В Королевстве Левиос насчитывается более двухсот дворянских домов.
Это почти в два раза больше, чем в Империи Джинкаен.
Судя по карте, между владениями королевства и империи нет такой большой разницы в площади. Тем не менее, в количестве дворянских домов существует очевидная разница.
Владения имперских дворян часто бывают шире, чем у королевских дворян.
Это хорошо видно, если оценить владения Сильопеа по трехступенчатой относительной шкале А, В, С. С точки зрения королевского дворянина это оценка А, но с точки зрения имперского дворянина — категория В. Столько много мелких дворянских домов в королевстве.
Западная часть континента, ныне являющаяся имперскими владениями, была землей жесточайших битв, где хаос разгорелся сильнее всего, и пламя греха обжигало небо. Эпоха, когда бесчисленные дворянские дома обратились в пепел. Но также факт, что многие амбициозные дворяне возвысились, наехав на восходящий поток, возникший там. Император Джинкаен, конечно же, а также Дома Корденц и Шпиазейк — можно назвать их яркими представителями.
В западной части континента, ставшей кипящим тиглем, процесс объединения и упразднения дворянских владений легко ускорялся. Конечно, были те, кто рано нашел сильного покровителя и попросил защиты, те, кто в начале хаоса шел на все риски, но к середине рухнул с обмаху, и те, кто просто выжил благодаря удаче... так что имперские дворяне, владеющие лишь мелкими владениями, и сейчас встречаются.
С другой стороны, на востоке континента также бушевала огненная буря хаоса, но количество дворянских домов, совершивших скачок, не так велико.
«Священнические роды связаны вертикально, а коренные — горизонтально». Это мнение, высказанное историком, проанализировавшим эпоху войн и возвышение дворянских домов, в своей работе.
До хаоса священнические дворяне, имевшие те или иные связи в центре, нередко брали в жены дочерей священнических родов из Святого города или заводили родственные связи с дворянами других регионов по рекомендации высокопоставленных священников, ставших их начальниками. То есть они склонялись к оценке вертикальных связей «священник и дворянин».
В сравнении с ними коренные дворяне, происходившие от местных правителей, ценили родственные, соседские и региональные связи, то есть горизонтальные отношения «дворянин и дворянин». Говорят, среди них могли быть амбициозные дворяне, восхищавшиеся Святым городом — культурным центром континента, но их было не так много.
И на востоке континента было много коренных дворянских домов.
Они тоже в эпоху хаоса были вынуждены воевать по указанию своих начальников-священников, но не с такой решительностью, как дворяне на западе. Противники в битве — это соседи, с которыми они дружили на базуне, местные дворяне. Они могли конфликтовать из-за интересов, объединяться для сохранения своих домов, объединять усилия в битвах со зрелыми магическими зверями — они были как товарищи по оружию, которых нельзя просто назвать врагами или союзниками. Не захочется убивать друг друга только потому, что так приказали.
В результате, думаю, неизбежно сложилось формальное участие в войне, когда они, глядя на выражение лиц священников, лишь для видимости легкомысленно барабанили друг по другу.
... Если подумать об этом, дом Левиос, который начал действовать на ранней стадии хаоса и сильно расширился, — довольно инородческое существо. Дух захватчика проступает наг
Тот факт, что среди королевских аристократов много дворянских домов среднего и малого масштаба, является вполне естественным.
Тем не менее.
Неужели не интересно, что, несмотря на разницу в форме, Империя Джинкаен с её вертикальной иерархией во главе с императором и Королевство Левиос с горизонтальной системой, где аристократы номинально равны, каждая устраилась в режиме, похожем на довоенный?
...— так, словно бегая от реальности, думал я, глядя на огромное количество главных предков, то есть королевских аристократов, возбуждённо двигавшихся передо мной.
Голова идёт кругом.
«Вау, какое количество», — прошептал я.
Церемония открытия столичного светского сезона проводится в большом конференц-зале под названием «Круглый стол». Говорят, что это правило не меняется ни для обычных светских собраний, ни для внеочередных больших балов, как на этот раз.
Говорят, что первый король Левиос когда-то под летним голубым небом сидел за круглым столом с соседними аристократами и советовался о основании дворянской страны. Ну, на самом деле это было скорее не советованием, а просто подтверждением покорности. В любом случае, беседа аристократов за круглым столом — важный ритуал для королевства. Видимо, фасад важен.
«Хм. Я тоже впервые вижу, как все собрались в таком количестве».
На мои слова отец коротко отреагировал.
