Сбор плодов рюэль обернулся неудачей, и на следующий день я слегла и нуждалась в медицинском уходе, однако сам праздник урожая прошёл без особых проблем.
Вернувшись в Храм и увидев лицо Гила, вышедшего мне навстречу, я с облегчением выдохнула.
— С возвращением, госпожа Роземайн.
— Я вернулась, Гил. Не было ли каких-нибудь перемен за моё отсутствие?
— У меня есть несколько дел, о которых хотелось бы побеседовать.
На слова Гила тотчас выступила Фран.
— Тогда, Гил, проведите госпожу Роземайн в кабинет заведующей приютом и поговорите там.
Фран предложила так, поскольку в комнату, куда только что с праздника урожая тащили одно за другим коробки и узлы, кабинет заведующей приютом казался более спокойным местом. Поняв, что моё присутствие только замедлит уборку, я вместе с Гилом отправилась в кабинет заведующей приютом, который был тщательно вычищен и приведён в порядок.
— Проходите, госпожа Роземайн.
Выпив чай, который заварил Гил, в кабинете заведующей приютом, я выслушала его рассказ о событиях за время моего отсутствия. Искусство Гила в заваривании чая тоже продвинулось вперёд — он всё ещё уступал Фран, но заметно подтянулся.
После доклада о состоянии запасов — количестве готовой бумаги, книжек с картинками, необходимых чернил — зашла речь о тронбе.
— Недавно, когда мы отправились в лес за бумагоделием, там вдруг выросли быстрорастущие деревья, и мы все их скосили. Они успели довольно сильно подрасти, так что пришлось мобилизовать даже солдат.
— Никто не пострадал?
— Нет. Солдаты похвалили нас за хорошую работу. Молодые тонкие ветви нам не понадобились, так что мы забрали их с собой, и они уже покрылись чёрной корой.
Лутц договорился с солдатами и забрал все молодые тронбе. Хорошо поступил.
— Ещё в мастерскую приходил мастер по имени Инго и обсуждал кое-что с Лутцем и серым жрецом. Подробности, полагаю, Лутц сообщит отдельно.
— Замечательно. С нетерпением жду.
Одной мысли об усовершенствовании печатного станка мне уже было достаточно, чтобы порадоваться. Каким он станет?
— А как дети из Хассе? Хорошо ли они адаптировались? Можно к ним наведаться?
— …Если хотите, навестим приют?
— Да, давайте. Есть кое-что, что я хочу спросить у Вильмы и о чём её попросить.
Взяв с собой рыцаря-охранника, я направилась в приют. Вильма была удивлена внезапному визиту без предупреждения, но, когда я рассказала, что мои слуги буквально задыхаются от работы по уборке после праздника урожая, она тихо рассмеялась.
— Госпожа Роземайн, у вас ведь мало слуг, так что неудивительно, что трудно.
— …Мало ли? Я слышала, что большинство синих жрецов содержат примерно пятерых слуг.
По моим воспоминаниям, у бывшего Верховного жреца тоже было около шестерых. Я долго колебалась, к какому штату отнести Дерию, — оттуда и цифра «около шестерых», — но в целом полагала, что число моих слуг примерно среднее.
— Для обычного синего жреца этого более чем достаточно. Но у госпожи Роземайн так много обязанностей — Верховный жрец, заведующая приютом, начальник мастерской — так что, может быть, каждой из должностей нужно по три слуги?
Заведующей мастерской занимался Гил, делами приюта — Вильма, а Верховного жреца — Фран, Моника и Никола. Если учесть, что Никола чаще всего помогает на кухне, действительно, нагрузка на каждого была великовата.
— Я обсужу это с Главным жрецом и Франом и при необходимости увеличу штат. Но не об этом. Как прошёл праздник урожая в этом году? Хватало ли еды?
— Да. Благодаря вашим приготовлениям всё прошло без проблем.
Хотя повара разъехались, серых жриц, умеющих готовить, уже было несколько человек. Продукты были заготовлены в достаточном количестве, так что праздник урожая прошёл без затруднений.
— Как себя чувствуют дети из Хассе? Уже освоились?
— Поначалу они, кажется, смущались разницей в правилах и не знали, как себя вести. Но по мере того как жрицы и жрецы, бывшие с ними в Хассе, давали советы и помогали, остальные, похоже, тоже начали понимать, чем они отличаются.
