Магическое устройство для демонстрации парящих предметов. Перед посохом из чёрного лака, закреплённом на нём, собрались маги академии.
Магов можно разделить на два типа. Исследователи, которые сидят взаперти и работают над усовершенствованием магической теории, и практики, которым плевать на теорию — они хотят освоить магию и применять её силу.
Большинство относились ко второй категории. Маги в рядах Охотников за Сокровищами и рыцарских орденов — ярчайшие тому примеры.
Однако большинство магов, остающихся в академии надолго, принадлежали к первой категории.
Маги, услышавшие о новом исследовательском материале, принесённом Луцией, собрались вокруг и тихо переговаривались, наблюдая за посохом.
— Хо... Это личный клад Мечника-Святого... Посох, которого я раньше никогда не видел.
— Говорят, Сорн Роуэл когда-то отправился в странствие и покорил немало Сокровищниц по всему свету. Если удастся выяснить, откуда он его получил, можно будет определить и свойства...
— Растительный волшебный посох? Но этот цвет, эта форма...
— Чтобы вытащить драгоценность, которую этот чопорный Мечник-Святой всё время держал при себе... Вот это брат Бесконечного Воплощения...
Луция, сложив руки на груди и впившись взглядом в толпу, подхватила реплику одной из собравшихся — женщины-мага средних лет, — которая ворчливо добавила: — Но проверять, не прикасаясь... Может, надеть перчатки?
— Нельзя! Непонятно, что может произойти, так что не делайте ничего лишнего!
Толпа магов, любящих исследование больше, чем еду, собралась вокруг, и никто не решался прикоснуться к посоху — потому что Луция безжалостно отбрасывала каждого, кто пытался.
Исследовательские маги в практических навыках уступали. Луция, день за днём впитывавшая Мана-Материал и привыкшая к потрясениям, учиняемым членами Партии, была слишком быстрой — проворонить её не смог бы практически никто.
Убедившись, что желающих сунуться больше нет, Луция впилась взглядом в Анну.
— Анна?! Вот это у тебя на хранении?!
— А-ха-ха-ха! Ну что ты! Когда маги этой башни слышат про личные реликвии Мечника-Святого, разве можно ожидать, что они не повалятся? Сокровищные посохи и так до нас доходят крайне редко.
Сокровищные посохи — одновременно и бесценный исследовательский материал, и мощное оружие. А те немногие, что находились в Сокровищницах, из-за финансовых вопросов в академию почти никогда не попадали.
Появление нового Сокровищного Оружия — посоха — было новостью такой важности, что маги из других лабораторий стекались толпами.
— А к тому же, если спрятать, людей набежит ещё больше. Пока профессор не вернулся, не лучше ли хранить его вот так — под присмотром всех?
— Ну... это, конечно, логично, но...
Недооценивать исследователей, пленённых теорией больше, чем великой силой магии, было бы ошибкой. Они с жаром предавались собственным изысканиям и одновременно не сводили глаз с работ коллег. В академии, провозглашающей дух соревнования, ради исследований допускалось всё. Закон работал лишь наполовину. Закрытые на замок двери не служили преградой, а в некоторых лабораториях коллеги проводили друг над другом опыты на живых людях. Контролировать всё это было практически невозможно.
— Тем более Луция — она и так на виду, раз уж Охотница. Плюс у неё ещё брат, прославленный коллекционер Сокровищных Оружий...
— М-м-м...
Похоже, Луция не слишком умела принимать комплименты в адрес брата. Лукавые слова Анны заставили её брови подёргаться, и она, сдавшись, тихо ворчливо вздохнула.
Странная, конечно, реакция — брат-то ведь Охотник Восьмого Уровня! Чем тут быть недовольной? Неужели по-настоящему боится, что посох отберут?
Это... напрасные страхи. Имя его пока не знакомо каждому, но одного факта, что он Охотник Восьмого Уровня, более чем достаточно для славы. В этой стране, где положение Охотника высоко, восьмой уровень может привести сватовство даже от высшей знати империи.
Впрочем, даже с учётом всего этого Луция, как представляется, слишком нервничает, когда речь заходит о брате. Будто посох из личного клада Мечника-Святого проклят, будто брат замыслил посягнуть на академическое достояние — подобные заявления не вяжутся с её обычным благоразумием.