В столице каждый год в середине августа в «Круглом столе» проводится собрание. Но это собрание — просто ужин глав семей королевских аристократов, присутствие не обязательно. Поскольку королевские аристократы в основном следуют принципу «своя земля прежде всего», даже если приходит 20% от общего числа, это уже считается много.
И примерно два месяца после августовского собрания длится светский сезон королевства. К октябрю-ноябрю наступает время посева пшеницы, поэтому аристократы естественным образом исчезают из столицы.
Королевские аристократы, не посетившие собрание, в сентябре-октябре приезжают в столицу в удобное для главы семьи время, словно для создания алиби, проводят там примерно полмесяца и уезжают. Говорят, в некоторых домах уезжают уже через неделю.
Действительно, королевство невероятно свободное. Но собрание аристократов — это также мероприятие, с которым трудно обращаться.
По ценностям континента Эллуо заместить главного предка может только главный предок. То есть отправку рыцаря в качестве представителя на мероприятие, где требуется присутствие аристократа, считают крайне грубым поступком. Это близко к оскорблению: «Вас достаточно для общения с порождёнными предками».
Можно передать организатору письмо или подарок от хозяина и передать его слова, но нельзя присутствовать вместо него. Потому что это также приведёт к оскорблению других участников — главных предков.
К тому же в королевстве ценят самостоятельность и независимость аристократов. Наложить на главу семьи какие-либо обязательства — очень высокая планка. Можно сказать, что низкая посещаемость собраний — вполне естественна.
«Обычно же используют круглый стол, да?»
«Ага. Но при таком количестве людей это будет сложно».
Неизвестно, куда делось происхождение названия «Круглый стол», но сейчас в этом большом конференц-зале комплекты столов и стульев установлены на равных расстояниях, как на банкетном зале для свадьбы в Японии. Форма столов — удлиненный шестиугольник, размер примерно с одна татами, каждому аристократу выделяется один стол. То есть сейчас в этой комнате, вероятно, расставлено около 200 столов.
Большой конференц-зал достаточно широк, но всё равно невозможно подготовить круглый стол, где смогли бы сесть все королевские аристократы. Даже если выделить по 1 метру на человека, в более чем 200 аристократических домах по двое — текущий и следующий главы — всего 400 человек, простым расчётом нужен круглый стол с окружностью 400 метров. Разделив на число пи, получаем диаметр около 130 метров, такой круглый стол никак не приготовишь. Превращение в банкетный зал — неизбежное решение.
Однако тот факт, что расставленные столы сделаны в виде знака пшеницы, изображенного на флаге Королевства Левиос, показывает заботу.
На этот раз столы не круглые, но выполнены в мотиве флага Левиоса.
Флаг Левиоса выполнен в мотиве равенства аристократов.
То есть, на этот раз не используют круглый стол, но это не подрывает государственный принцип равенства аристократов... Дом Левиос, вероятно, демонстрирует такой силлогизм из трёх ступеней. У королевской семьи тоже нелегко — одни заботы.
Кстати, говорят, что при основании страны использовали огромный круглый стол, сделанный из срубленного гигантского дерева, но по мере увеличения числа королевских аристократов места перестало хватать, и сейчас он превратился в пончиковый круглый стол, сделанный из нескольких соединённых столов.
Вчера, во время осмотра королевского замка, я приукрал просить принца Дюнкеля показать мне первый круглый стол, но, к сожалению, он хранится в старом складе в подзамке, так что не получилось.
«Возможно, эпоха использования круглого стола уже прошла».
«В этом есть доля разума, но в королевстве это считается передовой мыслью».
Думаю, равенство королевских аристократов уже практически кончилось, но, похоже, лучше не говорить об этом слишком громко.
Для дома Корденц удобнее, чтобы существовал лозунг о равенстве дворян — так легче вести войны. Нет смысла специально отрицать это.
Из-за плохого самочувствия в голову лезут только глупые мысли.
«И не используй случайно магию обнаружения. Голову закружит».
«Да. Стало очень тошно...»
Раньше я неосознанно активировал магию обнаружения и мучился от невероятного недомогания.
В этот большой конференц-зал допущены только главы домов, их наследники и по одному подчинённому. Обычно каждая семья приводит в качестве сопровождающего старшего рыцаря, и дом Корденц назначил рыцаря Гатолена.
Похоже, иногда встречаются безнадежные семьи вроде дома Эвенапис, где нет наследника, но в основном присутствуют и главы, и наследники, так что простым подсчётом в этой комнате оказывается около четырёхсот главных предков. Невероятное пространство.
Хоть комната и большая, но то, что в одном помещении собралось столько главных предков, прямо скажем — ненормально.
