Покинув спальню матери, я решил сначала вернуться в свои комнаты.
Хотел потренироваться в разговорах заранее, чтобы сегодня вечером гладко принять Фанни. Подавляя нетерпение, я шёл по коридору, когда сзади позвали.
«Братец»
Обернувшись, я увидел сестру, слегка покрасневшую.
Видимо, она только что вышла из ванны. Влажные волосы и слегка румянеющее лицо излучали слабый очаровательный шарм.
«Разговор с матерью закончился?»
«…Аа, закончился».
Хотя мы только что обсуждали будущее Фанни, она, кажется, не пришла об этом узнать. На лице была та же невинная улыбка, что всегда.
«Тогда после этого можно поговорить с братом?»
Казалось, она искренне рада, что наконец может поговорить со мной спокойно. Смеющаяся она не выглядела никак иначе.
Глядя на её совершенно обычную радость, почему-то начинаешь тревожиться: действительно ли получено разрешение обнять эту девочку, действительно ли стоит двигать отношения дальше.
«Да, беседа с Фанни будет приятна… Но можешь подождать немного? Хочу сегодня ещё кое-что доделать».
«…Му. Хорошо».
Казалось, она собиралась пойти ко мне в комнату, и Фанни слегка надулась.
Но если мы так и войдём в комнату, начнётся здоровая братско-сестринская ночь. Я же хочу не беседу на ночь, а ночную забаву с Фанни. Поэтому мне нужно было остановить её вымышленной работой и начать всё заново.
«Увидимся позже, ладно?»
«…Ха-ай».
Погладив надувшуюся девочку, чтобы успокоить её, я оставил это место.
«Теш. Вызови Памею».
Обратный отсчёт до визита Фанни уже начался. Вернувшись в свои комнаты, я сразу же отдал приказ.
Думал, что займёт немного времени, но старушку привели гораздо быстрее, чем ожидал. Видимо, окружающие предвидели такой поворот и действовали заранее. Быстрая работа — это хорошо.
«Пришла по вашему вызову, молодой господин».
Эта старушка, Памея, с почтением — главная служанка, прикреплённая к Фанни. Для меня она такое же существование, как Теш.
«Тут только что была беседа с матерью. Вы двое слышали о деле Фанни?»
«Да. Слышала от господина».
За ответом Теш Памея тоже кивнула.
На всякий случай уточнил у них детали, но они совпадали с тем, что сказала мать. Ну, как бы ни было на кону выживание дома Эвенапис, та мать вряд ли совершила бы такой необдуманный поступок, как наврать, пользуясь отсутствием отца.
Но даже если бы это была ложь, я бы сделал невиновное лицо и сказал: «Э, мама сказала, что ок, так что я сделал. Техе», свалив всю вину на мать, и прижался бы к сестре.
«А самой Фанни?»
На этот вопрос ответила не Теш, а Памея.
«Госпожа, у вас была беседа от господина и госпожи».
Какова была её реакция? Чуть-чуть забилось сердце. А вдруг её отвергли с словами: «Братца я люблю, но зачать детей — это уж слишком…»? Член бы от шока просто вянул.
……Нет, раз сейчас всё прошло гладко и получено добро, реакция не могла быть плохой. определенно не плохой.
Но одна вещь не давала покоя.
«Фанни знала, что меня позвала мать. Но при этом она почти не изменилась…»
В этот момент Фанни без труда могла догадаться, что мать сообщила мне. Более того, скорее всего, ещё до того, как я вошёл в замок, мать сказала Фанни что-то вроде: «Уилку сегодня вечером скажу». И тем не менее её поведение и манеры оставались такими же, как всегда — это было непостижимо.
Раз стало определённо, что она станет моей женой, в обычных обстоятельствах следовало бы ожидать более соответствующую реакцию. Фанни всё-таки уже двенадцатилетняя девочка. Хотел бы увидеть, как она застенчиво краснеет или радостно визжит.
«В любом случае, для госпожи молодой господин — дорогая семья».
По Памее, раз уж в итоге и братьев, и супруги — одна семья, Фанни воспринимает это так, что незначительные изменения не стоит принимать так близко к сердцу.
