Город мечей и битвы — Клит. В одной из комнат этого города, кипящего в предвкушении Боевого Императорского фестиваля, собрались более десяти мужчин.
Одни улыбались. Другие морщились. Третьи не скрывали раздражения. Возраст и одежда у всех были разными, но если назвать одну общую черту — это была их аура.
Мрачная атмосфера, словно у хищника, пожирающего людей. Настороженность, свойственная тем, кто никогда не доверял другим и прокладывал себе путь, пожирая чужие жизни, — любой мирный человек опознал бы её с первого взгляда.
Фактически все собравшиеся в этой комнате были хищниками, пожирающими людей.
Боевой Императорский фестиваль — это праздник, собирающий воинов. И далеко не все, кто стекается сюда, — добрые люди.
Чтобы поймать воров, поглотивших Мана-Материал, нужны соответствующие силы. В эту эпоху большинство знаменитых воинов совмещали это ремесло с охотой за наградой. И у тех, на кого они выходили, было немало врагов.
Тайные общества, замышляющие свержение ради собственных амбиций. Банды разбойников, грабящие торговые караваны. Наёмные убийцы — красные охотники.
Даже без личной ненависти, убивши знаменитого воина, можно приобрести имя. А ещё есть те, кто за деньги берётся мстить.
В это время года гибель участников за пределами турнира — явление почти привычное, поистине часть пейзажа.
Впрочем, по логике вещей, таким людям не должно быть дела собираться в одном месте.
Они действовали в подполье, и, разумеется, союзниками друг для друга не были.
Иногда они отбирали друг у друга прибыль и даже убивали. На время Боевого Императорского фестиваля между ними молчаливое перемирие, но большинство считали, что его можно нарушить, лишь бы не попасться.
Есть причина, почему они так долго ускользали от рук властей и охотников. Тем более что в это время Клит усиленно охраняется от нападений.
И всё же, при их-то обычной настороженности, они собрались вместе лишь потому, что инициатива исходила от кого-то слишком большого.
Имя этой организации знали все, но ни один человек не знал, какова она на самом деле.
Тайное общество, прячущееся в тени, веками противостоявшее странам и организациям и неизменно превосходившее их.
Ни членство, ни точный масштаб, ни влияние — даже лидер оставался загадкой. Но за каждым потрясением, за каждой войной, способной поколебать государство, молва безошибочно усматривала руку этого повелителя тьмы.
«Девятихвостая Теневая Лиса».
И люди, живущие в том же мире, знали: руки этой организации тянулись куда дальше, чем гласила молва.
«Лиса» — колоссальная организация. Страшный противник, который даже враждуя со множеством стран, не позволял схватить себя за хвост. Среди её членов наверняка были и те, кто обладал влиянием в открытом мире.
Её сила уже сравнима с мощью целого государства. Ходили даже слухи, что эта организация зародилась на руинах погибшей страны.
Поэтому, даже принадлежа к другой группировке, отказать ей в явке было невозможно.
Послать вместо себя кого-то низшего ранга — о таком не могло быть и речи.
Пока живёшь в тьме, от тьмы сильнее тебя не уйти.
В атмосфере обжигающего напряжения один из мужчин не выдержал и заговорил: — Но что это за вызов от «Лисы»? Что-то случилось? Вы что-нибудь слышали?
— Не знаю. Собрали столько разных организаций — значит, есть веская причина.
— Предупреждение, или, может, работа. Не называть даже цель встречи — типичная для «Лисы» параноидальная осторожность...
Они переглядывались, нащупывая друг у друга реакцию. Эта встреча была необычной на фоне прежних методов «Лисы».
Среди присутствовавших были те, кто ранее имел деловые отношения с «Лисой», но обычное общение сводилось к переписке или, если и к личным встречам, то строго один на один.
«Лиса» ненавидела оставлять следы. Для предупреждений и обычных заданий одного на одного было достаточно.
Собрать внешних членов в таком количестве в одном месте могла лишь веская причина.
В подполье честь и репутация значили всё. Каким бы могущественным ни был противник, быть сокрушённым и молчать — немыслимо.
Но «Лиса» не могла этого не знать.
Тогда один из пожилых мужчин, сидевший в глубине зала, — руководитель одной из организаций, — тяжело произнёс: — Связано с «Тысячей Превращений»?
— !! — вскинулись все.
— Те, кто здесь присутствует, наверняка уже слышали: этот человек сорвал планы «Лисы».
Недавно, в песчаной стране Тойзант, состоялась встреча.
Избранный телохранителем императора Зебульдии — охотник восьмого уровня — ещё свеж в памяти.
Но это не совсем то, что широко известно. Слух о том, что Тысяча Превращений отбила нападение на императора, был известен тем, кто лучше подмечал.
А также то, что за нападением стояла «Лиса».
Устоять против нападения «Лисы» — организации призрачной и непредсказуемой, имеющей в рядах немало членов уровня высококлассных охотников, — казалось невозможным.