Нечаянно выпущенная магия обнаружения уловила эту толпу, и от натиска колоссальной магии, свойственной главным предкам, заколупили глаза... головокружение. Вспышка пронзила голову, мысли на мгновение обелели. Казалось, мозг раздавило давлением информации.
Прямо скажем, очень плохо себя чувствую.
Отец смотрит на меня с легким недоумением. Если так продолжится, я буду тем глупым сыном, которого предупреждали: «Не делай? Не делай!?» — а он всё сделал. Лучше оправдаться заранее.
«Интересовалось, не прячется ли принцесса Орсиан где-нибудь. Случилось само собой».
«...Неудивительно».
Эта девочка не является главой дома Милендорва ни наследником, так что её здесь не должно быть... но почему-то кажется, будто только мне кажется, что она вот-вот появится за спиной?
Хотел подтвердить, что её нет в этой комнате. Почти бессознательно активировал магию обнаружения.
«Хорошо?»
«Да, в порядке».
Но четыреста главных предков — это слишком тошнотворно.
Даже в особняке Корденц одно лишь использование магии обнаружения вызвало сильное недомогание, так что исход был предвиден. Кажется, я испытываю довольно сильный страх перед Орсиан.
«...До приветствия короля Левиоса ещё есть время. Не выйдешь ли наружу перевести дух?»
В большой конференц-зал входят в порядке присоединения к королевству. Сначала в зале ожидают дом Левиос и аристократические семьи-основатели, затем люди дома Левиос проводят семьи, присоединившиеся после основания.
Дом Корденц присоединился к королевству примерно 20 лет назад — совсем недавно, но после этого ещё несколько мелких аристократических семей вступили. Из-за свободных интервалов между входами некоторые семьи ещё не прибыли.
«Нет, в порядке. Придут поздравлять, и будет неловко, если в моё отсутствие возникнут важные разговоры».
Из-за раздражения слова вышли язвительными. Это также был предупреждающий удар для отца, который узнал о взаимной помолвке в моё отсутствие и даже проявил заинтересованность.
Отцу я передал, что категорически против. Остаётся вопрос — насколько серьезно он решит противостоять. Надеюсь, найдётся какой-то прорыв...
Отец с горькой усмешкой смотрит на меня, но слов не говорит. Наверное, решил, что здесь это обсуждать неуместно.
Сейчас в зале круглого стола режим свободного общения.
По словам отца, по обычаю в светском обществе до начала речи короля Левиоса установлено свободное время — все бродят и беседуют. На континенте Эллуо, где нет часов, не составляют расписание на каждую минуту: какой семье когда прийти, когда приветственная речь, когда время бесед. Рыцари и чиновники дома Левиос, выполняющие роль проводников, умело считывают время и атмосферу, продвигая программу.
Но, похоже, из-за недавнего инцидента с Орсиан светская атмосфера не складывается.
Большинство просто беседует у своих мест — то есть по маленьким группам в рамках своих фракций или региональных кругов.
Хотя я сказал это как насмешку над отцом, всё равно на таком мероприятии не могло выйти ничего важного.
Приходили аристократы из фракции Корденц, здоровались с «Эй, эй~», а я отвечал «Оу» — и так по кругу. Ничего сложного.
Некоторое время я и отец принимали приветствия посетивших аристократов, переменивали пару слов и расходились — это повторялось снова и снова.
Пока это продолжалось, приветствующих аристократов становилось меньше, настроение несколько улучшилось, и появилось желание оглядеться. Для смены обстановки я посмотрел на сцену в самом конце комнаты и на столы в первом ряду перед сценой.
В первом ряду рядом с тремя домами — Левиос, Атерахан и Милендорва — сидело ещё несколько мелких аристократических родов.
Как и подобает тем, кого называют пятью великими родами, к этим трём подходило особенно много аристократов. Из-за расстояния не разглядеть ни великого герцога Милендорва и его наследника, ни маркиза Атерахана и будущую главную рода, принцессу Кармию.
Подумал усилить зрение магией, но не стал — лишний раз активировать магию на публике, вызывая подозрения, не хотелось. К тому же настроение ещё не до конца восстановилось.
— На что смотришь?
— Наблюдаю за родами из Рушны. Интересно, за каким столом кто сидит.
У родов, сидевших рядом с Левиосами, подходило мало аристократов, поэтому их было хорошо видно. Раз нечем было заняться, я устраивал себе викторину: сопоставлял места за столами с родовыми названиями из памяти.
Нельзя же всё время вращать глазами, но и выглядеть рассеянным — тоже некрасиво. Пока я играл в эту мысленную викторину, мог изображать серьёзного наследника Корденца, глядя прямо перед собой.
