Ло Цзя кивнула, отнеся Мэгги к числу выдающихся членов Союза ведьм, и в её сознании тут же отчётливо встал образ уродливого, свирепого, но невероятно могучего зверя.
— А что насчёт Божественного камня воздаяния?
Она знала, что как только противник начнёт использовать камень, её способность будет крайне ограничена, и полноценное превращение станет практически невозможным. С обычными пустынными воинами ещё можно было бы справиться, но против такой Ведьмы-Исключения, как Пепел, шансов на победу практически не было. Тем более что противник мог носить камень по собственной воле — и тогда какая угодно способность теряла перед ним всякое значение. Таким образом, Пепел, должно быть, представляла собой пик боевой мощи Города Беззимья.
Однако та не ответила сразу — лишь помолчав немного, произнесла: — Представь себе женщину, чья сила и скорость ничуть не уступают таковым у Ведьмы-Исключения. Она обладает практически бесконечной продолжительностью жизни, никакие раны не влияют на её боеспособность, а даже получив смертельное ранение, она способна полностью восстановиться. Как думаешь, насколько сильной была бы такая женщина?
Ло Цзя невольно вдохнула воздух сквозь зубы.
Будучи бойцом, прошедшим через множество поединков, она прекрасно знала, как важны боевые навыки и опыт.
В сакральных поединках самыми опасными противниками были не юноши десяти-двадцати лет, а воины около тридцати — костяк племени. Обычно они занимали должности наставников и главных судей в клане, передавая свой опыт и тактику молодому поколению. По силе они не уступали молодым, а осмысление смертельных сражений делало каждого из них весьма опасным противником. Однако к сорока годам тело начинало замедляться из-за возраста, а накопившиеся за долгие годы глубокие раны постепенно давали о себе знать — хотя мастерство становилось ещё более отточенным, прежней свободы движений уже не было.
Уже сама по себе неуязвимость к боли была чем-то завидным, и именно наличие в Городе Беззимья ведьмы, способной исцелить любую рану, побудило её отправиться туда для дальнейшего совершенствования своего мастерства — не говоря уже о бесконечной продолжительности жизни.
Это уже выходило за рамки личных талантов и воли — если бы действительно существовала такая женщина, какую описывала Пепел, то при достаточном количестве времени она неизбежно стала бы самым выдающимся бойцом. Такой противник внушал страх… нет, вызывал волнение.
— В Городе Беззимье есть такой человек? — нетерпеливо спросила Ло Цзя.
— Одна ведьма по имени Филлис, — ответила Пепел. — Я никогда официально не соревновалась с ней, но...
— Но что?
— Однажды, когда я тренировалась с мечом в замковом саду, она как раз проходила мимо и дала мне два совета. Я потренировалась по её указаниям и обнаружила, что мои движения действительно стали более плавными, — неторопливо произнесла Ведьма-Исключение. — К несчастью, вскоре после этого я села на корабль и покинула Город Беззимья, так и не успев обсудить с ней что-либо ещё.
— Просто взглянув со стороны? — хвост Ло Цзя зашевелился ещё быстрее. Даже самый опытный наставник нуждался в прямом столкновении, чтобы точно указать ученику на его слабости — именно поэтому большие кланы строили специальные тренировочные площадки. Чем меньше была разница в мастерстве между противниками, тем сложнее давались наставления. Пепел, несомненно, была могучим бойцом, но суметь обнаружить недостатки одним лишь взглядом? Настоящий боец, преодолевший возрастные рамки!
Значит, Филлис и есть самый сильный человек в Городе Беззимья — ведь когда выходишь на настоящий бой, нельзя рассчитывать на то, что противник не станет носить Божественный камень воздаяния.
А Пепел, на которую камень тоже не действовал, была вторым по силе бойцом. Бесконечная жизнь могла быть сочтена даром трёх богов — такого не могла бы добиться даже сила воли. Для волчьей девочки эта могущественная, подобная горе фигура уже стала целью, за которой стоит следовать.
