
Он и придал делу вид, будто это сделал Клай, но надолго ли этого хватит...
«Я должен был сделать всё, что мог. Но... сомнения на исходе... Я ошибался?»
Сухой голос эхом пронёсся по тронному залу. Но городская система не ответила на этот вопрос.
§ § § «...Э-э? Ч-что? Дыра в системе?!»
Голос главной фрейлины принцессы — Оливии, пропадавшей какое-то время с изможденным видом, — разнёсся по комнате. Рядом стоял главный дворецкий Жан, тоже давно не появлявшийся, и был совершенно оцепеневший.
Объектом их взглядов была принцесса, освобождённая накануне вечером из заточения. На неё она не обращала ни малейшего внимания и с восторгом выглядывала в окно.
Она могла бы смотреть на вид из своего собственного окна, но настроение принцессы с прошлого вечера оставалось на пике восторга.
Если бы я не удерживал её от выхода из здания, она, верно, улетела бы куда-нибудь, как порвавшийся змей.
«Н-нет, в королевской системе не может быть никаких дыр, не может быть!»
«К тому же, каким глазом нужно обладать, чтобы такое заметить? Я тоже покопалась в системе и попыталась разобраться с той дверью, но у меня не нашлось ни единого подхода...»
Зули, пришедшая с утра и тоже находившаяся в замешательстве, с гримасой обратилась к Оливии, пребывавшей в состоянии крайнего хаоса.
Оказывается, члены «Духов скорби» оказались столь преданными, что во время моего отсутствия каждый день кто-нибудь из них навещал принцессу.
«Ну, дыр там было полно, да»
Если уж на то пошло, дыры были не столько в системе, сколько в короле.
Это точно король открыл дверь. Какие ещё дыры. Выбора «не открывать» у него просто не было.
«...То, что дверь смогли открыть на шестом классе, — тоже проблема... Но ещё большая проблема в том, что король это допустил. Это... несомненно, приведёт к серьёзным последствиям.»
«Худший из возможных сценариев! Оправдаться даже невозможно...»
Жан выдавил из себя голос. Я не до конца понимал, что он имел в виду, но с его морщинистого лица сошла вся кровь.
Оливия в голосе звучала так, словно вот-вот испустит дух.
Получается, есть так много людей, которые не хотят, чтобы принцесса вышла на свободу?
Я бросил взгляд на трёх особых гвардейцев-мехосолдат, стоявших вокруг принцессы, как стража, и для верности уточнил: «Ваше Высочество, вы, кажется, всё это время сидели в комнате. Раз уж вам удалось выйти, хотелось бы пройтись по городу вместе. Можно?»
«...Вы и так делали всё, что хотели. Мой совет вам теперь ни к чему. Я не вижу способа исправить ситуацию. Молчать уже бесполезно. Ни мне, ни вам — конец!»
Оливия была вне себя.
Я всё время действовал по обстоятельствам и не помню, чтобы что-то делали по собственной воле. Куль нашли в тюрьме, потому что Оливия велела туда пойти. Помощь Клахи стали оказывать, потому что Куль и его компания попросили. Шоколадку принцессе дали, потому что она с горящими глазами уставилась на неё. Единственное, что я сделал по своей инициативе, — это нынешняя прогулка.
Оливия вцепилась руками в волосы и уставилась на меня: «На всякий случай... предупрежу. Дон-Тановский клан, который ты выгнал, теперь отошёл от принца Тони и примкнул к принцу Ангусу. И привёл с собой немало единомышленников, кстати!»
«Ч-что?!»
«Верно, всё кончено! А ещё наёмники, даже без приказа принца, объединились и решили разделаться с тобой. Ты основательно нажил врагов!»
«Я всё думал, кто такой Ангус, а оказывается, это принц.»
«...Что?!»
Все кругом твердили «Ангус, Ангус», и мне было любопытно, кто это. Наконец-то загадка разгадана. Итого, э-э... это уже сколько-й по счёту?
В общем, что-то я не понимаю, но одно ясно — на мою жизнь покусились.
Если бы я был один, с моими мехосолдатами я бы улизнул. Но при наличии принцессы сил явно недостаточно.
Принцесса уже полна решимости осмотреть город. Ей так уж и хочется выбраться на свободу.
К тому же, Нора кое-что мне рассказала. Нужно будет навестить Клаху.
«Ладно, в общем, сначала надо встретиться с Клахой. Зули, проводишь?»
«Это... было бы замечательно... Но ты ведь возьмёшь принцессу с собой? Ты же знаешь, где сейчас Клаха?»
Не знать, где она, — не проблема. В этом городе, где можно свободно перемещаться по паутине, расстояние не существует.
Я обратился к принцессе, которая смотрела в окно и делала вид, что не слушает разговор.
«Ваше Высочество»
«Идём»
Я ничего не предложил, а она ответила мгновенно.
Принцесса почти не общалась с людьми. Если правда, что она с рождения жила в той комнате, то мой разговор с ней стал для неё первым в жизни человеческим общением.
Даже сейчас ей всё ещё трудно говорить с кем-то, кроме меня. Пока не выйдем за пределы Кода, ей стоит привыкнуть к общению. На воле она ведь перестанет быть принцессой.
А разговаривать её может научить... например, Руша.
Она недавно сама хвалилась, что вышла в светские люди, и наверняка обучит её приличным манерам.