В любом случае, во время последующего приёма придётся с ними говорить, так что лучше заранее запомнить, чье лицо какому роду принадлежит. Их ведь немало.
К тому же остальные аристократы в зале уже начинали скучать и рассматривать гербы всех королевских родов, повешенные на стенах, так что моё поведение вполне в рамках приличия.
— Хорошо запоминаешь рассадку.
Отец тихо произнёс это и прервал наш разговор.
Роды из Рушны — это те, о ком на Западе говорят: «Рано нашли сильного босса и подчинились». Под сильным боссом здесь подразумевается дом Левиос. Естественно, их владения малы, и ни финансов, ни военной силы у них нет никакой. Однако благодаря близости к столице и статусу королевских аристократов с момента основания королевства, у них всё же есть определённый политический вес.
По порядку близости к столу Левиосов... Герцогский дом Падра, маркизский дом Бансибор, маркизский дом Мормия, маркизский дом Беркрора, герцогский дом Огуро, графский дом Ригеон... да, вроде бы. Больше не знаю.
Все роды Рушны я знаю, но по рассадке и виду определить могу только этих. Остальные почти двадцать родов не отличить, не увидев мантии с гербами.
На предстоящем приёме придётся разговаривать и с этими аристократами — владения у них крошечные, а задираются сильно, так что лучше потом повторить материал для верности.
Да и вообще, они как раз олицетворяют бессмыслицу королевских титулов. Даже если сложить владения всех шести родов, которые я определил, они в сумме не дотянут до территории Сильопеи. И удивляешься, как у них хватает наглости держать нос за ветром. Какое-то ощущение, будто в начале истории задали ранги, а по мере развития сюжета враги так инфлировались, что ранги обесценились.
Глубоко не знаю, как было при основании, но дом Атерахан, например, удивительно смирился титулом маркиза. Если судить только по площади владений, один Атерахан шире всего Рушны.
Пока я так думал, к Корденцам всё продолжали подходить аристократы.
Конечно, подавляющее большинство — из фракции Корденц. На этом балу королевские аристократы демонстрируют всем свою принадлежность.
В моём мысленном списке фракции Корденц стояли галочки, и остался всего один род, когда раздался знакомый голос.
— Маркиз Корденц, и лорд Уилк. Рад видеть вас в хорошем виде.
Это был виконт Галлиан — средневековый мужчина с лицом и фигурой, будто нарисованный злодеем на картинке. Казалось, он специально старается выглядеть как злодей.
Виконт Галлиан ухмыльнулся мне шире, чем обычно.
«Принцесса Точь, поприветствуй Уилка. Наш дом с этого момента начнёт долгие отношения с домом маркиза Корденц. Хорошо запомни его лицо».
«Да, отчим...»
Хотя встреча лиц уже состоялась в городе Караханассо, здесь приветствие несет также перформантский характер. Главное — дом Галлиан изначально занимал позицию, позволяющую прийти поздравлять гораздо раньше. Тот факт, что они пришли специально последними, имел целью привлечь внимание других домов.
Дом Галлиан присоединился к грандиозному плану восстания, придуманному домом Шпиазейк.
Изначально у дома Галлиан были финансовые трудности, и когда дело дошло до полного тупика, их спас крупный купец Галлиан Мироуд. В какой-то момент население владений резко сократилось, и дом Галлиан стоял на краю банкротства, но благодаря его таланту владения увидели возрождение. Тогда глава дома Галлиан пообещал усыновить Мироуда и сделать его временным главой, и на деле после восстановления владений родился глава Галлиан Мироуд.
Это похоже на то, как в доме Корденц после бабушки Кассии временно взял управление дедушка Гарфис. Там существовало предварительное условие передачи дома отцу Люксе в ближайшем будущем.
Галлиан Мироуд также занял пост главы при условии, что передаст его законному сыну дома Галлиан — Галлиану Дину Риччи.
Однако дипломатия Галлиана Мироуда, виконта Галлиана, была направлена в сторону дома Корденц. Для изначально склонявшегося к Атерахану главного дома Галлиан, ветвистого дома и рыцарей это было неприятным курсом.
В неприятности добавляло то, что маркиз Корденц высоко ценил виконта Галлиана. Для людей дома Галлиан это разбудило тревогу: если дом Корденц вмешается и потребует сделать ребенка Мироуда следующим главой...
Тот факт, что они участвовали в взятии Намбонана как часть объединенной армии Корденц, тоже был велик. Их тревога только росла.
