Искусственно созданные условия наиболее хрупки и наиболее подвержены внешним влияниям.
Сила размножения, усиленная Матью Десяти Тысяч Змей, в сочетании с жаждой пожирания порождала эффект, который далеко не сводился к простому сложению — это был ужасающий качественный скачок, и даже
Что было важнее всего — за всем этим стояла сила совсем иного правила бытия, и Лейлин не приложил ни единого усилия, что позволяло ему полностью вычистить себя из этой истории.
Даже
Какие искры высекут между собой два существа уровня Правил?
Эта мысль вызвала тень улыбки на губах Лейлина.
Ещё раз взглянув на это болото, кишащее хаосом и алчностью, Лейлин развернулся и ушёл, не оглядываясь.
Семя было посеяно; чем оно вырастет — его больше не касалось.
А на следующее утро Лейлин схватил Белинду и Софию и увеличил скорость, чтобы поскорее удалиться от лагеря.
— Что случилось, Никк? Ты что-то почувствовал?
— У меня дурное предчувствие. Будто позади нас произошло нечто серьёзное, — лицо Лейлина было серьёзным, в глазах читалась тревога.
— Да…
Белинда ещё не до конца верила, но Лейлин был удивлён: София рядом кивала, и в её глазах читался настоящий ужас.
— Та ужасная зловещая сила даже образовала воронку — прямо позади нас, и она всё расширяется. Сестрёнка, давай уйдём отсюда, хорошо?
София широко распкрыла глаза, плечи её слегка дрожали.
— Хорошо, мы уходим немедленно.
Белинда обняла Софию за плечи и начала утешать мягким голосом, больше не возражая против предложения Лейлина. А вот сам Лейлин с интересом разглядывал девочку.
— И не заметил бы. Хоть сила её крови и не слишком сильна, эта врождённая обострённая чувствительность… неужели она идёт от самой души?
Хотя София и обладала такой тонкой чувствительностью, перед ней был Лейлин — мастер своего дела, который за долгую жизнь давно научился прятать свои чувства в глубочайшие тайники души, исключая любые проникновения и подсматривания.
Поэтому для Софии Никк-сан был лишь ободряющим взглядом с мягкой улыбкой на лице — она не уловила и тени скрытой любознательности.
— Эта врождённая духовная проницательность… Впрочем, в ней ещё есть потенциал, но пока она слишком слаба.
Увидев это, Лейлин мог лишь покачать головой и подгонять земляную ящерицу, продолжая путь.
…
Благодаря тайным расчётам Лейлина и слабому, но грозному присутствию, которое он от себя испускал, существа, подвергшиеся влиянию жажды пожирания, не осмеливались приближаться и нападать. Постепенно удаляясь от этих земель, София тоже успокоилась и снова стала прежней ребячливой девочкой.
А позади группы Лейлина пагубное влияние жажды пожирания продолжало расширяться. Появлялись всё новые существа, достигшие четвёртого и пятого ранга, которые бросали вызов даже разумным змеям из клана Звездной Зари.
Когда наконец они стали воспринимать это всерьёз, было уже слишком поздно.
Необъятные ресурсы Равнины Десяти Тысяч Змей, множество энергонасыщенных змей и даже тщательно продуманные распоряжения Матери Десяти Тысяч Змей — всё это превратилось в рай для непрестанно растущей силы пожирания. Скрытый хаос начал неуклонно расходиться всё дальше.
Разумеется, эта территория была слишком обширной, а очаг хаотического пожирания охватывал лишь малую её часть. К тому же благодаря приготовлениям Лейлина и воздействию силы хаоса, несмотря на поразительную скорость распространения, это не привлекло особого внимания.
Однако по мере течения времени ситуация продолжала углубляться, становясь всё страшнее…
Лейлин, будучи подлинным виновником происходящего, тем не менее больше не занимался этим делом. Прошло около двух недель, и после долгого пути центр Хэйэрского континента —
— Завтра, с нашей скоростью, к полудню мы непременно дотянем до окрестностей Священного Города.
Белинда посмотрела на карту в руках и произнесла уверенно.
Лейлин медленно кивнул. На самом деле уже сегодня, во время пути, ему довелось заметить кое-что необычное.
Начали появляться небольшие поселения полузмей, обнаружились даже расчищенные пастбища и ботанические сады — всё это говорило о том, что они вошли в более цивилизованные земли.
— Моя подруга
Белинда была явно в приподнятом настроении, но Лейлин прекрасно понимал, о чём она думала.
Розыск «Ока Суда» для Белинды был поистине страшной вещью. Если не уладить это дело, то до конца жизни ей придётся прятаться с Софией.
Впрочем, это был Хэйэрский континент, и Белинда не предавала «Око Суда» напрямую — она лишь восставала против одного из его местных филиалов, хотя и слишком усердно.