— Если уж на то пошло, я бы скорее предположила, что он принёс этот Сокровищный Посох в качестве извинения за то, что Луция пропустила экзамен и рассердила профессора.
Когда Луция пропустила экзамен на квалификацию «Держатель Высшего Сложного Духового Посоха», я был немало удивлён. Это один из самых сложных магических экзаменов, требующий для допуска стажа исследований в академии и рекомендации профессора.
Похоже, были свои причины, но если бы он просто не сдал — ещё куда ни шло, а вот прогул был равнозначен публичному унижению профессора.
— Н-нет! Брат — не из тех, кто занимается такими обычными делами!
— Но если передать этот реликварий Мечника-Святого, профессор наверняка утешится. Он тоже исследователь, как раз хотел хорошенький посох, и момент как раз подходящий, нет?
Впрочем, такой злопамятный человек, каким его описывает Луция, вряд ли бы прошёл высшую аттестацию. На экзамене Охотников высшего уровня проверяется ещё и характер.
К тому же магические исследования и риск были неразделимы. Сокровищный Посох с громовым атрибутом, который Луция принесла раньше, — тоже из этой категории. Немножко опасности вшито в саму суть профессии.
— Г-м-м-ф!
Луция — что было весьма для неё необычно — надула щёки в ответ на улыбающуюся Анну.
Казалось бы, она способна сидеть по ночам, выдумывая новые заклинания, а тут — такая милота. Поддразнить её хотелось бы, даже будь ты не Анной.
Девочка из другой лаборатории, запоздавшая и не успевшая толком рассмотреть посох, обратилась к Луции.
— Слушай, Луция. А твой брат не придёт?
— ...Не приходит. Он занят. Восьмой уровень, так что...
— Э-э, а раньше говорила, что он ходил за тобой...
— Не ходил!
На ворчливый голос Луция ответила ледяным взглядом.
Слух о том, что Луция привела брата с собой, когда пришла учиться, был известен всем. И сейчас она по-прежнему это переживала. Говорят, он напросился силой, но насколько всё это правда — непонятно.
На её холодный голос и атмосферу отторжения обратили внимание маги, утратившие интерес к недоступному посоху.
В этот самый момент раздался короткий крик.
Луция вздрогнула и бросилась в сторону крика.
Чёрный посох, паривший над подставкой, выпустил длинный стебель лозы, обвивший чью-то руку.
— Я-я же говорила — не прикасайтесь! Что вы наделали?!
— ...Ничего, я ничего не...
Голос оборвался пополам. Лоза, обвивавшая руку, бесшумно росла, поднимаясь от запястья к плечу.
Лицо, исказившееся от ужаса, стремительно бледнело. Чёрный посох разрастался. Длина и толщина лозы уже не шли ни в какое сравнение с тем, когда его принесли.
В общем смятении ещё один отросток лозы метнулся в сторону другого мага, застывшего на месте. Молниеносное движение, словно змея бросается на добычу.
Первого пойманного мага отшвырнули прочь, как ненужную вещь, и все бросились к нему.
На теле не было заметных ран. Сердце ещё билось, но лицо было мертвенно-бледным, и сознание полностью отключилось.
Обильный, как водопад, пот. Это симптом... нехватки маны.
— Неужели он... высасывает магическую энергию?! Что за посох такой?!
Нижняя часть посоха раздвоилась на две «ноги», и он, словно живое существо, неторопливо сполз с подставки. Эта абсолютно звериная выходка заставила магов, ещё минуту назад сиявших от восторга, отшагнуть на шаг назад.
Лоза, формирующая посох, продолжала расти — длиннее, толще. То, что было посохом, всё больше превращалось в растительного монстра.
Один из магов, вскрикнув, атаковал посох. Как по сигналу, со всех сторон полетели огненные взрывы, лезвия ветра, ледяные снаряды — и посох сильно затрясся.
Раны, нанесённые заклинаниями, мгновенно затянулись, и посох стал ещё больше. Как будто он поглощал магическую энергию.
Осознав, с чем они столкнулись, Анна отступила на шаг.
— Неужели... антимагическое... существо?! Что это?!
— Видишь?! Я же говорила! Видишь?! Братишка — идиот! Мне не нужен кто-то вроде Лука! Я его даже не трогала!
