Выслушав описание Изабеллой поля битвы душ, Найтингейл почувствовала, как сердце у неё упало. — Ты хочешь сказать, ты тоже не знаешь, как разбудить Его Величество из беспамятства?
Та покачала головой. — Подобного результата не бывало раньше, и я действительно не могу ничего поделать… Однако, когда Джеро поглощала Гарсию, на какое-то время она впала в забытьё. Тогда она объяснила, что в воспоминаниях противницы нашла кое-что интересное, и потому пришлось потратить немало времени. А жизнь Джеро была сложнее, чем у кого бы то ни было. Я полагаю, Роланду, чтобы принять эту часть воспоминаний, понадобится ещё больше времени. Но раз он жив — он должен прийти в себя сам собой.
Найтингейл не могла судить, насколько достоверна эта информация. Она могла лишь убедиться в том, что Изабелла не лжёт — по крайней мере, эти догадки для Чистой были искренними.
Но она понимала и то, что ситуация вовсе не так хороша, как хотелось бы.
Двести с лишним лет воспоминаний о службе Церкви — и двадцать лет принца при дворе Его Величества. Какие из них возьмут верх? Не потеряется ли Роланд навсегда в этих запутанных воспоминаниях, так и не проснувшись?
А если даже он примет все воспоминания Джеро и всё-таки очнётся — станет ли он всё ещё тем самым Роландом Уимблдоном, четвёртым принцем Грэйкасла… и тем, кого она когда-то так восхищалась?
Поток мыслей едва не вырвался из-под контроля.
Теперь она поняла, почему Венди настояла на том, чтобы Агата пошла вместе с ней.
— Давай поговорим о Церкви, — после минутного молчания заговорила Агата. — Что ты знаешь о предшественнице Церкви — Федерации ведьм?
— Почти всё, что знала Джеро, — ответила Изабелла с готовностью. — Вы всё ещё сомневаетесь в том, что написано в письмах? С тех пор как Джеро заняла место Папы, все Чистые, одобренные Тайным Священным Дворцом, получили доступ в библиотеку, где хранится замалчивавшаяся четыреста лет история. А записи о ведьминской империи и дьяволах в письмах — всё правда.
— Если бы мы опирались только на те скупые сведения из писем, для нас в этом не было бы никакой цены, — Агата слегка улыбнулась. — Ведьминская империя для вас — история. А для меня — часть жизни. Я сама была ведьмой из Федерации ведьм.
На этот раз Изабелла была поражена. — Ты… что сказала?
— Я из Такилы, Святого города. Была свидетельницей его падения четыреста с лишним лет назад. Дьяволы — не диковинка. Они до сих пор занимают большую часть Земель Рассвета. Лагерь дьяволов есть и к западу от Грэйкасла — в Таинственном лесу и у истока Красноводной реки. Роланд уже сражался с ними.
Чистая замерла на месте, долгое время не в силах вымолвить ни слова.
— Война с дьяволами — вопрос времени, и мы все это знаем. Битва Божественной Воли близка. Если бы Церковь не давила на нас шаг за шагом, Роланд не стал бы устраивать решающее сражение именно сейчас, чтобы устранить угрозу со спины. — Агата помолчала. — Мне хотелось бы узнать, каким образом Федерация ведьм превратилась в Церковь.
— Это… — прошло немало времени, прежде чем Изабелла пришла в себя. — В летописях сказано, что во время бегства внутри Федерации вспыхнула гражданская война. Она произошла на северо-западном склоне Непроходимого горного массива. Причины подробно не описаны, известно лишь, что Федерация раскололась на два лагеря. Одним руководили ведьмы Такилы, ушедшие в лабиринты подземных руин гор. Вторые — ведьмы Города Падающей Звезды, — они последовали замыслу Госпожи Акалис и двинулись дальше на север, обосновавшись на Плато Гермеса. Так и появилась нынешняя Церковь.
— Гражданская война на пути бегства? — Агата нахмурилась. — Это же самоубийство.
— Летописцы были того же мнения. Федерация понесла в этой войне колоссальные потери — потеряла двух Сверхсуществ и полностью утратила связь с отрядами простых переселенцев. Когда северная группа добралась до цели, миряне уже наполовину разбежались. — Изабелла вздохнула. — А что касается Войны Веры, она была лишь предлогом для охоты на ведьм, не принадлежавших Городу Падающей Звезды. Только так Церковь могла навсегда похоронить своё прошлое.
— Похоронить прошлое — чтобы без помех охотиться на ведьм и создавать лишённых разума Судей? — холодно произнесла Найтингейл. — Все вы сошли с ума.
— Если бы не эта гражданская война, четыре королевства с самого начала не вышли бы из-под контроля Федерации, а Армия Судей была бы куда многочисленнее, — Изабелла говорила спокойно. — Разумеется, теперь, когда Роланд Уимблдон нашёл лучший способ, Святому городу Гермеса более нет причины существовать.
— Тебе, видимо, Церковь совсем не жаль, — язвительно заметила Найтингейл.
— Лишь бы дьяволы были повержены, мне безразлично, кто управляет материком. В этом и заключался замысел Федерации. — Она закрыла глаза. — Хотя Джеро была безумна, в борьбе с дьяволами её убеждённость была твёрже, чем у большинства. Именно поэтому я согласилась помочь ей однажды.
Услышав это, Найтингейл не выдержала и вытащила кинжал.