Ликование продлилось лишь малое мгновение, и позиции вновь заполнились суетой.
Лечение раненых, подсчёт результатов, продвижение железной дороги, зачистка поля боя… Всё это было делом неотложным.
Штаб прекрасно понимал: победа в этом грандиозном сражении не означала конца операции «Факел». Судя по оставшимся силам дьяволов, повторная атака такой масштабности им была не по зубам, а взятие Такилы, по сути, уже было решённым делом. Но до окончательного завершения никто не смел расслабляться. Тем более что Убийца дьяволов по-прежнему был жив, и пока эта угроза не была ликвидирована окончательно, говорить о безупречном выполнении задачи не приходилось.
Людям было чем порадоваться, однако торжествовать следовало лишь тогда, когда знамя Грэйкасла будет водружено на высочайшую точку руин, а войска благополучно вернутся в Город Беззимья.
После недолгого обсуждения руководство единого фронта пришло к общему мнению: за вычетом дьяволов, уничтоженных в этом сражении, число врагов в руинах Святого города, по всей видимости, не превышало пятисот. Чисто в числовом соотношении это означало, что противник более не был способен оказать Первой армии хоть сколь-нибудь серьёзное сопротивление.
Если раньше войска медленно продвигались вперёд, то теперь на первый план выходило другое — не допустить побега Убийцы дьяволов. Строительство десятой башенной позиции можно было замедлить, чтобы слишком рано не отнять у противника волю к сопротивлению. Одновременно следовало поскорее развернуть засады: даже без разведки Сильви позиции Первой армии теперь вряд ли могли быть захвачены врасплох.
Чтобы не затягивать дело, после одних суток передышки Первая армия вновь обрушила на дьяволов артиллерийский огонь, только на этот раз она стала наступающей стороной.
Встретив свистящие снаряды, враг мог лишь пятиться шаг за шагом, бросая траншеи одну за другой и отступая целиком в руины Такилы.
На протяжении всей операции единственной угрозой для оборонительной линии по-прежнему оставался Убийца дьяволов, однако будучи объектом пристального наблюдения, он с трудом мог даже приблизиться к позициям, не говоря уже о том, чтобы остановить наступление Первой армии.
С каждой безуспешной попыткой он появлялся всё реже.
На четвёртый день после великого сражения рельсы наконец были проложены на десятикилометровую огневую позицию.
Развернув артиллерийские батареи, Железный Топор пригласил более ста человек — Агату, Филлис и других — к выстроенным в линию крепостным орудиям.
Поскольку численность орудий была явно недостаточной, командир артиллерийского батальона Вэнер специально заготовил дюжину шёлковых верёвок и привязал их к фитилям. Так девушки могли «одновременно» дать первый залп по городу Такила.
Рождённые в Такиле, прошедшие пробуждение… мстители, очищающие Такилу… и строители нового Святого города в будущем — каждая ведьма Божественной кары осознавала, что этот миг войдёт в историю. Переживут они Битву Божественной Воли или нет, но этот день будет навечно запечатлён в летописях.
— Мне нужно извиниться перед вами, — Филлис сжала верёвку и тихо обратилась к Агате. — Четыреста лет назад я за спиной посмеивалась над вашим обычаем привлекать к делу смертных, утверждая, что доверять им важные задачи — верный способ запутать всё окончательно.
— тогда действительно многие так говорили, — ледяная ведьма улыбнулась. — А теперь?
— А теперь… — уголки губ Филлис изогнулись вверх. — сражаться бок о бок с смертными — дело не такое уж скверное.
— Готовиться! — В этот момент Вэнер поднял флажок. — Огонь!
Все одновременно рванули фитиль, и над позициями тут же раскатился громоподобный рёв — более десятка снарядов взметнулись ввысь, пронеслись над равниной и, обгоняя друг друга, обрушились на руины Святого города.
Мощные ударные волны с каждым взрывом разлетались во все стороны, прочёсывая остатки древнего города, простоявшего с давних времён. Вместе с каменными обломками и потоками горячего воздуха разрывалось всё, что ещё пряталось среди руин, — дьяволы.
……
— Началось, — тихо произнесла Сильви.
— Угу, — рассеянно откликнулась Андрея. Даже не видя, что происходит в Такиле, по приглушённым раскатам взрывов можно было кое-что понять — та дрожь была совершенно иной, нежели грохот пушечного залпа: даже на расстоянии семи-восьми километров ощущалась мощь, заложенная в каждом из них.
Трудно было представить, что творилось в душе у дьяволов, которых крепостные орудия методично громили на протяжении целой ночи.
— Сегодня уже пятый день? — буркнула Мэгги. — Убийца дьяволов придет сегодня?
— Кто его знает, — пожала плечами Пепел.
— Так хочется вернуться в Беззимье и съесть горячий шабу с жареными пельменями…