Чтобы полноценно развиваться, здесь необходимо укорениться. Земля плохая — распахивай пустоши, владения малы — расширяйся за пределы, но стоит людям уйти — и все разговоры пусты.
Если из владения в любой момент могут уйти, кто захочет здесь обживаться, кто захочет спокойно работать?
Когда помощник советника удалился, Роланд вызвал Карт Ланниса — своего старшего рыцаря.
«Возьми своих людей и найди мне местных стражников, охотников или крестьян, проживших здесь не менее пяти лет и переживших хотя бы одни месяцы демонов. А если кто-нибудь из них сражался с демоническими зверями — это будет лучшим вариантом.»
Рыцарь поклонился и ушёл. Роланд потёр лоб и продолжил листать собранные сводки.
Основная продукция Пограничного города — полезные ископаемые и шкуры животных, главный импорт — зерно. Вся транспортировка шла по Красноводной реке напрямую в Крепость Длинной Песни или Город Уиллоу. Среди руд попадались всевозможные породы — железо, медь, сера, кристаллы, рубины, сапфиры… Это уже полностью выходило за рамки обычного сопутствующего месторождения. Он вспомнил, что Анна как-то рассказывала: рудник Северного склона якобы когда-то был логовом подземных тварей неизвестного происхождения, и по сей день до конца не установлено, сколько там ответвлений в глубине шахт.
Перелистнув к разделу о зерне, Роланд нахмурился. Большинство руд продавалось Крепости Длинной Песни, но расплачивались не золотыми драконами королевства, а отоваривали зерном. По идее, драгоценные камни и тому подобное вполне могли бы считаться предметами роскоши, однако за годы торговли Пограничный город не накопил ни запасов зерна, ни финансового избытка.
Другими словами, годовая добыча руд Пограничного города обеспечивала лишь годовой паёк двух тысяч жителей. Учитывая, что до появления принца местный лорд сам принадлежал к линии герцога Длинной Песни, такой замкнутый цикл «произвёл сам — потребил сам» ещё можно понять. В конце концов, с их точки зрения, любые запасы зерна здесь лишь на руку демоническим зверям.
Что касается торговли шкурами — это был собственный заработок местного населения. Они отправлялись на запад, в Туманный лес, охотились на разных зверей и птиц, а затем продавали добычу скупщикам из Крепости Длинной Песни или жителям Города Уиллоу. Пограничный город не взимал никаких налогов с этой торговли, поскольку контролировать её было попросту невозможно.
Роланд задумался. Раз уж он здесь, добытые руды больше нельзя отоваривать зерном. Ветви Красноводной реки почти насквозь пронизывают всё королевство, так что транспортные пути нельзя считать закрытыми. При наличии этой транспортной артерии, даже если Крепость Длинной Песни прекратит поставки зерна, он сможет закупать его в других местах.
При условии, что он сможет удержаться здесь, в Пограничном городе, и не впустить эту проклятую тварь.
Карт Ланнис действовал быстро — уже на следующий день он привёл двух стражников и местного охотника. «Эти двое — руководители патруля Пограничного города, каждый год они отвечают за зажжение сигнальных костров. Этот охотник утверждает, что дрался с демоническими зверями и даже собственноручно отрубил голову одному из них.»
Трое поклонились в унисон.
Роланд кивнул и велел им отступить в сторону, подходить по одному.
«Ва… Ваше Высочество,» — первый стражник, выдвинувшийся вперёд, был так взволнован, что не мог связать двух слов, — «Я и Брайан… оба отсюда, э… когда выпадет снег, мы… мы отправляемся на сигнальную башню рудника Северного склона. Оттуда мо… можно первыми увидеть передвижения зверей. Если они пройдут сквозь Туманный лес, мы зажж… зажжём сигнальный огонь и отступим по тайной тропе, а потом сядем на заранее подготовленную лодку и уед… уедем.»
«Раз вы работаете в паре, подзови своего напарника — пусть тоже отвечает,» — Роланд закрыл лицо рукой и покачал головой. — «Как выглядят демонические звери? Их можно убить?»
