Пороптать он пороптал, но трапезу продолжать всё равно надо было.
Атмосфера за обедом была более-менее приятной; четвёртый принц не заикнулся о руде, и Пейро тоже не стал ничего лишнего говорить.
Когда принц велел горничным подать десерт, Пейро осторожно завёл разговор: «Ваше Высочество, согласно прежнему обычаю, сегодня должно было состояться поставки руды, но на пристанном складе я не увидел ни единого камня.»
Роланд отложил деревянную палочку и кивнул: «К несчастью, недавно в шахте на Северном склоне произошло обрушение. Уже месяц мои люди пытаются возобновить добычу. Однако завал ещё не расчищен, и если судить по темпам, до запуска разработки, боюсь, ещё и до следующего года далеко.»
Обрушение? Пейро на мгновение опешил. Не слишком ли удобное совпадение? Но он тут же понял — тому нет смысла его обманывать. Достаточно одного взгляда на Северный склон, чтобы разобраться; лгать столь очевидно — всё равно что бить себя по лицу.
«А… за два предыдущих месяца?»
«Немного. По обычаю, того количества камня недостаточно, чтобы прокормить моих подданных.» Роланд с особым умыслом выделил слово «обычай». — «Господин посол, вы, наверное, помните месяцы демонов два года назад?»
Пейро, конечно, помнил. Четырёхмесячные морозы унесли почти пятую часть жителей Пограничного города — и всё из-за жадности городского управителя Ферено. В среде дворян находились и голоса против, некоторые даже требовали наказать Ферено постфактум. Но в итоге дело замяли, поскольку тот был мужем младшей дочери герцога.
Теперь, когда принц заговорил об этом, в душе Пейро зародилось дурное предчувствие.
«На этот раз ещё хуже,» — вздохнул Роланд. — «Если поставлять как раньше, мы получим лишь двухмесячную норму пшеницы. Мои люди не переживут зимы, господин посол. Прежнюю схему торговли придётся отменить.»
Пейро раскрыл рот, но не нашёл, что возразить. Он был не профессиональным дипломатом, и перед столь обоснованной аргументацией ему было не за что зацепиться — пришлось лишь прибегнуть к отсрочке. «Ваше Высочество, я сожалею о случившемся. Эта трагедия не повторится — я добьюсь того, чтобы шесть семей совместно выделили зерно на один месяц. Ваши подданные смогут постепенно вернуть долг после того, как в следующем году возобновят добычу.»
«Если бы я продавал Городу Уиллоу, мне бы не пришлось ждать никакого постепенного возврата.»
«Но…»
«Но чего?» — перебил Роланд. — «Они готовы покупать камень за золотых драконов и одновременно продают по рыночной цене пшеницу, сыр, хлеб, мёд… Всё, что можно купить на золотых драконов, они продают. А если уж на то пошло, господин посол, даже если вы и согласны на месячную ссуду, остальные пять семей одобрят ваше решение? Насколько мне известно, с Герцогом Райаном договориться непросто.»
Пейро промолчал. Четвёртый принц был абсолютно прав — дело было не только в остальных пяти семьях: он не был уверен, что сможет убедить даже собственного отца. Чтобы сохранить монополию, нужно было менять условия сделки, но Пейро не имел права принимать окончательное решение. Послом его называли, но по сути он был лишь передаточным звеном. Вероятно, герцог вовсе и не хотел, чтобы кто-либо на своё усмотрение заключал какие-либо соглашения с Пограничным городом — будь то прежний владелец или четвёртый принц. Поэтому каждый год, каждый сезон он назначал разных людей, и эти люди никогда не принадлежали к числу влиятельных членов семьи.
Как бы там ни было, попробовать стоило. И Пейро выложил последний козырь: «Тридцать процентов.» — Он поднял три пальца. — «Крепость будет закупать руду и необработанные драгоценные камни на тридцать процентов ниже рыночной цены. Полагаю, это предложение выгоднее того, что делает Город Уиллоу, Ваше Высочество.»
Роланд развёл руками: «Действительно выгоднее. Но тот же вопрос — ваше слово станет решением всех шести семей?»