Какая-то невероятно широкая, грубая, беззаботная мысль у сестры. Но, по крайней мере, она не против стать моей женой. В этом можно успокоиться.
「……Но должны быть и изменения. Что касается визитов в мою комнату ночью, только что Фанни выглядела так, будто не осознаёт этого».
Став мужем и женой, смысл визитов в спальню меняется. Однако от Фанни только что не было ни тревоги, ни предвкушения, ни напряжения по поводу возможности первой свадебной ночи.
«Прежде чем угадывать чувства госпожи, одно хочу спросить у молодого господина…»
«Что?»
Памея на мгновение перевела взгляд на Теша, тут же вернула ко мне.
«О сегодняшнем… ночном дежурном, о назначении».
На этом она умолкла, но суть была понятна.
В ночи, когда я и Фанни беседуем, слуга стоит дежурство без сна. Это дело старших слуг из рыцарских родов, но по сути — просто присмотр за дружно беседующими братом и сестрой. Раз разницы в результате нет, кто именно дежурит, из наших личных слуг выбирают того, кто в тот момент свободен.
Но если я собираюсь владеть Фанни, как будет тогда? Естественно, по такому случайному принципу дежурного не назначат. Теш и Памея возглавят командование и оцепят комнату безупречной формацией.
То есть Памея спрашивает у меня, есть ли у неё сегодня смена, собираюсь ли я трахаться с Фанни. Понятно, почему трудно спросить.
«Думал, что это дело Теша и Памеи?»
Когда я ответил так, будто это само собой разумеется, оба вдохнули одновременно.
«Если есть что-то, что беспокоит — говорите прямо сейчас».
Первым попросил разрешения говорить Теш.
«Если из-за дома Эвенапис или госпожи молодой господин принуждает себя…»
Чувство Теша — не хочу, чтобы зачатие детей воспринималось как работа — передаётся до боли в груди.
Секс из чувства долга — лишь причина вянуть. Для Теша, стремящегося изо всех сил обеспечить устойчивое размножение в будущем, это следует избежать любой ценой.
«Ничего подобного. Я действую так, как хочу. Ну, как всегда».
Такую озабоченность я развеял шутовкой.
Теш, кажется, не был серьезно настороже — принял без возражений. Просто проверка на всякий случай.
— У Памеи есть что-то сказать?
Когда я перевёл разговор на неё, старуха молча задумалась, а затем медленно начала говорить:
— …Её Величество ещё молода, и чрезмерные контакты могут её утомить.
Это было невероятно мягкое выражение, но по сути это была просьба не продолжать половой акт, если Фанни будет сопротивляться с криками «Нет, братец!».
С позиции Памеи это, пожалуй, вполне естественное требование. В конце концов, я — человек, у которого есть «достижение» в виде насильственного изнасилования Евы. Это может звучать грубо, но, должно быть, она хотела заранее предупредить, чтобы её госпожа не пострадала так же.
— Каким бы ни было положение Фанни, она остаётся моей милой сестрой, и это не изменится. Я не хочу заставлять её плакать.
Так я и сказал, но в глубине души мне было любопробно попробовать такую ситуацию. Картина: сестра, изнасилованная верным братом, плачет под одеялом, а из ног у неё течёт белое — честно говоря, немного хотелось это увидеть.
Но если я так поступлю, образ «прекрасного старшего брата», который я наращивал более десяти лет, рассыплется в прах. Это абсолютно неприемлемо. Я хочу, чтобы между нами было нежное и счастливое отношение, и хочу сделать её счастливой.
— Так ли это? Тогда я спокойна.
Выражение Памеи, сказавшей это, было мягким. Раз она была рядом с Фанни с младенчества, в каком-то смысле она относилась к ней как мать.
— А наоборот, хочу спросить у Памеи. Тело Фанни сейчас выдержит роль жены?
Это был честный вопрос.
Я знал, что в прошлом году у неё начались месячные. Прошло уже около года, так что беременеть она, вероятно, может. Но сможет ли она нормально выносить и родить — это беспокоило. Фанни, которой я встретил в коридоре, всё ещё выглядела недозрелой.
