«П-привет всем.»
Когда наступил последний день для Фрея, он решил навестить академию.
— Что это? Это правда Фрей?
— Что он тут забыл с таким видом?
Едва Фрей вошёл в класс, атмосфера стала ледяной.
Разумеется, они так и не нашли никаких решений — даже альтернативных — и потому отсутствовали в академии.
Так что они не могли защитить Фрея от всё ещё враждебно настроенных студентов, не осведомлённых о правде.
— Но разве не говорили, что ему отрубили левую руку?
— Да, и из-за этого он потерял силу.
— Наверное, это протез. Ты что, не читал статью?
Как и говорили, теперь у Фрея была искусственная рука, спроектированная Сереной и Ириной.
На первый взгляд она неотличима от настоящей, но вблизи сразу бросалась в глаза — холодная, жёсткая механическая конструкция.
Они бы предпочли биологическую руку, но из-за продолжающейся демонизации Фрея механический вариант был единственным решением.
— Эй, сними эту перчатку.
Благородные студенты подошли к Фрею, который прятал руку под белой перчаткой.
— Сними. Посмотрим, правда ли это протез.
— Не снимешь? Значит, точно протез.
— Так он и правда потерял силу?
Шепчась между собой, дворяне заставляли Фрея, пытавшегося сохранить улыбку, держаться всё туже.
— Ребят, сегодня мой последний день—
— Но забавно. Как такой психопат вообще мог принять такое выражение лица?
— Верно? Такое кроткое лицо. Фф.
— Наш дорогой Господин Фрей, стал простолюдином, что ли?
Несмотря на попытки сохранить улыбку, дворяне начали тыкать и дёргать его.
— Из-за тебя все связи моей семьи рассыпались. Как ты собираешься отвечать?
— Это ты раздробил кости моему брату, верно?
Фрей молча закусил губу, пока они издевались над ним.
— Посмотрите, посмотрите!
Студенты за дверью класса указывали на него, перешёптываясь, словно он был зверь в зоопарке.
В тот напряжённый момент к Фрею подошли члены Отряда Героя.
Алиса, выступившая вперёд, потянулась к его руке.
— Вот то, о чём ты просил… А.
Пытаясь вытащить его из враждебной атмосферы, она замерла, почувствовав разницу в левой руке Фрея.
— Пойдём отсюда.
Она быстро взяла себя в руки, стиснула зубы и помогла Фрею подняться.
Дворяне холодно уставились на них.
— Я подготовил для тебя всё, чтобы ты мог прожить жизнь в академии. Так что…
— Да, я с нетерпением жду.
Игнорируя ледяные взгляды дворян, Фрей вышел из класса.
Его парту покрывали бесчисленные проклятия.
Благодаря тому, что Отряд Героя присоединился ко мне, первоначальные столкновения не переросли в нечто большее. Даже дворяне не решались противостоять Отряду Героя напрямую.
Так что я мог наслаждаться первым и последним днём жизни в академии в качестве «Фрея», а не злодея.
— Сегодняшний урок посвящён общему объёму маны и его пределам. Все, пожалуйста, откройте страницу 218…
Занятия в академии были увлекательными.
Я уже знал содержание из прошлых циклов и личных уроков Серены.
Но было восхитительно и приятно учиться вместе со студентами, не притворяясь плохим или глупым.
— У меня вопрос. Вы говорите, что общий объём маны у людей фиксирован, но нет ли способа искусственно увеличить его тренировками или экспериментами?
— Эм… Это невозможно. Ни одному человеку это не удалось.
— А как насчёт искусственного уменьшения общего объёма? Это могло бы пригодиться в обманных тактиках…
— Если это возможно, они — не люди.
— А у меня получается…
А, я тоже задавал вопросы во время урока.
Они постоянно говорили, что всё невозможно, хотя у меня это работало, что было довольно запутанно.
Но, с другой стороны, я — исключение из правил.
Подождите, но Ирина и Серена тоже могли легко регулировать свой общий объём маны.
Мы втроём просто странные, или теория ошибочна?
После урока я обошёл всех студентов, чтобы поздороваться.