Если заручиться покровительством кого-нибудь влиятельного в Священном Городе, то хотя заставить «Око Суда» отменить розыск вряд ли удастся, подавить дело, превратив розыск в пустую формальность и дав Белинде возможность жить с Софией на свету — это было вполне реально.
Для этого потребуются немалые связи, и при прежнем статусе Белинды с такими людьми она вряд ли бы познакомилась, если только тот человек не является прямым наследником какого-нибудь крупного рода…
Лейлин погладил подбородок — он уже примерно уловил суть.
— Эта Эгнис — прямая наследница какого-нибудь крупного рода или силовой структуры в Священном Городе? — он спросил прямо.
— Ты и правда догадался!
Белинда замерла, явно удивлённая проницательностью Лейлина, но и не стала отрицать.
— Да.
— Как только мы найдём прибежище под крылом семьи Стюард, моё прежнее крыло «Ока Суда» — «Око Жрецов» — ни за что не посмеет снова покушаться на нас. И со временем, через переговоры, можно будет надеяться на отмену розыска.
Белинда, очевидно, всё уже продумала.
— А с её помощью проблем с регистрацией нашего проживания точно не будет. Никк, ты…
Белинда, по-видимому, опасалась, что Лейлин не сможет проглотить свою гордость, — но это была напрасная тревога.
— Не волнуйся, с моей стороны всё в порядке. — Лейлин улыбнулся.
Гордость? Будто Лейлин когда-нибудь обращал на это внимание? Тем более что его первоначальное желание помочь ей и даже тайно проникнуть в её сознание — разве всё это не было ради именно этого?
О строгости проверок в Священном Городе Лейлин наслышался и раньше. Без гарантий и покровительства влиятельного человека ему, постороннему без документально оформленной личности, оформить регистрацию и тому подобное было бы практически невозможно.
Особенно после того, как он расставил свои тайные рычаги — Священный Город непременно станет ещё беспокойнее, и без какой-либо опоры его там будут засыпать проблемами.
По сравнению с этим гордость и вовсе не была проблемой.
Лейлин всегда заботился лишь о практических выгодах, а кроме того, его нынешняя личность — бродяга-помесь белой фосфорной змеи-демона по имени Никк. Пусть ей и будет стыдно — какое ему до этого дело?
Нельзя не признать: в некоторых отношениях уровень бесстыжести Лейлина был просто ужасающим.
— Тогда хорошо.
В глазах Белинды мелькнули нежность и удовлетворение.
На самом деле она была уверена в своём собственном устройстве, но если бы Лейлин отказался склонить голову, с его неопределённым прошлым это создало бы серьёзные трудности.
Теперь, видя его согласие, она облегчённо вздохнула — половина её тревог отпала.
— У меня есть некоторые накопления, и вдвоём мы с лёгкостью сможем браться за задания в Священном Городе — оплата позволит нам жить неплохо. О, и ещё нужно нанять для Софии домашнюю учительницу, а может, и гувернантку, чтобы она училась тому, что пригодится ей к будущей свадьбе…
Белинда, очевидно, утонула в своих мечтаниях о будущем, и в конце концов скользнула взглядом по Лейлину — по её щекам неожиданно вспыхнули два румяных пятна, которые тут же скрылись.
— Вр-времени уже немало… нам стоит пора отдохнуть…
По непонятной причине Белинда вдруг замешкалась, и, схватив всё ещё бодрствующую Софию, увлекла её в палатку — оттуда то и дело доносились недовольные голоса девочки: «Не хочу!.. Не хочу!..»
Лейлин смотрел вслед Белинде, поглаживая подбородок, и на его лице расплылась загадочная улыбка.
…
— Ну что ж… спокойной ночи, дамы.
Лейлин подошёл к их палатке и тихо произнёс.
— Спокойной ночи, Никк. — Голос Белинды был слегка неровным, а затем послушался голосок Софии: — Никк-сан… я хочу тебе сказать…
— А-а!.. — голос Софии оборвался, и тотчас же раздался рассерженный окрик Белинды.
Слабо слыша переполох в палатке, Лейлин усмехнулся и вернулся в свой шатёр.
Если бы не печать Проклятия Десяти Тысяч Змей на его теле и не неуклонное приближение к Священному Городу и Матери Десяти Тысяч Змей, он бы и не стал прекращать эту игру.
Но теперь огромное давление не оставляло ему ни малейшего настроения для шуток.
На самом деле, если бы не его исключительная сила воли и актёрское мастерство, Белинда давно бы уже заподозрила неладное.
Ежедневно расставив привычные охранные барьеры, Лейлин обрёл серьёзное и сосредоточенное выражение лица.
— Завтра мы прибудем в Священный Город — в главный оплот Матери Десяти Тысяч Змей.
В глазах Лейлина читалась глубина.
— Всё, что было, и надежда освободиться от оков крови — всё решится в этот миг.