Поскольку это были дети, выросшие, не покидая стен Храма, они не очень понимали, чем отличаются от других. Но за то время, что в мастерской они видели Лутца и Леона — выросших в иных условиях, — а также Йохана и Зака, приходивших в качестве ремесленников, их, по всей видимости, стали принимать легче, чем раньше.
— Как обстоят дела с зимними приготовлениями в приюте?
— Варка джема, сушка грибов — те, кто мог, уже начали. В этом году дров, собранных в лесу, больше, чем в прошлом, а то, что закупили через «Гильберту», уже доставлено.
День переработки свинины ещё впереди, но в этом году она проходит совместно с фирмой «Гильберта», а опыт уже есть, так что можно спокойно доверить это дело.
— Госпожа Роземайн, насчёт зимних приготовлений…
— Есть какая-то проблема?
— Нора и Марте спросили, не занимаются ли в приюте на зиму прядением и ткачеством. Мы не слышали об этом и хотели бы узнать, что это такое и не стоит ли начать в этом году…
Для простолюдинок прядение и ткачество были важнейшей зимней работой. Этим зарабатывали одежду для семьи, а умение прясть и ткать определяло, какого жениха сможет найти девушка.
Однако серые жрецы и жрицы получали одежду от Храма. Для работ, где одежда могла запачкаться, — в лесу, в мастерской при печати, — покупали дешёвые б/у вещи в бедном квартале. Честно говоря, покупка пряжи обходилась дороже.
А после того как их покупали в услужение к дворянам, в особняках уже были заготовленные и выдаваемые одежды, и поскольку, вероятно, почти никому не разрешалось вступать в брак, особого мастерства в ткачестве и шитье не требовалось.
— Поскольку одежду нам дают из Храма, необходимости ткать ничего нет, и ткачеством мы пока не задумываемся. Но вот заготовить шерстяную пряжу и заняться вязанием — это, пожалуй, хорошая идея. Зима станет теплее.
В прошлом году мы купили б/у тёплые вещи, но чем больше тёплых вещей, тем лучше. Я заказала шерстяную пряжу и спицы у фирмы «Гильберта» и в этом году попробуем вязать.
— Нора и Марте, наверное, знают, как вязать. Если будет время, можно попросить Тури.
Вильма тоже была этому рада.
Я рассказала, что пожертвованные на празднике урожая культуры перерабатываются в замке и что готовую продукцию нужно будет доставить в Храм, после чего встала.
— Госпожа Роземайн, ещё одно дело. Я нарисовала портрет Главного жреца красками, которые получила от вашей мамы. Куда его отвезти?
— Покажите, пожалуйста.
Портрет Главного жреца, написанный Вильмой, был выдержан в её фирменной мягкой гамме и к тому же пропущен через «фильтр Вильмы», благодаря чему Главный жрец выглядел просто божественно.
Внутри я завопила, что Главный жрец выглядит слишком святым, но это неправда — настоящий Главный жрец улыбается гораздо более тёмной улыбкой и никогда не выражает такой нежности. Однако, судя по рассказам, в глазах моей мамы Главный жрец именно такой — ослепительно сияющий. Мама, наверное, прослезится от радости.
— Заверните в ткань, положите в деревянный ящик и перевезите в кабинет заведующей приютом.
— Как прикажете.
В кабинете Верховного жреца Главный жрец мог бы его обнаружить, заглянув по делу. Хранить в кабинете заведующей приютом было безопаснее.
Закончив разговор с Вильмой, я вернулась в свою комнату вместе с Гилом — уборка к тому времени уже была завершена.
— Госпожа Роземайн, сегодняшний день подходит к концу. Пожалуйста, отдыхайте. С завтрашнего дня будет очень много работы, — сказала Фран.
Уже более половины синих жрецов вернулись с праздника урожая, и, судя по всему, с завтрашнего дня предстоят будни Верховного жреца — совместно с Главным жрецом выслушивать отчёты каждого.
Выслушав отчёты, нужно было принять у синих жрецов, объездивших территории под управлением дворян, малые Священные чаши и проверить, не допущена ли ошибка в подсчёте.
Затем малые золотые Священные чаши нужно было разложить по отведённым шкафам и запереть. Учёт малых Священных чаш тоже входил в обязанности Верховного жреца. Привезённые чаши предстояло наполнить Магической силой на зимней церемонии подношения.