Мои связи в основном были с дворянскими фракциями и главными героинями, так что было множество студентов, лица которых я знал, но с которыми не был близок.
Я хотел поздороваться со всеми, раз уж был здесь.
— Что ты делаешь? Уйди от меня…
Разумеется, большинство студентов либо смотрели на меня испуганными глазами, либо холодно уставились.
Но даже несмотря на это, это был радостный опыт.
— Правда? Тогда я составлю тебе компанию за обедом.
В общем, жизнь в академии была полна удовольствий, но достигла своего пика, когда наступило время обеда.
— Положите мне побольше, пожалуйста!
Держа поднос в столовой, я получил еду и сел обедать со студентами.
— Этот ржаной хлёб… он действительно превосходный.
Я никогда не забуду этот момент.
— Чавк, чавк… Что?
— Что мне теперь делать?
Когда я наслаждался спокойным и счастливым временем в беседе со студентами, Алиса, которая всё это время была рядом со мной, заговорила дрожащим голосом.
— Я всю жизнь была ручной собачкой Тайного Владыки.
— Ты спас меня, и я хотела служить тебе до конца своих дней… Но теперь, что мне делать со своей жизнью…?
— Ты должна найти ответ сама.
— Я хочу служить тебе.
Даже когда она продолжала настаивать, я ловил себя на том, что бормочу про себя.
Почему всё так? Я думал, что будет нормально, раз это последний день.
Тёмные мысли начали подкрадываться ко мне. Я мог сказать что-нибудь, чего не следовало бы.
Когда я насильно удерживал свои слова, Алиса извинилась с бледным лицом.
Не в силах больше сдерживаться, я резко встал.
Дыхание уже было тяжёлым, а сердце бешено колотилось.
Ладно, всё равно это мой последний день, нужно быть честным, хотя бы с собой.
Я пытался делать вид, что всё в порядке, и притворяться счастливым.
Время восстановления Системы: 3:00
Но теперь оставалось всего три часа до полного конца.
До моего полного уничтожения — без загробной жизни и суда.
Даже если я стану звёздным рубином или чем-то ещё, это не будет настоящим мной.
Для тех, кого я люблю, останутся лишь подделка и их шрамы, а я исчезну без следа.
— Н-не хочу исчезать…
Как только контроль разума ослаб, страх и ужас начали расползаться бесконтрольно.
Охваченный этими эмоциями, я невольно озвучил свою слабость, от чего лица членов Отряда Героя побледнели.
Среди них Алиса заговорила настойчиво.
— Я найду способ, чего бы это ни стоило, даже если придётся пожертвовать собой…
— Осталось всего три часа.
— Через три часа я умру.
Я произнёс дрожащим голосом, и Алиса посмотрела на меня в шоке.
Другие студенты тоже смотрели на меня с отчаянными выражениями лиц.
— …Спасибо за сегодня.
Не желая больше оставаться с ними, я отвернулся и произнёс холодно.
— Сейчас я уйду из академии.
— Я не хочу больше оставаться в этой Империи. Каждое мгновение, проведённое здесь, было удушающим.
Их лица исказились от моих слов.
Мне стоит прекратить говорить. Если я скажу ещё больше, они пострадают.
Сдерживая то, что я хотел сказать по-настоящему, я поспешил из столовой.
Когда я направлялся к кабинету декана, щупая в кармане письмо об отчислении, кто-то, нервно шагавший у входа, заметил меня и подбежал.
— Есть кое-что, что я хотела сказать.
Я вопросительно наклонил голову, и она заговорила сквозь слёзы.
— Я знаю, что неควร этого говорить… учитывая наши отношения, но…
Я подтолкнул её, решив, что в мой последний день ей нельзя ничего не сказать, и она, бледная и покрытая холодным потом, запинаясь, произнесла свои слова.
Ах, надо было просто проигнорировать её и уйти.
— Ты был моей первой любовью.
— Ты — последняя нить, которая ещё связывает меня с этим миром.
Она опустилась на колени к моим ногам и обхватила мою ногу, говоря это.
Это напомнило мне предысторию Эурелии.
Если она потеряет все связи, то впадёт в отчаяние и станет чёрной магичкой.