В это время пришло козни от дома Шпиазейк.
Шанс устранить текущего главу Галлиан Мироуда и поставить во главу настоящую кровь дома Галлиан.
Дом Галлиан согласился. У большого дворянского дома Шпиазейк достаточно имени. Они были уверены, что контрнаступление обязательно увенчается успехом, и Мироуд будет свергнут.
Так Галлиан Дин Риччи был возведен на щит, и мятеж в такт с домом Шпиазейк был осуществлен.
Но виконт Галлиан заранее почувствовал этот план. Для виконта, имеющего сильные связи в простых кругах и командующего множеством порожденных предков, это было легким делом, по-видимому.
Виконт возглавил своих порожденных предков, которых были и его реальными детьми, бежал в владения Корденц и использовал народ, чтобы посеять тревогу внутри владений Галлиан.
После этого успех операции «Змеиный клык» разбил планы дома Шпиазейк. В итоге остался только худший результат: дом Шпиазейк, потерявший замок Райшриф и получивший большой ущерб; официальный глава дома Галлиан, бежавший в Корденц с достаточным количеством порожденных предков; и они сами, совершившие мятеж против главы — действие, наиболее избегаемое в дворянском обществе.
Будущее стороны мятежа окрашено только отчаянием.
Обстоятельств о соучастии с домом Шпиазейк достаточно, и главное — с точки зрения других домов справедливость на стороне Галлиана Мироуда. Даже если бы дом Корденц поставил во главу Галлиана Мироуда и вторгся в владения Галлиан, никакой проблемы бы не было.
И главное — даже если бы владения Галлиан были истреблены, никакой проблемы бы не было. Галлиан Мироуд — дитя благословения, с очень сильным половым влечением. Даже если уничтожить все рыцарские дома владений Галлиан, восстановление не будет так уж сложно. Уже существует множество порожденных предков, которые являются его реальными детьми. К тому же, несмотря на внешность, он пользуется огромным доверием простых людей, и легко представить, что много людей помогут восстановлению.
То есть, одним движением пальца дома Корденц дом Галлиан мог быть стерт с этого континента. Позже мог бы появиться дворянский дом Мироуд, преданный дому Корденц.
Уже оставалось защищать только кровь. Люди дома Галлиан, поднявшие мятеж, согласились на смену следующего главы в обмен на капитуляцию.
Так на пост следующего главы встал Галлиан Точь.
Ее роль не требует слов: родить ребенка Галлиана Мироуда и поставить этого ребенка главой дома Галлиан.
Паук, проникший под прикрытием временного главы, не связанного кровью, наконец увенчал успех, обвив нитью бабочку.
В Намбонане этот финал вызвал огромный ажиотаж, даже фестиваль начался — об этом пришло письмо от Анны.
Кстати, Дин Риччи закончил усыновленным в ветвистом доме.
Исполнить главного предка через переговоры довольно сложно. Нет человека, способного на такие переговоры. В глубине умов лежит мысль: «Как посланники хрупких рабских предков и порожденных предков решают владеть жизнью и смертью главного предка! Непростительно!»
Если бы условием перемирия была казнь следующего главы Дин Риччи, рыцари дома Галлиан бы возмутились и выбрали бы борьбу до конца.
Его можно было бы уничтожить, но это противоречило бы намерению дома Корденц сосредоточиться на войне с домом Шпиазейк. Именно поэтому конфликт был улажен путём понижения их до статуса ответвительной ветви.
По крайней мере, пока сила дома Корденц растёт, их возвращение в главную линию неминуемо невозможно.
Я и Дин Рич давно переписывались и, как мне кажется, наладили довольно дружеские отношения. Возможно, поэтому ко мне пришло душераздирающее письмо с просьбой как-то вмешаться в это дело, но я просто переслал всё отцу.
Я не иду на риск, и вообще — быть живым уже не так ли плохо, правда? К тому же, виконт Галлиан для дома Корденц полезнее, и со мной он разговаривать не утомительно, так что это выгодно.
Галлиан Точ улыбнулась мне и поздоровалась спокойным голосом:
— Я Галлиан Точ. Мой отчим очень заботился о нас. Я буду стараться отплатить эту милость дому Корденц, так что прошу благожелательно относиться ко мне и впредь.
Понял. «Дом Корденц», да? Намеренно выбрав такую формулировку, она, по сути, говорит: «Даже если вы отделитесь от королевства, мы безусловно пойдём за вами».
Если это слова следующего главы дома, то даже если окружение приплетёт какую-нибудь интригу, можно будет сделать вид, что ничего не знаешь. Хоть слова и застрахованные, но если кто-то прислушивался, то должен был понять: дом Галлиан полностью попал под крыло Корденц, до уровня полного подчинения.