А что насчёт неё самой?
Ло Цзя ещё нетерпеливее ждала этого западного похода.
Однако Пепел не закончила эту тему — собеседница словно прочитала её мысли, и на лице снова появилась та самая странная улыбка. Ведьма-Исключение похлопала её по плечу и тихо произнесла: — Кстати, забыла сказать — ведьм вроде Филлис в Городе Беззимье ещё больше сотни.
— А?!
Выражение лица Третьей принцессы Дикого Пламени мгновенно застыло — о-один, более ста? Когда чудеса Трёх Богов стали такими будничными?
— Не сдавайся, — Пепел растянула уголки губ. — Впереди ещё целая жизнь, людей для поединков тебе точно хватит.
……
Помимо Ведьм-Исключений, Ло Цзя время от времени сталкивалась с ещё одной золотолосой женщиной — знатной дамой, связанной самыми тесными узами с Королём Грэйкасла, когда-то продемонстрировавшей губительную мощь одного-единственного выстрела на Пламенной Эстраде. Звали её Андреа. Несмотря на то что Ло Цзя так и не вышла с ней на поединок, оценка Пепла оказалась более чем справедливой. В присутствии этой женщины волчица всегда ощущала едва уловимую дистанцию, словно они жили в разных мирах.
Будь то разговоры в обществе других или одинокие моменты у края опускающейся бухты, когда она устремляла взгляд вдаль на море — во всех её движениях угадывалась неописуемая элегантность, и Ло Цзя впервые ощутила разницу между собой и ею во всём, что выходило за рамки боевого мастерства.
Приняв настроение «а вдруг получится», Третья принцесса дождалась момента, когда рядом не было ни души, и поздоровалась с Андреей. Та ответила весьма сдержанно — совсем не так тепло, как Дзора Серебряной Луны.
Однако когда Ло Цзя задала ей тот самый вопрос, на который Пепел ранее не смогла ответить, выражение лица Андреи мгновенно ожило.
— Этот вопрос... спрашивать Пепел — всё равно что спрашивать стены. Она с трудом считает до ста, а в голове у неё одни мускулы — неужели она разберётся в управлении городом? — Андреа заговорила с размахом. — Политика Его Величества Роланда куда сложнее — мне пришлось долго ломать голову, прежде чем я хоть немного в этом разобралась. — Она помедлила. — Но ты правда хочешь послушать? Это куда труднее понять, чем просто драться.
— Да, — Ло Цзя серьёзно кивнула. — Отец говорил, что во всём мире существуют общие законы, и знания в других областях способны приумножить боевое мастерство.
— Ничего подобного... — Андреа закатила глаза и тихо вздохнула. — Ладно, расскажу тебе. Допустим, как ты и говоришь, золотые драконы тратятся на закупку чёрной воды. Город Беззимья израсходует часть своего богатства и в итоге получит нужные товары. Верно?
— Всякая торговля сводится к этому, — подтвердила Ло Цзя.
— Тогда через двадцать лет, если всё пойдёт по плану, Ваше Величество за вычетом крупной суммы золотых драконов не потеряет ровным счётом ничего.
— П-потеряет? — она замерла на мгновение. — Почему вы так говорите? Ведь при нынешнем подходе расходы куда больше, разве нет?
— Конечно, нет, — Андреа подобрала волосы, присела на корточки и начала чертить палкой на земле. — Сейчас переселившиеся на юг песчаные жители стали частью Грэйкасла, и утечка богатства превратилась во внутренний оборот. Все необходимые вам материалы поступают из Города Беззимья, а всё производимое вами богатство возвращается к Вашему Величеству. С каждым годом объём этого оборота будет расти, и через двадцать лет достигнет поразительной суммы. А цена — лишь начальные инвестиции. Причём даже эти деньги не были потеряны, а продолжают циркулировать между городами.