Она полностью утратила талант белого мага и стала худшей из чёрных магичек, движимая лишь горечью и отчаянием.
— П-пожалуйста, не уходи.
— Я хочу искупить грехи своей семьи… какой бы унижения мне ни пришлось перенести…
Всё было слишком поздно.
Слишком поздно, чтобы разобраться в своих чувствах и встретить спокойный конец.
Слишком поздно, чтобы найти способ предотвратить душевные раны, которые получат все.
— Это сводит меня с ума. Каждую ночь мне снятся кошмары, как меня поглощает тьма…
Слишком поздно, чтобы спасти эту девушку, которая любила меня.
Поглощённый страхом перед моим неминуемым уничтожением, я мог сказать лишь это.
Я погладил её по голове, чтобы успокоить, а затем пошёл прочь.
— Что там случилось? Фрей опять что-то натворил?
— Когда этот ублюдок наконец умрёт? Разве у него не смертельная болезнь?
— Он сказал, что отчаянно хочет жить. Просто оставьте его.
Я услышал пересуды студентов.
Я хотел покинуть эту академию.
Процесс отчисления из академии оказался удивительно простым.
— Хотя декан отсутствует, студенческий совет обработает ваш запрос об отчислении как его представитель.
Студенческий совет, обживший кабинет декана как собственный, пропустил большинство формальностей и немедленно принял моё отчисление.
— Мы хотели, чтобы ты покинул это место как можно скорее.
Я молча встал, но девушка, сидевшая передо мной, усмехнулась и заговорила.
Председатель студенческого совета — и не кто иная, как вторая принцесса Империи, Лимия.
Она стала марионеточной председательницей после того, как Алису выгнали из-за моих интриг, а Клана отказалась от этой должности, чтобы взойти на трон.
— Да. Мы боялись, что ты попытаешься цепляться за академию, используя свою способность читать пророчество как козырь. К счастью, ты, похоже, знаешь своё место.
Что ж, похоже, она и не подозревала, что является лишь марионеткой.
— Ты надеялся, что мы попросим тебя остаться? Умолим пересмотреть своё решение?
Когда я собирался уйти, она продолжила.
— Мы ни за что не стали бы оказывать подобное уважение паразиту, вцепившемуся в Героя. Пророчество мы способны интерпретировать сами. Важен Герой.
— Убирайся. Ты больше не студент нашей академии.
Лимия махнула рукой.
— Такого психопата здесь не ждут.
Члены студенческого совета широко улыбались, пока я уходил.
— …Если бы я был Героем.
— Если бы я был Героем, что бы вы все сделали?
Стоя у выхода, я закрыл глаза и спросил, от чего члены совета замерли.
— Ха… Это невозможно.
Они рассмеялись и махнули мне рукой.
Через несколько дней мир узнает, что я — Герой, и им придётся разбираться с последствиями.
Но это уже не моя забота.
Это они должны решать, а не я.
Когда я вышел из кабинета студенческого совета, коридор был забит студентами.
— Куда ты думаешь идти?
— Прежде чем уйти, почему бы тебе не поговорить с нами?
— Наконец-то сваливаешь, ублюдок.
Студенты всё ещё обращались со мной как со зверем, а дворяне, кости которых я ломал, наблюдали с удовольствием.
Видя всех их, я рассмеялся.
Это ли я так старался защищать?
Даже если Клана попытается реформировать Империю, корни уже гнили.
Я был глубоко разочарован.
Может, это были последствия Проклятия Слабости Разума.
Пережив подлинные лики Империи и академии, я утратил свою прежнюю розовую картинку мира.
Когда я начал излучать колоссальную звёздную ману из своего тела, приближавшиеся ко мне студенты расширили глаза и отступили.
Я произнёс холодным голосом в адрес этих студентов, а затем тихо пошёл по уединённому коридору.
Время восстановления Системы: 1:00
У меня не было даже сил перейти в другое место.
Я просто позволю всему закончиться здесь, в академии.
Фрей, окутав целое крыло академии звёздной маной, чтобы никто не мог приблизиться, сел посреди коридора и рассеянно уставился на окно Системы.