Если изучать историю аристократии Эллуо, то беременность и роды в раннем подростковом возрасте не такие уж редкости, а про вред от инбридинга для детей почти ничего не слышно. Честно говоря, раз все вокруг говорят «безопасно», я думал, что как-нибудь обойдётся. Но чтобы наслаждаться сексом с целью зачатия без лишних забот, я хотел убедиться, что всё действительно в порядке.
— Уступки не нужны. Отвечай честно.
Раз я уже настроен серьёзно, лучше, чтобы они не говорили лишнего — мне показалось, что Теш и Памея как раз это и думают, поэтому я сказал это строгим тоном.
— …Её Величество в прошлом году уже готова была принять ребёнка.
Приняв решение, Памея начала говорить медленно, с паузами.
Само собой разумеется, раз Фанни — Главный предок, у неё крепкое и выносливое тело. К тому же, если она забеременеет, ведающие делами акушеры будут дежурить у неё круглосуточно, и в крайнем случае она сразу получит исцеляющую магию Главного предка от отца и матери. В таких условиях умереть сложнее, чем выжить.
— …Однако, учитывая, что это первые роды, и возраст Её Величества, период неблагополучия, вероятно, затянется.
Я слышал, что у женщин-Главных предков при беременности становится нестабильной магическая сила, но по словам Памеи, при первой беременности это становится просто безумием. В худшем случае возможен нулевой уровень магии на протяжении нескольких месяцев.
— Ух… Честно говоря, это довольно страшно.
Страшно, что можно просто так уйти из жизни. С точки зрения бывшего японеца, это просто снижение физических способностей до уровня землянина, но почему-то кажется невероятно опасным состоянием. Чувствую, что голова успешно адаптируется к Эллуо.
— Жизни не угрожает.
Опасаясь моих переживаний, Памея категорически заявила.
— Но душевные страдания, вероятно, будут не малы.
Для Главного предка магия — это данность, поэтому её длительное отсутствие наносит психологический удар. Возникает тревога из-за хрупкости собственного тела. Поэтому, в большей или меньшей степени, беременные Главные предки почти неизбежно пережидают постпартумную депрессию.
В случае разведенных аристократок, при прочих равных, роженицы ценятся выше неродивших. Возможно, в этом выражается не только заслуга рождения ребёнка Главного предка, но и уважение с восхищением к преодолению этой первой тяжелой испытания.
— Понял. Я бы не хотел, чтобы Фанни слишком страдала…
В теле Фанни без магии будет тяжело выносить ребёнка в животе. Живот раздуется до предела, и будет выглядеть мучительно.
«Когда госпожа достигнет возраста, соответствующего нынешнему возрасту молодого господина, или, может быть, через два-три года после того, полагаю, что заботы несколько уменьшатся»
Как будто девочка из старших классов начальной школы становится средне- или старшеклассницей. Действительно, в этом возрасте разница в несколько лет огромна.
«Понятно»
«С вашего позволения... Для молодого господина это станет первым сближением с главной кровью. Телу может потребоваться немного времени, чтобы привыкнуть. И господин, и госпожа знают об этом»
Отец и мать, значит, заложили на зачатие пять-шесть лет. По времени — довольно большой запас. Возможно, они заложили такой длинный буфер, учитывая, что я — девственник-главный-предок.
А Памея, должно быть, хочет подождать ещё немного роста Фанни, если только это возможно. Она — эталон слуги, изо всех сил старающаяся облегчить заботы господина.
«Конечно, когда у госпожи появится радостный признак, я намерена защищать её ценой собственной жизни»
Хотя, если она забеременеет сразу — и тогда она постарается. В её глазах горит сильный свет.
Увидев решимость Памеи, вдруг во мне пронеслось некое видение.
«……Понятно. Запомню это»
После этого я услышал от Теша и Памеи несколько разговоров о текущем положении Фанни.
Если говорить кратко: спать с ней или нет — решать мне. Значит, есть только одно дело, которое нужно сделать.
«Фанни, наверное, уже устала ждать. Приведи её уже»
И в конце я добавил.
«Вы двое этой ночью останьтесь рядом»
Теш и Памея тихо кивнули.