Это… Как такое возможно?
Номер семьдесят шесть лишь ощутила, как внутри что-то громыхнуло, — и замерла на месте.
Разноцветный магический камень мог улавливать колебания магической силы лишь в определённом радиусе — теоретически, на расстоянии более ста шагов оранжевое свечение уже не поддавалось наблюдению. Она и не собиралась что-либо разглядывать с такой дистанции; просто подняла кольцо перед собой по наитию, но… Почему это произошло?
Сделав два глубоких вдоха, она моргнула и снова поднесла кольцо к глазам.
Столб света никуда не исчез — то, что она видела, было не галлюцинацией, а совершенно реальной, осязаемой картиной.
Невыразимое волнение хлынуло в голову, и она едва могла сдержаться —
«Паша, какой человек достоин называться Избранным?»
«Видишь край кольца? Если столб света способен заполнить всё поле зрения, значит, она и есть тот Избранный, которого мы ищем.»
«Это же невероятно — даже лорд Элинна могла занять лишь большую часть поля зрения!»
«Так что потенциал этой девушки должен превосходить Трёх Председательниц Федерации ведьм. Я знаю, что это крайне сложно, но у нас нет другого пути — помни, ключ не определяет размер магической силы и не равен боевому мастерству, поэтому не пропусти ни одну ведьму.»
Край? Заполнить всё поле зрения?
Нет… Паша, чудо, которое я вижу, далеко превосходит всё это. Номер семьдесят шесть сглотнула. Даже поднеся кольцо вплотную к глазам, она всё равно не могла вместить весь столб света в магический камень. Его ширина превосходила границы поля зрения — пришлось бы смещать кольцо в сторону, чтобы хоть как-то разглядеть полный облик этой колоссальной стены света.
Наконец-то боги обратили свой взгляд на смертных с улыбкой.
Лорд Натайя, вы были правы.
Я нашла Избранного.
*******************
Когда Роланд, зевая, вошёл в ванную, он застал Джеро, склонившуюся над раковиной и умывающуюся.
— Хмм… А где зубная паста?
— Вот. — Девочка чуть отодвинулась в сторону и протянула ему едва не закончившийся тюбик зубной пасты.
— Спасибо. — Роланд набрал стакан чистой воды и засунул смоченную зубную щетку в рот. Глядя в зеркало, где высокий и низкий толпились перед узкой раковиной и синхронно водили локтями, он вдруг ощутил, что этот сон наполнен комичностью.
Джеро выплюнула пену изо рта и бросила на него взгляд: — А чего это ты тихонько хихикаешь?
— Ты низенькая, вот и смеюсь. — Роланд промычал носом.
Потом его пнули по голени.
— Побреись хорошенько, а то выглядишь стариком, — она взялась за свои белые волосы и стала собирать хвост, — Сегодня не позорь меня.
— Да это же просто родительское собрание! — Он вздохнул и прополоскал щетку. — Я ведь не твой настоящий родитель, а лишь замещающий. Не надо так формально.
А если хочется серьёзности — из шкафа не вытащишь ничего путного. Там одни развалы с рынка. Если уж удастся выглядеть бодро — и то хорошо.
— А вообще, мне кажется, тебе лучше с распущенными волосами, — Роланд чмокнул губами. — Даже если собирать — двойной хвост лучше подойдёт.
— Не твоё дело!
И его вытолкали из ванной.
Похоже, после лета характер у малой становится всё хуже… Неужели он слишком её балует?
С тех пор как он неоднократно входил и выходил из сновидения, Роланд овладел мастерством входа в сон. Иными словами, когда он не хочет попадать в мир сновидений, этот странный сон просто не появляется. Правда, и других снов он больше не видит — просто спит до утра.