— Нужно также заранее определить порядок, в котором синие жрецы будут заполнять чаши Магической силой — и в ходе поездок домой, и на церемонии подношения.
Пожертвованные на празднике урожая культуры синих жрецов отправлялись из замка в их родные дома, и за ними нужно было ехать забирать. Большие партии грузов то и дело прибывали и отправлялись, так что, если не установить порядок, начнётся путаница.
— Вот таковы зимние приготовления Храма для синих жрецов. …Вам тоже придётся ехать в замок за своими дарами, но лучше совместить это с докладом Господину.
Когда все синие жрецы вернутся и все малые Священные чаши будут собраны, нужно будет поехать в замок и доложить Господину. Это тоже одна из обязанностей Верховного жреца.
— Ваш зимний наряд тоже, наверное, готовится в замке? Его нужно будет сюда перевезти, и к тому же наверняка предстоит обсудить ваше появление на представлении.
Фран выстроила передо мной один за другим пункты списка, и я почувствовала лёгкое отчаяние. Я думала, что зимние приготовления Храма, как и в прошлом году, закончатся подготовкой вещей для приюта и для своей комнаты. Но чем больше должностей, тем сложнее всё оказывается.
Следующего дня начались почти ежедневные встречи с синими жрецами. Главной работой был сбор малых Священных чаш, а заодно я выслушивала рассказы об урожае, налоговых сборщиках, обстановке в деревнях.
Среди синих жрецов были и те, кто докладывал до мелочей, и те, кто отрапортовывал коротко: «Везде примерно одинаково».
— …Главный жрец, может, поручить канцелярскую работу Канферу и Фритарку? Оба — не из богатых дворянских семей, и если назначить им жалованье, они, кажется, будут работать добросовестно.
— Нет у меня времени учить с нуля тех, о ком неизвестно, есть ли у них охота работать.
Главный жрец отрезал это безапелляционно, но, похоже, раньше он уже пытался распределить нагрузку. Однако синие жрецы оказались настолько бесполезны, а с бывшим Верховным жрецом было настолько сложно во всём, что он в итоге предпочёл взвалить всё на себя.
— Вы берёте всё на себя, потому что делаете быстрее и надёжнее, — и вот вы один и задыхаетесь в работе. Даже если кажется, что это лишний путь, лучше делегировать. Верховного жреца-то больше нет.
Со уходом бывшего Верховного жреца всю власть в Храме без преувеличения можно было считать сосредоточенной в руках Главного жреца. Были и такие синие жрецы, которые прежде намеренно держались от Главного жреца подальше — ради собственной безопасности. Но теперь их можно привлечь к делу и обучить.
— Сколько, собственно, синих жрецов должно выполнять ту работу, которую держит на себе Главный жрец? Мой приёмный отец, похоже, был уверен, что Главный жрец в Храме просто бездельничает, и наваливал на него задачи. А Главный жрец что, не отчитывается о содержании работы?
— Задачи, поставленные Господином, нужно выполнять неукоснительно. Зачем отчитываться о содержании? Результата достаточно.
Мне не удавалось сдержать вздох от строгости Главного жреца в вопросах работы. Кто его так воспитал?
«Отчитывайся, сообщай, советуйся» — основа рабочего процесса, я когда-то об этом читала. Здесь это не привилось, но для нормальной работы необходимо.
— Знание текущего положения дел очень важно для их нормального выполнения. Вот, например, я поговорила со своим приёмным отцом и получила немного свободы в вопросе книгопечатания. Он сказал, что могу продвигаться в собственном темпе.
— …Ты ему сказала, что не справляешься с возложенной на тебя работой?
Он распахнул глаза, словно не верил своим ушам, и я сердито надула губы.
— Я не говорила, что не справляюсь. Я лишь сообщила ему реальную картину: в отличие от брата Вильфрида, у меня нет свободного времени, потому что мой приёмный отец отдал мне печатное дело. Он, похоже, считал, что книгопечатанием занимается Главный жрец, и был очень удивлён, узнав, что я веду всё самостоятельно.
— И тот Сильвестер дал тебе отсрочку? Это слишком мягко с его стороны.
Главный жрец нахмурился с видимым недовольством, но сам-то он был не лучше — он постоянно перекладывал на меня, болезненного ребёнка, одну работу за другой. «Раз можно — почему бы и нет?» — говорит он, а мне работать так не хочется.