Рыцарский орден Империи Зебульдии славился мастерством своих воинов, но этого было недостаточно, чтобы спастись от когтей «Лисы». Подробности не были преданы огласке, но нетрудно было догадаться, что в отражении нападения сыграл свою роль Тысяча Превращений.
И теперь ходили слухи, что на нынешнем Боевом Императорском фестивале Тысяча Превращений выступит по рекомендации императора Зебульдии.
Учитывая всё это, вывод был один.
— Месть? — выдохнул кто-то.
Другие втянули воздух.
«Лиса» не прощала тех, кто шёл против неё. Даже если это был охотник восьмого уровня, превзойдя самого Арка Родана, она не останавливалась. Именно за эту беспощадную основательность её и боялись.
Уничтожить Тысячу Превращений, защитившую императора Зебульдии и нанёсшую «Лисе» поражение, на этом Боевом Императорском фестивале, куда тот явился по рекомендации императора — что может быть действеннее такой мести?
Какими способами Тысяча Превращений выстояла против нападения «Лисы» — невозможно даже представить, но конец этого человека уже был предрешён.
Каким бы чудовищем он ни был, оставаясь человеком, он не мог бессменно сохранять бдительность. «Начало Следа» — организация, которую он создал, — был могущественным кланом, но масштабы «Лисы» несопоставимы с ними.
Тишина снова застыла в комнате.
Никто не произнёс больше ни слова. Но глаза их тускло поблёскивали.
Один чувствовал, как в жилах закипает кровь от предвкушения войны. Другой за мгновение рассчитывал, какие выгоды принесёт сотрудничество с «Лисой» и поражение Тысячи Превращений.
А кто-то испытывал одновременно страх и возбуждение при мысли о шансе отомстить за павших товарищей.
Если «Лиса» затевает войну, об участии нечего и думать отказываться. Тысяча Превращений, сокрушавшая всех, кто осмеливался ей противостоять, была заклятым врагом каждого, кто жил в подпольном мире.
Возможно, кого-то из них используют как пешку, но пешки валяются повсюду. Нужно просто уметь лавировать.
И именно в этот момент единственная дверь в комнате распахнулась.
Скопившийся горячий воздух хлынул наружу.
Вошёл стройный мужчина в багровой лисьей маске. Невольно затаили дыхание, наблюдая за его движениями.
Простая, подобная кимоно одежда без всяких украшений, и один меч на поясе.
Лицо было скрыто за маской, а из-под неё, от затылка, тянулись словно пламя пылающие багровые волосы, стянутые назад. Наряд не производил впечатления устрашающего, но исходившая от него аура Мана-Материала была настолько плотной, что мужики, прожившие в подполье целую жизнь, невольно сглатывали.
Лицо они видели впервые. Правда, они слышали, что члены «Лисы» — сплошь мастера своего дела, и этот, несомненно, был известным мечником.
Мужчина, не обращая ни малейшего внимания на бесчисленные взгляды, величественно вошёл в комнату, обвёл взглядом всех собравшихся и сказал так, словно речь шла о чём-то само собой разумеемся: — О, все собрались. Причину я толком не знаю, но... в общем, умирайте.
§ § § — Хз что там, но народу было дофига! Качество — так себе, но на разминку в самый раз! Люди — они и есть люди, а?
— Охраны было море, они кучковались, ну я наконец-то как следует размялся. Фонарь-кун вроде обижался, что его роль была ограничена окружением...
— Ты понимаешь? Мясо, впитавшее Мана-Материал, — оно совсем другое на ощупь. И снаряжение у них было неплохое — приятно, контрастно!
— Злодеи всё-таки деньгами жили, все в основном были вооружены Сокровищным Оружием...
— Эм... да, да, точно.
Лилиз и Люк неслись, как приставучие псины, сыпля словами.
Похоже, «Клуб любителей лисьих масок (условно)» им очень понравился.
Люк и Лилиз обожали насилие. Более того, они предпочитали убивать людей фантомам, а монстров — людям.
Страшная история, но, быть может, в этом была какая-то воинская чудаковатость, понятная лишь тем, кто жил войной.
В газете, в маленьком уголке, была опубликована заметка о том, что Орден Рыцарей Фонаря уничтожил сразу несколько преступных организаций.
Люк с хищной ухмылкой обнажил зубы.
— Я ж отдал. Мне главное — рубить людей. Без проблем, да!?
— Н-да, наверное...
Проблем тут было много, но говорить не стал. В корне Люка было убивать людей.
— Глянь, Клай-чан! Вот то, что они только носили при себе — столько!
— Угу, впечатляет.
Лилиз опрокинула кожаную сумку и высыпала на стол перед ними ожерелья и безделушки.
Блестящие золотые монеты, кинжалы, кольца, браслеты и даже пистолеты. На кольцах красовались крупные камни, стоимость которых трудно даже оценить. Разумеется, подделками они не были.
Кстати, при аресте преступников в городских стенах все их вещи конфисковывались государством, и лишь часть впоследствии выдавалась в качестве награды.
