Когда Найтингейл закончила рассказ, в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь редким треском горящих свечей.
Роланд выглядел серьёзным — он наконец составил себе общее представление о ведьмах как о сообществе.
Пробуждение большинства ведьм происходит во время месяцев демонов — согласно преданию, именно в эти дни отворяются врата в преисподнюю. Как правило, совершеннолетие становится для ведьмы важным рубежом: девушки, не пробудившиеся к восемнадцати годам, уже практически не имеют шанса стать ведьмами, а те, чьё пробуждение наступило раньше, каждый год в день пробуждения испытывают мучения Укуса Демона.
Эти страдания невозможно представить обычному человеку — даже голос Найтингейл дрожал, когда она говорила об этом. По её собственному опыту, это ощущение похоже на то, будто внутри тела что-то пытается прорваться наружу: невыносимая боль распирает каждый сосуд и каждое сухожилие, в конце концов кровь проступает сквозь кожу, а глаза вылезают из орбит…
Если удаётся пережить это, тело постепенно восстанавливается за четыре-пять дней, но те, кто не выдерживает, погибают — и смерть их ужасна.
Найтингейл была свидетельницей гибели подруг несколько раз. Их тела теряли форму и превращались в раздувшиеся мясистые массы. Кровь, смешанная с внутренностями, вырывалась наружу через все отверстия, а при контакте с воздухом превращалась в чёрные клубы дыма. В итоге, когда всё, что могло выплеснуться, выплеснулось, на земле оставалась лишь тонкая обугленная корка.
Это и служило «доказательством» того, что ведьмы — воплощение дьявола.
Обычные люди, увидев такую картину, приходили в ужас и уже не задумывались о настоящей причине смерти. А Церковь подливала масла в огонь, утверждая, что служение дьяволу неизбежно ведёт к такой участи. Со временем ведьмы стали воплощением зла.
Как бы там ни было со стороны, муки эти — подлинные, и именно из-за них ведьмы в среднем живут недолго. С каждым годом терпеть становится всё труднее, и немало ведьм выбирают покончить с собой.
Укус Демона, случающийся в восемнадцать лет при наступлении совершеннолетия, считается самым тяжёлым испытанием. Дело в том, что магическая сила, полученная ведьмой ранее, является лишь неполной; только после совершеннолетия она окончательно закрепляется. После закрепления сила значительно возрастает по сравнению с прежней и даже может породить новые разновидности способностей.
К сожалению, сам процесс закрепления чрезвычайно мучителен: сила Укуса Демона превосходит предел выносливости обычного человека, и многие ведьмы погибают именно в день совершеннолетия.
Роланд долго молчал после её рассказа и лишь тихо спросил: «В древних книгах сказано, что только на Священной Горе ведьмы обретают вечный покой и больше не подвергаются мучениям Укуса Демона. Это правда?»
«Никто не знает, потому что Священная Гора существует лишь в преданиях. Однако если отвести их в лагерь Ассоциации Сотрудничества Ведьм, шансы на выживание будут значительно выше. Если ведьме не приходится прятаться и она может жить свободно, сила Укуса Демона ослабевает по сравнению с обычным состоянием.»
У Роланда помутнело в голове. Его план не мог обойтись без помощи Анны и Наннавы, но заставлять их подвергать себя смертельной опасности ради его замысла — он не мог на это решиться. Наконец, безвольно произнёс он: «Анна сейчас внизу. Я пойду и позову её. Если она согласится — уводи её. Что касается Наннавы, я смогу увидеть её только завтра.»
«Благодарю вас за понимание. Я не ошиблась в вас», — Найтингейл встала и поклонилась.
Анна ещё не спала. Когда Роланд пришёл за ней, она склонилась над столом, что-то переписывая. Увидев Роланда, она слегка удивилась. Услышав, что нужно идти в комнату принца, Анна не задала ни одного вопроса и послушно пошла за ним наверх.
Когда, войдя в комнату, девушка обнаружила там ещё одного человека, она заметно вздрогнула. Роланд взял её за руку и коротко представил, после чего все трое расселись вокруг круглого стола. Найтингейл повторила всё, что говорила прежде: «…в лагере есть ещё много таких, как ты. Все они — твои подруги.»
«Примерно так обстоят дела, мисс Анна. Хотя между нами и заключён договор найма, в ситуации, когда жизнь может оказаться под угрозой, я обязан уважать твоё решение. Если ты согласна—»
«Я не уйду.»
Роланд опешил: «Ты что—»
«Я сказала — я не уйду», — Анна быстро оборвала Роланда. — «Я хочу остаться здесь.»
«Анна, я не обманываю тебя», — Найтингейл нахмурилась. — «Я чувствую кипящую в тебе магическую силу — она уже почти зрелая. Через два месяца наступят месяцы демонов, и это будет день твоего совершеннолетия. Чем раньше ты попадёшь в лагерь, тем безопаснее тебе будет.»