— С виконтом Галлианом мы на дружеской ноге. И с нынешним главой, и с наследником, конечно, хотим строить хорошие отношения и впредь.
— Причем, с домом Корденц как главным.
В этот момент виконт Галлиан рассмеялся грубым, гулким смехом: «Гуф-фу-фу».
— Конечно же. Отныне хотим только углубить наше дружество.
Затем виконт естественно сменил позицию, ловко маневрируя плащом, чтобы закрыть обзор посторонним. И остро огляделся по сторонам.
Пока я недоумевал, что за дело, виконт Галлиан обратился ко мне с жирной, скользкой ухмылкой — такой, будто слышны звуки «нихи-нихи», «неча-неча» — и несколько раз сжал грудь принцессы Точ одной рукой.
Мя-мя, крепко хватая.
— Нн…! О, отчим…
— Ой-ой. Разговор затянулся немного. Лорд Уилк, если будут трудности со сувенирами из столицы — обращайтесь. Знаю хорошую торговую компанию.
Оставив только это, он ушел от места Корденц с совершенно спокойным видом, будто ничего не было. Отец, похоже, тоже видел поглаживание груди и горько ухмылялся, словно говорит: «Ну и ну… Чудик». Я тоже в шоке.
Ну вот, виконт Галлиан действительно злодейский аристократ… честно говоря, довольно восхищаюсь.
Одной только мыслью о том, как этот толстяк с открытой подбородкой и пивным животом нависает на принцессе Точ, вдавливая её в матрас, стоит у меня. Стоило.
Племянница по мужу, да ещё и принцесса аристократа, которую насилует среднегодовалый толстый простолюдин — просто невиданная зависть. То выражение стыда на лице Точ, когда её сдавили грудь, и голос, продирающийся сквозь отвращение к виконту Галлиан… было просто великолепно.
Хочу ли я лично спать с принцессой Точ — сомнительно, но если бы мог воплотиться в виконта Галлиана и спать с ней — безусловно бы хотел. А если нельзя, то хоть бы посмотреть… разрешили бы?
…Может, если попросить, покажет?
— Сувениры, да. Фанни чего-то хотела.
Отец легонько покашлянул: «Кхм». Наверное, чтобы развеять странную атмосферу, повисшую на месте.
— Да. Раз уж так вышло, хотел бы, чтобы вы представили мне.
— Хм, хорошо. Позже я сам попрошу.
Кстати, можно попросить и про торговцу рабами. Если есть эльфы вроде Евы, хочется заполучить их сейчас. Кажется, связи виконта Галлиана — самый эффективный путь.
С уходом виконта Галлиан фракция Корденц среди аристократов полностью рассеялась. Приходящих поздравить аристократов стало резко меньше. Те, кто приходит — все какие-то нейтральные, или нерешительные, неопределённые дома, которые, кажется, поздравляют и дом Зельдмитра, и дом Атерахан. Чувствуется, что все три дома относятся к ним как-то двояко.
Наверное, скоро начнётся приветственная речь от дома Левиос, — подумал я, как раздался голос.
«Давно не виделись»
Голос звучал с достойным спокойствием.
Обернувшись, я увидел девушку в красной одежде, стоящую с прислугой.
「……Дней не прошло столько, чтобы говорить о долгом разлуке»
Раз она обратилась ко мне, я ответил.
Орсиан напал три дня назад. Тогда её, таинственную девочку в красной шапочке, пришли забирать, когда Орсиан начал пищать.
Но сегодня она не была девочкой в красной шапочке.
Ткань, которую можно назвать шёлковым шалью, окрашенным в яркий багровый цвет, явно была очень дорогой. Вышивка золотой нитью была минимальной, главное — этот яркий красный. Не было нужды скрывать вышивкой — вещь излучала абсолютную уверенность в окраске. Казалось, за эту вещь можно построить замок.
Скорее всего, цель этого шалья — скрыть белое платье, надетое под ним. Эта роль выполнялась безупречно. Этот красивый багровый цвет более чем достаточно притягивал взгляды.
И благородное поведение, не уступающее этому красному… Сейчас она была полностью высокорожденной принцессой. Красива.
«Возможно. Но дни в этом королевском городе для меня ощущаются как встреча после ста-двухсот лет»
Её лицо, укоризненно улыбающееся, было прекрасно.
Глаза, хранящие чёрноту, словно ночная тьма, тревожащая смотрящего, но куда-то втягивающая. Блестящие чёрные волосы создавали взрослую атмосферу, не соответствующую возрасту девушки.
