«Звёздный адмирал»
Хорошо, ни малейшего промедления… Клейн слегка кивнул: — Ладно.
Как только он заговорил, свет внутри хрустального шара внезапно померк, фигура в чёрной классической мантии становилась всё темнее и размытее, быстро исчезнув.
Сжимая ставший обычным хрустальный шар, Клейн повернулся, открыл дверь и вышел.
Взглянув на хозяина, прислонившегося к стене и шумно пьющего, он небрежно бросил ему шар.
Пока хозяин суетливо ловил его, Клейн неторопливо спустился по лестнице и покинул склад.
Выйдя из «Бешеного китового танца», он достал золотые карманные часы, щёлкнув крышкой, и взглянул на время.
Почти полдень, большинство баров уже открыто… Клейн остановил наёмный экипаж и на фейсакском языке сказал вознице, что ему нужно в бар «Лодар» — на местном наречии это означало «Рассвет», место, где часто собираются авантюристы Гаргасских островов.
Для Клейна сбор сведений и получение разной информации имели большое значение: это могло помочь ему в критический момент принять верное решение и избежать смертельной опасности. Поэтому, хотя он не особенно любил бары, ему приходилось часто их посещать, заказывать кружку насыщенного солодового пива и тихо сидеть в углу стойки, слушая, как окружающие обсуждают морские события и новости.
Кроме того, он хотел выяснить, удалось ли спасти Роя Кинга, заключённого в резиденции губернатора в «Щедром городе» Байаме. За последние два месяца «Ртутный змей» Уилл Осептин не появлялся в его снах, а «Советник судьбы» Ришель не призывал посланника, чтобы предоставить подсказки о мощных магических предметах.
Спустя более двадцати минут экипаж остановился, и перед Клейном предстал бар «Лодар» с огромной вывеской.
Он по привычке достал две банкноты по одному солю и расплатился с возницей.
Только когда он разглядел грубоватое лицо возницы, он внезапно вспомнил одну вещь: Это заграница, фейсакская колония, со своей собственной валютой!
Самая мелкая единица — копейка, затем фейсеребро, а затем золотой рог, и все они имели очень удобную десятичную систему, что делало пересчёт лёгким.
Забыл обменять деньги в банке… предыдущие кончились в гостинице и ресторане… Клейн уже хотел осмотреться в поисках банка, как возница радостно взял две купюры по одному солю, несколько раз проверил их и расплылся в улыбке, отчего его грубая кожа засияла: — Спасибо, спасибо за вашу щедрость!
Золотой фунт, соль и пенни тоже здесь твёрдая валюта? М-да, Гаргасские острова находятся не слишком далеко от Тоскарта и Олави, и многие товары продаются в эти два места. Кроме того, многие авантюристы Лоэна любят бывать в этом «Море белых китов», так что неофициальное хождение валюты королевства Лоэн вполне нормально… Ха-ха, промышленность и экономика Лоэна сильнее, чем у Фейсакской империи, даже намного, и золотой фунт гораздо крепче золотого рога… Стой! Клейн шёл к бару «Лодар» и вспоминал радостное лицо возницы.
Внезапно он вспомнил одну вещь: один золотой фунт можно обменять на пять с половиной золотых рогов.
То есть два соля стоят пять с половиной фейсеребра.
А в «Белом городе» почасовая аренда экипажа стоит четыре фейсеребра, и меньше часа считается за полный час.
Неудивительно, что возница так обрадовался! Клейн обернулся, чтобы посмотреть, но экипаж уже исчез неизвестно где.
Тьфу… легко выдохнув, Клейн прижал шляпу, толкнул тяжёлую деревянную дверь и вошёл в бар «Лодар».
В этом мире бары возле причалов или заводских районов часто торгуют обедами и ужинами, поэтому открываются около одиннадцати. Сейчас уже было немало авантюристов без дела, собравшихся у стойки: они заказывали крепкие напитки, копчёную рыбу и жирные супы с овощами и с аппетитом закусывали хлебом.
Пить «Лиланки» и «Нибос» в полдень? Собираются быть пьяными весь день? Этот фейсакский обычай трудно принять… пробормотал Клейн и с бесстрастным лицом подошёл к стойке, сел в углу и постучал по деревянной поверхности: — Два тоста с красной колбасой, порция копчёного китового мяса, тарелка густого овощного супа и кружка пива «Глас».
Пиво «Глас» популярно на восточном побережье Фейсака и нередко встречается на острове Соня и Гаргасских островах.
— Новенький? — бармен поднял глаза на Клейна. — С вас четыре фейсеребра и шесть копеек.
Не пьёшь крепкое — значит новенький? Клейн не обратил внимания на его вопрос и просто бросил две купюры по одному солю.
Это стоило пять фейсеребра и пять копеек.
Вспомнив, что сейчас он Герман Спарроу, Клейн сдержал порыв попросить сдачу, считая это чаевыми.
Конечно, в баре Бэкленда столько еды тоже стоило бы около двух солей.
Получив чаевые, бармен больше не спрашивал, ловко налил кружку пива «Глас» и подвинул её Клейну.
Это пиво было тёмного цвета, с густой пеной, подгоревшим ароматом, насыщенным и слегка острым вкусом, что заставило Клейна подумать, что оно имеет высокое содержание алкоголя, и заподозрить, что в него добавили крепкий напиток.
В ожидании еды он медленно пил пиво и молча слушал разговоры окружающих авантюристов.