Когда Роланд заснул, Найтингейл растворилась в тумане и беззвучно покинула замок.
Её целью был Дипломатический корпус.
Земля, окутанная ночным мраком, в Туманном мире приобретала чёткий чёрно-белый оттенок, и, используя искажённые контуры предметов, она перепрыгивала на несколько метров за раз — всего за несколько прыжков преодолев ограду сада.
Роланд называл этот способ перемещения «вспышкой» и утверждал, что это божественная техника без времени восстановления. Найтингейл сразу полюбила это название: движешься — как молния, замираешь — как тень, появляешься и исчезаешь — не уловишь, не отразишь. Вот что такое «вспышка».
Правда, вторая половина определения — «время восстановления» — осталась для неё загадкой.
Впрочем, это была старая привычка Вашего Величества: рядом с ним находишься достаточно долго — и постоянно сталкиваешься с какими-то непонятными словами.
Выйдя за пределы замковой территории, Найтингейл, вместо того чтобы спуститься по обычной дороге, высоко подпрыгнула на краю склона, ступая по линиям, появляющимся в воздухе, и за несколько прыжков приземлилась прямо на крышу Дипломатического корпуса.
Здание располагалось между замковой зоной и жилым кварталом, было четыре этажа высотой — ровно с тем невысоким возвышением, на котором стоял замок — и являлось вторым бетонным строением после Дома ведьм.
Изначально здание строилось для содержания под стражей наиболее важных пленников — например, жена и дочь Герцога Райана были заключены в подвале. Правда, несмотря на статус узников, условия нового содержания были куда лучше прежних темниц, а ежедневные прогулки на свежем воздухе — по мнению Найтингейл, для этой знать это было слишком мягко.
Вероятно, Ваше Величество счёл, что у него не столько врагов, которых нужно держать под домашним арестом, и верхняя часть здания стала первым приютом для почётных гостей, прибывавших в Город Беззимья: здесь на какое-то время останавливались алхимики из Королевского города, мудрецы Астрологического общества и морские торговцы из Фьордов.
Поскольку комнаты Дипломатического корпуса большую часть времени пустовали, а до общей отопительной системы квартала было далеко, здесь провели только водопровод. А из-за того, что жильцы отличались разнообразным статусом, Ваше Величество выделил сюда личную стражу — одновременно как знак уважения к гостям и как средство наблюдения.
Найтингейл, разумеется, не стала пользоваться лестницей и тревожить стражу — она просто прошла сквозь потолок верхнего этажа и оказалась в спальне ведьм из Вольфсхарта.
Допрос, проведённый днём, не выявил ничего подозрительного: магические вихри всех четырёх ведьм были стабильны, объём магической силы ничем не выделялся — самые обычные. Что касается ответов, ложь практически отсутствовала; лишь при упоминании прошлого они становились несколько расплывчатыми. Мелкие расхождения между словами и истинными чувствами побочная способность Найтингейл уловила с проницательностью — но это было совершенно нормально: невыносимые страдания, погони и даже худшее обращение, пережитые по пути, становятся тенями в душе ведьмы, о которых не хочется говорить. Желание скрыть — реакция обычного человека.
Если бы в Город Беззимья пришли только эти четыре ведьмы, то, вероятно, у неё стало бы на четырёх сестёр больше.
Но по-настоящему заинтересовал Найтингейл кто-то совсем другой — та простая женщина, которую называли Номером семьдесят шесть.
На ней не было ни малейшего свечения магической силы, поведение ничем не отличалось от обычного человека, и всё же Найтингейл чувствовала — что-то было не так. Лишь позже, осмысливая произошедшее, она поняла, что насторожило её — это были абсолютно открытые ответы Номера семьдесят шесть.
Найтингейл видела множество людей, которые лишь перед лицом смерти вываливали из себя всё, что знали, — как из корзины сыплются бобы. А бывшая служанка подпольной торговой гильдии, которая без какого-либо давления открыто призналась во всём незнакомцу, — такое встречается крайне редко.
Однако одного этого факта было недостаточно, чтобы заподозрить что-то необычное в её личности.
Ведь Номер семьдесят шесть не лгал.
Отсутствие лжи означало: всё, что она рассказала о своём прошлом и происхождении, соответствует действительности. Более того, слова Йоко, Эми и Энни подтверждали друг друга: она действительно была проводником на выставке «Чёрных денег» и была куплена Йоко из-за вовлечения в историю с аукционом ведьм.
Поэтому Найтингейл решила навестить Дипломатический корпус ночью и понаблюдать за действиями Номера семьдесят шесть в тумане.
Если на самом деле она задумывала что-то недоброе, именно сейчас — в такие моменты — проще всего выдать себя.
Найтингейл одна за другой пронизывала спальни и быстро отыскала нужную комнату.
Остальные ведьмы уже погрузились в сон, но в комнате Номера семьдесят шесть ещё горел свет: та сидела на краю кровати и, при свете свечи, рассматривала кольцо в руках — в её глазах читались восторг и упоение.