Второй стражник тоже нервничал, но хотя бы не запинался. «Ваше Высочество, думаю, да. Они ведь изначально обычные лесные животные. Хоть атмосфера ада и превратила их в бешеных свирепых тварей, убить их всё же можно. Каждый год, когда месяцы демонов заканчиваются, Крепость Длинной Песни отправляет отряд кавалеристов, чтобы прочесать дорогу между крепостью и Пограничным городом и уничтожить оставшихся демонических зверей.»
«Как долго длятся месяцы демонов?»
«Обычно от двух до трёх месяцев… точнее зависит от солнца,» — ответил Брайан.
«Смотреть на солнце?» Роланд вопросительно приподнял брови.
«Да,» — пояснил стражник. — «Ваше Высочество, вы приехали сюда недавно и потому не знаете. В Пограничном городе, как только начинается снегопад, он не прекращается, пока солнце снова не засияет в полную силу и снег не растает.»
«Так месяцы демонов считаются окончившимися только после того, как растает снег?» Роланд призадумался. В Грэйкасле снег вёл себя иначе — таял буквально на следующий день, и никаких перемен на солнце он не замечал.
«Именно так. Самые долгие месяцы демонов, которые я пережил, случились два года назад — тогда они длились почти четыре месяца. Многие не выжили.»
«Почему? Разве в Крепости Длинной Песни не хватало запасов провизии даже на лишний месяц?» — спросил Роланд.
Лицо Брайана помрачнело. «Хватало. Но тот чиновник, Феррано, который отвечал за снабжение, заявил, что руда, добытая осенью, покрывает лишь три месяца продовольствия. На четвёртый месяц придётся ждать новой партии. А пока месяцы демонов не закончатся, мы не можем покинуть крепость.»
«Понятно… Теперь я понимаю.»
Идиоты, отрезавшие себя от народа. Если бы Крепость Длинной Песни относилась к пограничникам тепло, удержать их было бы непросто. Но, судя по всему, те, кто прячется за крепостными стенами, тоже не лучше. Роланд безучастно позвал последнего стражника, мысленно отложив имя Феррано.
Третий оказался великаном — почти двухметрового роста, и это создавало на Роланда давящее впечатление. К счастью, тот сразу опустился на одно колено.
«Говорят, ты убивал демонических зверей?»
«Да, Ваше Высочество,» — низким хриплым голосом ответил тот. — «Кабана и волка.»
«Тип?» — переспросил Роланд. — «Что ты имеешь в виду?»
«Охотники так называют демонических зверей, Ваше Высочество. Чем свирепее было животное до мутации, тем труднее его одолеть после. Мутация многократно усиливает врождённые преимущества. Кабаний тип, к примеру, покрыт на спине невероятно прочной шкурой — арбалет с трудом пробьёт её даже с пятидесятиметровой дистанции. Волчий тип ещё коварнее: бегает с пугающей скоростью, и чтобы его убить, нужно заранее расставить ловушки.»
«Сильные становятся сильнее, быстрые — быстрее,» — кивнул Роланд. — «Но всё же это животные.»
«Именно так. Все они — не самые опасные враги,» — охотник сглотнул. — «Самые страшные — гибридные звери.»
«Они — истинные воплощения дьявола. Только ад способен породить таких чудовищ. Я видел одного гибрида — у него были могучие конечности дикого зверя и огромная пара крыльев на спине, позволяющая летать на короткие расстояния. И словно он знал, где я прячусь, — какой бы укрытие я ни выбирал, он каждый раз выгонял меня. Он не охотился, Ваше Высочество, он просто развлекался, играя с добычей.» Охотник закатал рубашку — от живота к груди тянулся широченный шрам. «Я прыгнул в Красноводную реку до потери сознания и только благодаря этому выжил.»
«Вообще ещё и такие чудища бывают…» Роланд чувствовал, что мир вокруг становится всё более непостижимым. Крепкая каменная стена могла остановить обычных демонических зверей, но что делать с теми, кто летает? «Гибридные звери, наверное, большая редкость?»