«Завтра я отправлюсь обратно в Крепость Длинной Песни. Как только достигну договорённости, привезу новый контракт.»
«Мои люди столько ждать не могут. Вы ведь знаете, что между дворянами договориться обычно занимает немало времени.»
«Ваше Высочество, сотрудничество с Крепостью — лучший выбор и для вас, и для ваших подданных. Город Уиллоу слишком далек; туда тоже можно добраться, чтобы пережить месяцы демонов,» — до этого момента у Пейро пересохло в горле, — «но в дороге легко… столкнуться с опасностями.»
О боже, святые угодники, что я делаю! Сердце колотилось в груди — он угрожал принцу!
«Ха-ха-ха-ха!» — к его удивлению, Ролан не разгневался, а расхохотался. — «Пан посол, вы, кажется, кое в чём ошиблись. Я и не думал отправляться в Город Уиллоу.»
«Вы имеете в виду…»
«Разумеется, я и не собираюсь в Крепость Длинной Песни,» — Ролан с усмешкой смотрел на посланника. — «Я никуда не уеду.»
На мгновение Пейро решил, что его уши его обманывают.
К счастью, принц не дал этому странному молчанию затянуться и продолжил: «Эту зиму я проведу в Пограничном городе. Пограничный город станет новой границей Королевства Грэйкасл. Не так удивляйтесь, мой друг, это не бред — через минутку я могу вас провести и показать новую каменную стену, прямо у подножия Северного склона.»
«Сте…на?»
«Да. Каменная стена, соединяющая Северный склон и Красноводную реку, двенадцати футов в высоту и четырёх футов в ширину. С ней мы сможем разгромить демонических зверей в Пограничном городе.»
Пейро почувствовал, что его разум не справляется. Когда посол возвращался после прошлого сезона, о какой-то стене и речи не было — нет, тогда лорд Пограничного города ещё подчинялся Крепости, и зачем было направлять ограниченные силы на подобное строительство? То есть четвёртый принц начал возводить стену сразу по прибытии? Даже если так — прошло всего три месяца! За столько времени что можно построить?
Подождите… что Ваше Высочество только что сказал? Двенадцать футов в высоту, четыре в ширину, и ещё соединить Северный склон с Красноводной рекой? Пейро мысленно прикинул — стена такого масштаба невозможна без нескольких лет работы, и для начала у него нет столько каменщиков для обработки камня! Пограничный город — не Грэйкасл; большинство живущих здесь людей умеют лишь тяжело работать.
Ещё не успев переварить эту новость, он был поражён следующей фразой Ролана.
«Что касается продажи руды, начиная с будущего года я готов снизить цену до половины, сэр, но не полностью поставлять в Крепость Длинной Песни. Вам ведь может не потребоваться столько руды. Полагаю, вместо сырья с низкой маржей вы предпочли бы готовые металлические изделия — лопаты, кирки и тому подобное.» Он ненадолго замолчал, словно давая Пейро время осмыслить его слова. «Что касается необработанных самоцветов, они будут проданы с аукциона — тому торговцу, кто предложит наибольшую цену. Мне тоже хотелось бы дождаться огранки и продать их дороже, но, к сожалению, Пограничный город пока не обладает такими возможностями.»
Вот у тебя и хватает сил построить стену за несколько месяцев! — мысленно взревел Пейро. — И что значит «не нужно столько руды»? Тысяча золотых драконов в год — даже если производство удвоится, всё равно это максимум две тысячи! Две тысячи золотых драконов, и Крепость уже не в состоянии закупить? Это же наглая самонадеянность!
С трудом сдерживая возмущение и стараясь сохранить последние остатки приличия, он ответил: «Я запомнил всё, что вы сказали, Ваше Высочество. По возвращении немедленно обсужу это с шестью семьями. Только вот стена, о которой вы упомянули… мне хотелось бы её посмотреть.»
«Конечно,» — Ролан улыбнулся. — «Но не стоит торопиться. Можно насладиться этими королевскими сладостями перед отъездом, верно, пан посол?»