Перо отпил глоток чёрного чая, откинулся в мягком кресле лорда и долго выдохнул.
С тех пор как он принял управление Крепостью Длинной Песни, прошло уже больше двух месяцев, и он заметил, что всё больше привыкает к этому залу. Ступенчатая структура, постепенно поднимающаяся к верху, позволяла ему с главного места обзора смотреть вниз на стоящих там чиновников и слуг — это ощущение власти, сосредоточенной в его руках, доставляло ему глубокое удовлетворение.
В первый месяц ещё находились мелкие дворяне, которые открыто оспаривали его авторитет или тайно замышляли бунты, — конечно, за ними стояли представители крупнейших семей, таких как Оленья и Волчья. Перо последовал совету отца: всех бунтующих простолюдинов без титулов и подпольных крыс отправлял на виселицу, а мелких дворян с титулами бросали в темницу и высылали из Западного края после уплаты выкупа семьёй.
После применения этих суровых мер обстановка быстро уладилась. Ведь кроме семьи Жёлтого Цветка, рыцари остальных крупных кланов были арестованы в Пограничном городе и не могли открыто противостоять политике Перо. После этого он выделил часть доходов крепости в качестве компенсации за потери, понесённые крупными семьями при арестах, и все дворяне временно объединились в относительно стабильную группу с общими интересами.
Теперь из доходов крепости три десятины отправлялись в Пограничный город, а из оставшихся семи — три шли на содержание города, две — на умиротворение прочих крупных дворян, а оставшиеся две доставались владениям Хелмонта.
Портрет позади трона лорда был заменён: вместо Герцога Райана там висел портрет четвёртого принца Роланда Уимблдона, и он надеялся, что однажды там появится его собственный портрет — портрет Перо Хелмонта.
Если бы он получил Крепость Длинной Песни в полную собственность, его графство могло бы объединиться с крепостью, став поистине герцогским владением. Тогда пять десятин, уходившие на выплаты и умиротворение, удалось бы сэкономить и вложить в торговлю крепости, извлекая ещё более весомые доходы.
Конечно, при условии, что Роланд благополучно взойдёт на трон и станет королём всей территории Грэйкасла.
— Лорд, — стражник вошёл в зал лорда и протянул письмо. — Новости из Пограничного города.
Услышав название «Пограничный город», Перо тут же выпрямился.
Он взял конверт, развернул тонкую папирусную бумагу — уже по низкому качеству бумаги было видно, что письмо от его агента, внедрённого в среду крепостных.
Тот бой, случившийся больше двух месяцев назад, завершился результатом, который можно назвать немыслимым. Перо хотя и не ездил туда лично, но от отца услышал удивительную историю. Чтобы выяснить причину поражения герцога, он внедрил в отправленную в город команду множество своих людей — они переоделись ремесленниками, пастухами или крепостными и один за другим пересылали в крепость всё, что видели.
Он был уверен, что и другие семьи поступали точно так же.
Однако на данный момент, кроме двоих, замаскированных под крепостных, которые ежемесячно присылали новые сведения, от ремесленников и пастухов не было ни одного известия — словно они исчезли.
Они либо изменили ему, либо были обнаружены принцем и уничтожены все до единого.
Он покачал головой и сосредоточился на шифрованном письме.
Содержание письма было написано угольным карандашом, буквы кривые и неровные, в некоторых местах виднелись следы от воды — похоже, его писали тайком во время работы.
В первом абзаце говорилось, что на берегу Красноводной реки строятся железные башни неизвестного назначения. На вершине каждой башни стоит огромная железная ёмкость. На данный момент возведены три, и каждая приближается по высоте к стенам крепости. Кузнецы, по-видимому, изготавливают башни в самом городе, а к реке доставляют уже готовое сооружение. Затем бойцы Первой армии устанавливают вокруг башни щиты, и к следующему дню она чудесным образом поднимается вверх.