— Одно я могу сказать твёрдо: не рассчитывайте, что я буду работать в той же нагрузке, что и Главный жрец. Физически это невозможно.
Зимой предстоят церемония подношения и светские мероприятия дворян — слишком много. Честно говоря, я не верю, что моя выносливость это выдержит.
— Твоё замечание справедливо, но для тебя тоже приготовлена полная порция лекарств.
— Как такая жизнь на лекарствах может быть полезна для здоровья?! Главному жрецу самому следует пересмотреть своё отношение к медикаментам. Если он не сократит нагрузку до уровня, при котором можно обойтись без лекарств, рано или поздно просто рухнет.
Когда я добавила, что пожалуюсь Рихарде, лицо Главного жреца приняло выражение глубочайшей неприязни. Представить, как его отчитывает Рихарда, было нетрудно.
— Сократить работу будет непросто. Что ты предлагаешь?
— Для начала уменьшим частоту поездок в замок. Да, для сбора информации нужно бывать там, но каждый визит приносит новую работу. Следовательно, лучше сразу сократить число визов и получать сведения от Юстуса.
Когда я предложила это, Главный жрец нахмурился ещё сильнее.
— Но если я не поеду, на столе Сильвестера будет копиться работа.
— Это работа моего приёмного отца, так пусть приёмный отец её и выполняет. Как может стоящий во главе дворян Эренфеста приёмный отец не справляться со своими обязанностями? Главный жрец, как ни крути, слишком мягок к моему приёмному отцу. Прежде чем требовать строгости от брата Вильфрида, следовало бы потребовать её от приёмного отца.
Понять это было нетрудно — из всех людей к Главному жрецу ближе всех по крови были только его единокровный брат Сильвестер и мой отец, приходящийся Главному жрецу двоюродным братом. Мои слова явно его потрясли.
— …Я слишком мягок к Сильвестеру? Впервые такое слышу.
— Но вы же говорите мне: разберись со своими делами сама. То, с чем я не справляюсь, вы поможете, а то, с чем справляюсь, — не поможете. Но разве работа моего приёмного отца — это то, что он не может сделать сам?
Когда я добавила, что проблема, скорее, в том, что Господин не способен выполнять свою собственную работу, Главный жрец закрыл глаза, погладил подбородок и медленно вздохнул.
— Значит, дело не в том, что он не может. Он просто перекладывает на других, чтобы самому было легче.
— Раз брат Вильфрид старается, приёмный отец тоже мог бы постараться. Главный жрец, пожалуйста, ставьте работу Храма выше работы приёмного отца. А работу Храма распределите между остальными синими жрецами, чтобы появился хоть какой-то запас времени.
Я крепко сжала кулак, и Главный жрец приподнял бровь.
— Запас времени? А зачем он мне?
— …Для здоровья Главного жреца, разумеется. Вовсе не для того, чтобы обеспечить мне время на чтение.
— Вот и выяснилось, о чём ты на самом деле думала. Но ладно, не важно. Когда Сильвестер снова начнёт взваливать на Храм непосильные задачи, ты как Верховный жрец его остановишь, верно?
С усмешкой Главный жрец перевалил на меня неприятную работу. Что-то тут было не так. Казалось, мои-то дела должны были уменьшиться, но вместо этого их стало больше.
Получив от всех синих жрецов малые Священные чаши, я назначила аудиенцию и вместе с Главным жрецом отправилась в замок.
По дороге в кабинет приёмного отца на лессербусе я попросила Рихарду подготовить мою долю пожертвованных культур — то, что уже было переработано, — чтобы я могла забрать всё в Храм.
Заодно я спросила, как продвигаются уроки Вильфрида.
— Господин Вильфрид успешно закрывает пункты в списке заданий. Половину его слуг заменили, и теперь идёт усиленное обучение. «На этот раз обязательно победю принцессу!» — говорит он и усердно занимается карточными играми. Основной алфавит он в целом уже читает, и цифры тоже разбирает. Писать ещё нужно потренироваться.
Рихарде, похоже, действительно нравилось воспитывать детей. Она рассказывала о достижениях Вильфрида с выражением полной, оживлённой увлечённости.
— Занятия фешпилем тоже идут вперёд, и к зиме он, кажется, сможет исполнить одну пьесу. Это требует повторений, и он быстро начинает кричать и т