Слушая её мягкий голос, полный тепла, словно она милует меня, душа словно постепенно разогревалась.
Она поздоровалась с отцом, снова повернулась ко мне и показала светлую улыбку.
«Если не против, не поболтать ли? Только до начала собрания»
Её выражение было чистым и невинным, естественно излучало расположение ко мне.
Переполняющее любопытство, немного притязательности, искренние чувства — улыбка девушки, передававшая всё это. Если бы я расслабился, чуть не ответил: «Конечно, давайте поболтаем, давайте поболтаем в постели».
「……Хорошо ли это?»
Тогда я посмотрел на тех, кто с осторожностью следил за ней сзади. Из двух прислужников один, вероятно, был из дома Левиос. Наверное, следили, не сделает ли она странного хода.
«Да, разрешение получено»
«Довольно смиренно. И что за разговор у тебя там?»
«Нет, ничего особенного. Просто хотела немного поболтать… Ведь я не могу присутствовать на встрече»
«Решила, что стоит заранее приглядеться?»
«Ой», — она прижала руку к губам, удивлённо. Каким-то образом возникло чувство вины.
Но проблем нет. Никаких проблем в высокомерном отношении к ней нет.
К тому же, у меня не очень хорошее впечатление о ней.
Предложение, которое эта девушка принесла в дом Зельдмитру и дом Левиос, в итоге привело к совершенно лишнему взаимному помолвованию. Появление злых чувств — неизбежно.
К тому же, судя по предложению от дома Левиос, которое я слышал от отца, она кажется человеком, которому нельзя доверять. Нет, точнее сказать — опасным человеком.
И всё же почему-то…
Я отношусь к ней довольно хорошо.
Потому что она красавица? Красавицы везучи.
— Не стоит так пристально разглядывать… Я просто хотела немного поговорить.
Смотрю на девушку, у которой помрачилось лицо, и начинаешь чувствовать, будто я вот-вот совершу что-то плохое.
Но она видела, как я вступил в противостояние с Орсианом и выстоял против него. А эта девушка считает Орсиана Прародителем. И, по моим знаниям и ощущениям, это верно.
Главный Предок, способный удержать такое количество магии, чтобы соперничать с Прародителем.
Естественно, что она пытается его прощупать. Неважно, с благими или злыми намерениями.
Какой же настрой она принесла? Или её прислал Дом Левиос просто для того, чтобы подтвердить мою истинную натуру…
Нельзя отвечать странно — я сознательно напряг свой расслабившийся ум.
Уловив, что я начеку, она перевела взгляд на мои украшения. Чтобы завязать разговор, лучше всего коснуться того, что на человеке надето.
— Какое великолепное драгоценное камнецо. Это Уилк…?
В конце концов, я решил надеть камнецо от побеждённого мной магического зверя.
Как когда-то говорил отец, демонстрация камнеца — барометра силы — позволяет избежать лишних тревог.
Хм, что же ответить. Хорошо бы, чтобы выбор появился, как в симуляторе свиданий. «Не я», «Я победил», «Разреши секс» — примерно такое. Хочется сохраниться и выбрать третий вариант.
— Аа… В прошлом году он появился в Нюнери, так что я его покарал.
— Это замечательно. Достойно похвалы благородного, являющегося хранителем земли.
Слова, от которых у неё в зубах защемило, если подумать о ней, но в них звучит чистое удивление и уважение.
И на мои слова она не проявила никакой особой реакции.
Если разговор закончится здесь, то меня просто будут допрашивать односторонне. Мне тоже стоит упомянуть её украшения.
— Необычная прическа. Она уже готова?
У неё на висках — серебряная заколка, и от неё свисает несколько белых ленточек. Плохое сравнение, но похоже на мухоловку, повешенную с потолка.
Кажется, будто из чёрных волос растут шёлковые ленты. Что-то вроде ленточных расширений для волос.
— Нет, сейчас я не ношу диадему.
— Понял. Хотел бы увидеть её хоть раз… Но сейчас это слишком бы бросалось в глаза.
Взгляд девушки, виновато склонившей голову, снова скользнул к камнецу.
— Так сильно интересует?
— …Простите за бестактность. Камнеца кентралькского класса магического зверя, столь насыщенного по цвету, встречается не так уж часто, поэтому невольно заинтересовалась… Магическое зверье Нюнери — это Кариэстебе, верно? Тоже должно быть того же класса, но, по слухам, его цвет очень бледный.
Скрывая свою бестактность, она продолжает слова похвалы в мой адрес.