Прежде чем он успел опомниться, осталось менее пяти минут, чтобы привести всё в порядок.
Осознав это, он оглянулся вокруг и вздохнул, его глаза дрожали.
— Как и ожидалось, чуда не будет.
Он ждал и ждал, но ни одна из героинь не явилась через портал, чтобы найти его.
Это означало, что они всё ещё отчаянно искали способ его спасти.
Он был им искренне благодарен.
Даже в последние пять минут своей жизни его мысли были заняты ими.
— Что мне сказать напоследок…
Он тихо обдумывал, что сказать героиням после того, как встретится с Айши и разберётся со всем.
Если он выпьет зелье, которое дала Эурелия, он сможет выиграть время и оставить завещание даже после получения штрафа.
Он вздохнул и закрыл глаза.
Затем мысленно нарисовал картинку в своём воображении.
Кания, прильнувшая к его боку с невозмутимым выражением лица.
Серена, прикрывающая рот веером и прижавшаяся не менее тесно.
Руби, сидящая рядом и держащая его за руку.
Ирина, смотрящая на них с недовольным выражением.
Клана, присевшая в углу с несколько проигравшим видом.
Ферлоше, машущая рукой с глуповатым выражением.
Лулу, трущая щёкой о его руку.
Изолет, тихо гладящая его по голове.
Ария, протягивающая куклу, которую сшила сама,
а рядом с ней стояли его родители…
Представляя сцену, которую он уже никогда не увидит и не сможет воссоздать, он почувствовал, как дыхание стало прерывистым, а сердце забилось чаще.
Момент расставания со всеми, кого он любил, был уже совсем близко.
Окно Системы перед ним теперь показывало одну минуту до конца.
Его цвет лица становился всё бледнее.
Барьер из звёздной маны озарял весь коридор белым светом.
Это выглядело как образ загробной жизни — мгновение рая.
Но место, куда он направлялся, не было ни раем, ни даже адом.
Цена за защиту дорогих ему людей ценой самого себя — вечное забвение.
Помня об этом, он медленно поднялся, крепко зажмурив глаза.
Рядом с ним зелья, выстроенные в ряд на полу, поблёскивали в свете.
И так же поблёскивало окно Системы, беспощадно отсчитывающее секунды.
Осознав, что время пришло, Фрей потянулся дрожащей рукой к зельям на полу.
Но затем остановился и посмотрел с недоумением.
Кто-то шёл сквозь барьер света, который он создал, и входил в коридор.
Он настороженно уставился на фигуру, которая легко преодолела барьер, удерживавший всех остальных.
Фигура была слишком маленькой для одной из героинь.
Когда Фрей окликнул её и отступил на шаг, он расширил глаза.
Каштановые растрёпанные волосы. Зелёные глаза. Невинное и чистое выражение лица.
Знакомое лицо Глэр, которую он встречал несколько раз за последний год, предстало перед его взором.
Фрей обратился к Глэр, которая вышла из барьера и встала перед ним.
Осознав, что обратный отсчёт завершился, Фрей быстро схватил зелье левой рукой.
Система Пути Ложного Зла
Слишком знакомое окно, которое держало его в оковах на протяжении многих лет, возникло перед его глазами.
— Как и ожидалось… моя догадка верна.
Глэр, впившись взглядом в окно, пробормотала с удовлетворённой улыбкой.
Его ужасная судьба обрушилась на него снова.
Постоянный дебафф: Судьба Ложного Зла
Продолжительность жизни и жизненная сила пользователя будут значительно сокращены.
[Стаки: 4] [Особый стак: 1]
— Похоже, всё начинается с тебя.
Он поднял зелье, глядя на проклятое сообщение, которое появится ещё десятки раз.
Он перевёл взгляд на Глэр, которая окликнула его, подняв правую руку.
Звонкий звук прокатился по коридору.
И произошло чудо.
Система, которая держала Фрея в оковах столько лет, раскололась и рассыпалась во все стороны.
— Я пришла вернуть свой долг.
Глэр прошептала с яркой улыбкой ошеломлённому Фрею.
— Теперь моя очередь помогать тебе, Герой.
На безымянном пальце её левой руки тихо сияло Кольцо Удачи.