— Не время для разговоров!
Собравшиеся маги разбежались, как паучьи детёныши. Бывший посох, отбрасывая опустошённого мага, словно отработавший инструмент, посмотрел поочерёдно на Анну и Луцию — и развернулся к Луции.
Луция крепко стиснула губы, подняла чей-то брошенный посох и, направив его наконечник вперёд, произнесла: — Хорошо! Тогда слушай — я не позволю брату делать всё, что он задумал!
— Луция! Даже ты против существа, на которое магия не действует...
— С-с... посохом... вдарю по-хорошему... а...
Бывший посох какое-то время смотрел на Луцию (глаз у него не было), но вскоре изменил позицию. Развернулся, ловко управляясь свежепоявившимися «ногами», и пустился бежать.
Лозы на широко раскинутых «руках» накрыли опоздавших магов. До конца расти и расти этот загадочный посох, продолжавший высасывать ману, не хотелось даже думать. В академии — первой в империи магической школе — было сотни магов от великих мастеров до новичков.
Бывший посох, разрушая проём, ставший уже слишком маленьким для него, вылетел в коридор.
— Стой! Куда ты!
Луция, побагровев, бросилась за ним. Бесстрашно погнаться за монстром — вот это Охотница Шестого Уровня.
Анна осмотрела разгромлённое хранилище и проверила товарищей, повалившихся от нехватки маны, и, подумав о том, что будет, когда вернётся профессор, схватилась за голову.
— Что теперь делать...
§ § § У умных сестёр характеры были прямо противоположны. Рийз — беспечная и порывистая, но иногда неожиданно взрослая; Ситри — рассудительная и основательная, но порой детски наивная. И ещё Ситри больше любила давать, чем получать. Это, вероятно, и стало одной из причин, почему она добилась таких успехов как алхимик.
Я любил и Рийз, которая хватала меня за руку и силком таскала по миру, и Ситри, которая каким-то образом ускоряла моё превращение в бездельника — она была для меня настоящим утешением. (К слову, наибольшее ощущение покоя у меня, разумеется, связано с Ансемом. Может, именно благодаря шумной и заводной парочке Рийз и Ситри у старшего брата и сформировался такой характер?)
Я ел приготовленный Ситри ужин, украшенный Сокровищными Оружиями (она была в превосходном настроении), лениво покачиваясь и наблюдая за тем, как Кирукиру делает зарядку.
Ситри всё это время сияла улыбкой. Странно было назначать ей охрану, раз она и не собиралась выходить из комнаты, но похоже, это ей действительно шло на пользу.
Я зевнул с размахом, и Ситри подошла, подёргиваясь от нетерпения.
— Край-сан, между прочим — посмотрите! Я принесла исследовательские материалы, как вчера говорили!
— Исследовательские материалы? Какие?
— Сводная карта проклятий. В ней собраны особые описания опасных явлений и проклятых артефактов — на рынке такого не найти. Я для Край-сана... украла из учреждения — нет, забрала — мне пришлось очень, очень постараться!!
Что за страшная книжина такая — высокий тонус, конечно, похвален, но... я не просил!
Она с грохотом поставила на стол толстый фолиант в зловещей обложке, будто сам по себе проклятый, и привалилась ко мне сзади.
Мягкость и тепло, прижавшиеся к спине, холодный и звонкий контакт Сокровищных Оружий — и Ситри прошептала на ухо: — ...Если я выберу, что мне хочется, ты мне это дашь?
Не дам. Похоже, опять поползли странные слухи. Франц и этот... чего они во мне, чёрт возьми, видят?
— Большинство проклятых артефактов скрыты от глаз. Само знание о них опасно. Это действительно редчайшая книга. Ради Край-сана, ради Край-сана...
Ситри неустанно подчёркивала, что всё делает для меня, но коллекционер Сокровищных Оружий, коим я являлся, проклятыми артефактами не интересовался.
Я ведь понятия не имел, что за меч принесла Элиза — так что это была непреодолимая сила обстоятельств. К тому же, проклятие...
Впрочем, меня любопытно было знать, чего так хочет серьёзная Ситри, но проклятых артефактов, валяющихся в Имперской Столице, в таком количестве быть не могло.