«Строительство»… опять это слово, — подумал Перо. — В прошлом шифрованном письме было то же самое. Судя по сведениям, принц без умолку что-то строит в городке: сначала дороги и мосты, теперь железные башни. Неужели Ваше Высочество намерен разом истратить все золотые драконы, вывезенные из замка крепости? Причём башни ещё и неизвестного назначения... Шпионы, засланные среди крепостных, — это не простые крепостные, а искушённые гвардейцы. Если бы это были дозорные башни или стрелковые вышки, он узнал бы их с первого взгляда.
Вероятно, железные башни ещё не полностью достроены, и судить трудно, — Перо покачал головой, — быть может, к следующему месяцу поступят более подробные сведения.
Он перевёл взгляд на следующий абзац.
В письме говорилось, что обширный караван купеческих кораблей простоял у пристани городка неделю, а затем ушёл на восток; принадлежность каравана оставалась неизвестной. За время стоянки с кораблей выгрузили огромное количество слитков руды и селитры.
Закупку селитры было нетрудно понять: к второму месяцу лета наступает страшная жара, и для охлаждения замка требуется большое количество селитры; кроме того, ею можно сохранять в холоде вина и соки. Будучи королевским вельможей, он вряд ли захотел бы потеть весь день, как крестьянин в поле.
Но покупка минеральных слитков заставила Перо слегка удивиться. Пограничный город и так является месторождением руды — он помнил, что перед месяцами демонов, когда ездил туда послом, принц Роланд громогласно заявлял, что собирается удвоить объём добычи руды на продажу. А теперь получается, что городок не только не экспортирует руду, но ещё и импортирует слитки?
Вспомнив о железных башнях из предыдущего абзаца — высотой с крепостные стены, — он обнаружил, что всё меньше понимает, чего же добивается Его Высочество.
Однако когда Перо дочитал последний абзац шифрованного письма, он замер.
В Пограничном городе за последние две недели на площади состоялось несколько открытых театральных представлений?
Без оплаты, с названиями пьес, которых он никогда не слышал, — и при этом креастным крепостным предлагалось приходить на спектакли! Но больше всего его поразило то, что среди исполнителей оказалась пропавшая в последнее время Звезда Запада, мисс Мей!
Что всё это значит?
Исчезновение Мей стало главной новостью крепости в последние дни. Несколько спектаклей, в которых она должна была главенствовать, поставили с другими актрисами; знать покидала залы серединой представления в знак протеста. Театр был вынужден выпустить официальное заявление, в котором утверждалось, что Мей ушла, не предупредив никого, и её местонахождение неизвестно. Известие это вызвало волнение среди знати Западного края, увлечённой театром.
А она оказывается — в Пограничном городе? Там ведь нет никакого театра! И выступать перед простолюдинами и крепостными… Перо не мог представить себе подобной сцены — в его представлении мисс Мей отнюдь не была актрисой, склонной к доступности.
Поразмыслив, он решил написать письмо Его Высочеству и официально запросить его по этому поводу. Будучи поклонником театра, он и без того давно не видел блестящих выступлений Звезды Запада, не говоря уже о том, что возможность пригласить Шерил уменьшилась в разы. Раз спектакли шли на городской площади открыто, лавочник мог запросто их видеть — и как раз этот лавочник прибыл из Крепости Длинной Песни, оттуда новость и дошла до его ушей. А если подумать, это вряд ли выдаст тайную стражу, скрытую среди крепостных.
Когда Перо уже собирался велеть слуге набросать черновик письма, в зал стремительно вошёл рыцарь и тревожно произнёс: «Милорд, часовые на восточной башне обнаружили, что к крепости приближается отряд рыцарей!»
«Рыцари? Можно ли определить, откуда они?» — он вскочил на ноги.
«Они несут флаг с башней и двумя копьями, милорд, — ответил рыцарь. — Если это не подделка, то это войско нового короля.»