«Какой метод?»
На той стороне повисла пауза, и лишь спустя несколько мгновений голос продолжил: «Если принятие восприятия дьявола сопряжено с риском для человека, достаточно превратить дьявола в человека.»
«Вы имеете в виду — перенос души?» Роланд мгновенно уловил суть.
«Вы упоминали, что в мире снов обитают дьяволы, — а значит, наследница Звездопада когда-то использовала способность, подобную извлечению души, по отношению к дьяволу. Это по крайней мере доказывает, что и они подвержены воздействию душевных приборов,» — пояснила Зои. — «Достаточно затем перенести старшего дьявола в тело рыцаря воздаяния — и все риски восприятия полностью лягут на этого воина.»
«Понятно,» — Роланд кивнул. Использовать тело рыцаря воздаяния в качестве носителя — это всё равно что заставить дьявола адаптироваться к человеческому телу, а вся информация, поступающая связующему в результате этой связи, будет уже привычной. В столкновении разумов, когда противник находится в хаосе, куда проще одержать верх. Это действительно неплохая идея. — «Но вы потеряете ещё один сосуд для переноса.»
После падения Церкви тела рыцарей воздаяния таяли — каждый утраченный нечем было заменить.
«Мы предпочитаем навеки погрузиться в ваш сон, чем пребывать в бесчувственной ледяной клетке… так что это не так уж плохо.»
«К-хе-хе...» — Роланд едва не захлебнулся чаем. Хотя он прекрасно понимал, что перед ним женщина, услышать, как глубокий мужской голос произносит подобные слова, было слишком уж… поразительно.
«Я пошутила,» — и Зои, что бывало с ней нечасто, позволила себе лёгкий смешок. — «На самом деле в нашем хранилище есть несколько дефектных экземпляров, которые идеально подойдут для данного переноса. К тому же, по сравнению с возможной выгодой, одно тело не стоит и упоминания.»
«Дефектных?» — Роланд прочистил горло и спросил.
«Добираться от Гермеса до нашего прежнего убежища приходилось через Непроходимый горный массив — а это была нелёгкая дорога, особенно во время месяцев демонов. Некоторые рыцари воздаяния даже добирались ползком — потому что ноги им отгрызли демонические звери. Такие тела, разумеется, не могли служить в качестве боевых. Изначально мы планировали превратить их в сосуды для бессмертия и предоставить знать, желающей жить вечно.»
Роланд мысленно поморщился. Неужели подобная жизнь может считаться наслаждением?
«Но даже если это дефектный экземпляр, он всё же обладает способностью, подобной Божественному камню воздаяния, верно? А вдруг во время установления связи он её активирует — не возникнут ли проблемы?»
«Будьте спокойны, — ответила Зои. — Даже нам, чтобы ознакомиться с непривычным телом, нужны десятилетия. А активация области воздаяния требует ещё больше времени — многие не могут освоить эту способность вплоть до второй передачи. Даже если дьявол обладает невообразимыми талантами в этой области, вряд ли он сможет освоить это за время допроса.»
Агата добавила: «Скажем так, даже если резонанс будет прерван, причинённая боль будет лишь временной — Сильви уже лично убедилась в этом во время разведки.»
«Кстати, вы обсуждали это с госпожой Камиллой?» — Роланд внезапно вспомнил об одной важной детали.
«Обсуждали. Первоначально она была против — это ведь дело беспрецедентное, и ни одна ведьма не может с полной уверенностью сказать, что взятие на себя роли допросчика не сопряжено с риском. Но Зои её убедила.»
«Да?..» — Роланд усомнился. Зои отнюдь не славилась красноречием.
«Всё очень просто, Ваше Величество, — продолжила Зои. — Я лишь сообщила ей, что тот, кто установит духовную связь с дьяволом, — не кто иной, как я сама.»
Роланда тоже несколько удивило это заявление.
«Я и ведьма-Исключение, и первая ведьма воздаяния, пробуждённая в этом мире, — в таком положении я могу действовать куда увереннее большинства,» — невозмутимо сказала она. — «Но главное в том, что я — автор этого предложения, и мне естественно нести все риски на себе.»
Вот, вероятно, и причина, почему древние ведьмы, несмотря на свой высокомерный нрав, всё же не раздражают, — подумал Роланд. В борьбе с дьяволами именно они оказывались теми, кто первым кричал: «За мной!» Уже за одно это они превосходили многих.