Если помню правильно, закон запрещал их... нет, просто обладание было разрешено? Артефакты с побочными эффектами, но зато обладающие высокими характеристиками — штука заманчивая.
Ситри терлась щекой о мой висок. Облокотившись на щёку, я наугад раскрыл страницу ближе к концу.
На иллюстрации было изображено зловещее дерево, от ствола до ветвей полностью чёрного цвета. Я прочитал сопровождающий текст.
— Что тут? Чёрное Мировое Древо — единственное в своём роде таинственное дерево этого мира, созданное как замена Мировому Древу. В отличие от Мирового Древа, черпающего силу из Лей-линий и циркулирующего её по миру, это дерево пожирает жизни и высасывает магическую энергию — наследие древней магической цивилизации. Говорят, выросшее Чёрное Мировое Древо пускает корни и превращает окрестности на тысячу ли в магическую пустыню, лишённую всякой магической энергии.
— Если магия потеряет силу, цивилизация изменится.
— Понятно... В общем-то, ничего особенного. Ну, мне-то оно не нужно...
Я ведь магию не использую. Если бы я потерял возможность заряжать Сокровищные Оружия — это было бы проблемой, но проклятые артефакты ассоциируются со смертями и увечьями, хотя, как оказалось, это не обязательно так.
Мировое Древо — дерево, окружённое легендами. Древесина его считалась лучшим материалом для посохов и, по слухам, обладала такой огромной магической силой усиления, что превосходила даже Сокровищные Оружия, хотя достоверно это не подтверждено. Говорят, единственное в мире дерево до сих пор растёт в самой глубине великих лесов, которые подвластны Духолюдьми, и является объектом их веры, но слухи эти сомнительны. Лапис с товарищами, похоже, ничего подобного не видели.
Но эта иллюстрация — разве Духолюди не придут в ярость, увидев Чёрное Мировое Древо? Неужели это подвох?
Ладно, но чего именно хотела Ситри?
Я собрался спросить у своего неистребимо сияющего взглядом детства, когда дверь распахнулась.
Эва, побагровев от волнения, ворвалась внутрь. Почти одновременно Камень созвучия, полученный от Франца и лежавший на столе, завибрировал.
— Край-сан, страшное дело! Зебульдийскую Магическую Академию атаковал и разрушил огромный монстр неизвестного происхождения!
— А?! Что за... откуда вдруг...
Зебульдийская Магическая Академия — первая в империи магическая школа. Там преподавал учитель, у которого Луция училась.
Территория — огромная, здания — крепкие, защищённые множеством барьерных заклинаний, одно из самых безопасных мест даже в Имперской Столице. Атака монстров и разрушение — немыслимо. Даже дракон там не смог бы навредить.
Наверняка ложная информация. Там преподавали известнейшие маги, там служили многочисленные Охотники высокого уровня. Масштаб не идёт ни в какое сравнение с фехтовальным додзё Сорна Роуэла.
Огромный монстр в принципе не мог проникнуть в Имперскую Столицу. Ситри и Кирукиру тоже округлили глаза.
Эва, подбежав вплотную и запыхавшись, ударила по столу, намереваясь что-то сказать — и тут, заметив открытую страницу в атласе, издала ошарашенный крик.
— Вот оно... вот это... оно!!! Совпадение!!
Какая напасть, говорить с ней невозможно. Чем она там так восхищена?
Камень созвучия продолжал вибрировать, и от него было не спрятаться. Франц — невыносимо настойчив, какое у него дело? Мне сейчас не до этого.
Я сделал глубокий вдох, выровнял выражение лица и произнёс серьёзным тоном: — Эва, это не монстр, а проклятый артефакт.
— Мне всё равно! Смотри, там!
Эва обежала вокруг и указала на окно. Не оставалось ничего другого, как встать и вместе с Ситри посмотреть в окно.
Далеко за зданиями, там, где прежде ничего не было, виднелось нечто чёрного цвета. Если оно было видно сквозь строения — размеры должны быть колоссальными.
Я протёр глаза, и Ситри ткнула меня в плечо.
— Ничего страшного. Правда, Край-сан?
— М-м, да, конечно.
Ничего страшного, и, к тому же, я был абсолютно непричастен.
Э? Что? Мне надо идти? ...Ну, Луция там ведь может быть.