Забирать трофеи себе — это молчаливо допускалось в известных пределах, но нарушало правила. Лилиз же была вором по натуре.
Невольно представляешь, как тяжело пришлось Фонарю и его людям, которые должны были атаковать вместе с ними.
Лилиз, сверкая глазами, протянула руку сзади и повесила мне на шею что-то.
— Клай-чан, держи! Глянь — трофейная... костяная ожерелье!
— С-спасибо...
Лучше бы ограничиться одним «спасибо».
Несмотря на то что Лилиз была вором, трофеи её мало интересовали — её завораживал сам процесс воровства. Неисправимый случай.
— Ооооооо, ещё будут?! Я резать хочу!
— Я всех убью!
Люк мгновенно обрушил удар на Лилиз. Лилиз мгновенно его уклонилась.
Похоже, одного выпада оказалось недостаточно — сил ещё оставалось с избытком.
Пока я с усталым изумлением наблюдал за начавшимся боем наставнике, Ситри подошла с подносом, на котором стоял чайный сервиз и коробка.
— Клай-сан, я купила прославленное тортик!
Я понимал, почему Люк и Лилиз были в хорошем настроении, но и Ситри в последнее время сияла как никогда.
Её лицо по-прежнему выражало привычную улыбку, но в глазах горело что-то другое. Я, её давний друг, видел: она не могла сдержать своих чувств.
Ситри обычно была спокойна, и такие выходки случались с ней крайне редко.
— Что-нибудь хорошее случилось?
— Ни в коем случае — просто налью вам чаю.
Ситри-чан, нервно суетясь, заварила чай. Что ж это могло быть?
На подносе стояла всего одна чашка.
Она всегда заботилась обо мне, но тортик подавала редко. Вернее, она доставала его лишь в особых случаях — как свой козырь.
По-видимому, это был сигнал, свойственный Ситри.
Быстро поставив передо мной чайный сервиз и даже не открывая коробку с тортиком, Ситри обошла меня сзади.
И коснулась моей шеи прохладной рукой.
— Я вам разотру плечи.
— ............
Плечи мне разминали, и пить чай было невозможно, но я не стал сопротивляться. Ситри с силой размяла плечи несколько раз, а потом обвила руками и обняла сзади. Точно как Лилиз. Это был не обычный массаж.
Мягкое прикосновение прижалось к моей шее. И Ситри, словно в жару, прошептала у самого уха: — Клай-сан... вы мне можете одолжить денег?
— ............
Замолчавший, я наконец понял, к чему она вела.
— Взамен я вам отдам... то самое. А, р, е. Ну? Нельзя?
Я бы отдал ей всё, что можно... но мне было страшно. Страшно, потому что понятия не имел, о чём речь.
Она провела рукой по моему телу и прижала губы за ухо. От страха или от удовольствия — по спине пробежала мурашка.
— Скажите, когда вы это достали? Как вы это достали? Вы ведь отдадите мне, да?
— ... О чём вы?
— Про то самое. Пожалуйста, я обязательно буду бережно это хранить. Дайте мне, пожалуйста.
Она выпрашивала уже слишком нагло. Я что-нибудь получал в последнее время? Получал что-нибудь в последнее время?.........
Причём что-то, чего захотелось бы богатой Ситри.
— Ч-что бы мне...
— Вы жадничаете? Что я должна сделать? Я всё сделаю, ну скажите, Клай-сан. Всё. Только не заставляйте меня ждать. Хонь-хонь.
Нет. Было бы что — рад был бы, но на ум не приходило совершенно ничего, чего могла бы желать Ситри.
Ситри, ты дурная привычка — не говорить толком. Или что? Может, ты хочешь чего-то, стыдного сказать вслух?
Я гладил обнажённую руку Ситри, отчаянно пытаясь вспомнить, — и тут как раз вошла Лусия.
Лусия свирепо уставилась на вцепившуюся в меня Ситри и, ничего не говоря, посмотрела на меня.
— ...Лидер, к вам пришли Гаарк и Роземари. Что делать?
— Выгнать.
— Нельзя так! Ситри, убирайся! Ну, пошли! Сосредоточься, братан!
Размахнув посохом, она физически отогнала Ситри и с силой подняла меня.
Я забыл. Одна беда миновала — другая на пороге. Боевой Демон и Пылающая Бездны в паре — это что, ад? Им что, нечем заняться?
Они что, преследуют? Тогда убежать из туалета бессмысленно. Ну прочитайте же воздух!
— Не хочу. Не хочу их видеть. Лень. Я занят.
— Не будь капризным! Ну, иди уже! Занят. Чем ты был занят — тискаться с Ситри?
«Что делать?» — какой в этом вопрос был смысл?
Ситри, жуя руки, плелась позади. Люк и Лилиз, игравшие в полученных, видимо, лисьих масках, молча двинулись следом.
И я, как приговорённый, шедший к эшафоту, был уведён перед этим сонмищем чудовищ.