Это похвала мне за победу над магическим зверем, которая постепенно расширяется, переходя на Дом Корденц, а затем и на всю знать целиком.
Улыбка была невинной, но в ней чувствовалось что-то фальшивое.
Я наполовину слушал это, не внимая.
「……Не нужно скучных комплиментов. Так зачем же ты пришла, в конце концов?」
「Если я причинила вам какое-то неудобство, приношу свои извинения. Меня просто тревожило, что на днях я ушла из сада, не успев даже поздороваться……」
Она сказала это очень вежливым, и в то же время душераздирающим голосом.
Возникло чувство вины, захотелось сказать «не парься», любой японец при таких словах рефлекторно ответил бы «всё в порядке, не переживай». Звучало так, будто виноват я, и не хотелось, чтобы это слышали посторонние.
«Я слышал о тебе от отца. То, что случилось в саду на днях, не могло быть иначе. Если бы мне назвали такое длинное имя на месте, я бы тоже попал в неловкое положение».
«Мне очень приятно это слышать».
Девушка явно выдохнула с облегчением.
«Мне показалось, что у тебя есть другое дело? Даже если ты не участвуешь в встрече, будет и вечерний приём. Я думал, есть какая-то причина прийти именно сейчас».
Церемония открытия и собрание могут посещать только текущие главы и наследники королевских дворян, встреча — любые представители дворянских родов королевства независимо от статуса, а вечерний приём открыт не только для королевских дворян.
Первый король Левиос придумал вечерний приём с танцами, чтобы расширить базу королевства, и даже независимые дворяне, думающие о вступлении в королевство, могут участвовать по приглашению.
На этот раз собрались все дворяне королевства, так что в столицу приехало довольно много людей. Дом Левиос, должно быть, в восторге.
«Получается так. Я не планирую посещать и вечерний приём. Я пришла сюда только для того, чтобы лично поздороваться с королём Левиос. Я подумала, что случаев поговорить с Уилком не так уж много, и попросила уделить мне время. Так что особого разговора нет. ……Как я уже говорила, это встреча после долгого разлуки, я просто хочу построить хорошие отношения».
「……Понял, значит так».
В каком-то смысле она как птица в клетке. Дом Левиос не может дать ей полную свободу действий, и следующая встреча, возможно, состоится не на публичном мероприятии, а на закрытом совещании.
Её утверждение, что хотела просто поздороваться со мной, не лишено логики.
К тому же её поведение было дружелюбным на протяжении всего разговора, и не казалось, что она лжёт. Казалось — но……
И мы некоторое время продолжали светскую беседу.
В ней не было ни намека на оценку моей магической силы, ни вопросов, зондирующих Дом Корденц, ни уточнений по предложениям Дома Левиос — ничего политического.
Чего же она на самом деле хотела? Действительно просто поговорить со мной? Она была невероятной красавицей, так что если это так — я только рад……
……Однако, даже если бы это был частный разговор, в таком месте, под пристальными взглядами публики, задать наводящий вопрос невозможно. В итоге так и не понял.
Приветственную речь короля Левиос, вышедшего на сцену, я слушал почти невнимательно.
Мой взгляд по-настоящему уцепился за сценой только в тот момент, когда король начал представлять гостей. Оказалось, что прибыл особый участник с юга.
«На сцену».
Строгий голос короля Левиос, усиленный магией, зазвучал в зале.
Под его голос одна девушка приблизилась к сцене. Белое платье, скрытое под красной шалью, предстало перед глазами всех.
Серебряная прическа с белым шёлковым бантиком, а на голове — диадема, которой не было раньше.
Красная…… Диадема в цвете красного милосердия.
На внезапного гостя реакция окружающих дворян разделилась на два больших лагеря.
Те, кто проявил интерес и восхищение: «Кто это?»
«Неужели то церемониальное одеяние?» — те, кто увидел её вид, изумлены.
Первых, кажется, куда больше. Я же не отношусь ни к тем, ни к другим — ведь уже слышал об этом от отца.
Девушка встала перед королём Левиоса, подхватила двумя руками качающуюся юбку и сделала небольшой поклон.
О-о-о... Такое невыразимое шепотение едва слышно разнеслось.
Это был когда-то ритуал поклонения, которым дворянские женщины выражали отношения господства и служения по отношению к жрецам.
Движение, которое она при обычных обстоятельствах никогда бы не совершила.
Зесли Катреак Рукотт Кипара Зесли Карейн Рона.
Жрическое имя — Рона.
Её истинная сущность — Священная жрица Рона, глава веры в нынешнем Священном высшем соборе культа Зеса.