Прайс томился здесь уже пять дней.
Хоть это и не была тюрьма, переделанное жильё от неё мало отличалось — деревянную дверь заменили деревянными решётками, всю мебель вынесли, оставив лишь несколько одеял. Единственным плюсом было то, что комната оставалась относительно чистой и не продувалась ветром и не текла.
В камере, помимо него, было ещё четверо. Трое из них принадлежали к Дому Львов, один — к Дому Бегущего Волка, а сам Прайс был рыцарем, пожалованным Оленьим графом.
— Чёрт возьми, до скольких он собирается нас держать?! — раздался голос самого пожилого из рыцарей Львиного дома. — На полях ещё пшеница не засеяна! Моя баба толком не разбирается в этих штуках.
— Твоё владение? — презренно фыркнул молодой рыцарь из Дома Бегущего Волка. — Ты правда думаешь, что Его Высочество оставит рыцарские лена, чтобы ты мог вернуться, собрать лошадей, оружие и доспехи, а потом отомстить? Если честно, то, что он не отправил всех вас на виселицу — это уже проявление милосердия.
— Что ты сказал?! — старый рыцарь впился в него взглядом.
— Просто говорю как есть, — невозмутимо ответил молодой. — Герцог — главный виновник заговора и мятежа. Не вычистить его элитный рыцарский корпус — что, оставить сыну? А мы-то, сам понимаешь, были вынуждены выйти на поле боя под угрозой герцога.
— Я тебе сейчас покажу! — он подскочил и схватил молодого за грудь, подняв кулак, но в этот момент сзади вытянулась рука и крепко ухватила его за запястье.
— Хватит, Харлон. Хочешь вызвать стражу? — стройный рыцарь с красивой внешностью опустил его кулак. — Он прав — мы рыцары под началом герцога, и при вынесении приговора нам несдобровать. Раз уж всё дошло до этого, терпеливо ждём решения. Посмотри на людей из Оленьего рода, а потом на себя. Где твоя рыцарская доблесть?
Прайс его знал — Филинг Шильд, звёздный рыцарь Крепости Длинной Песни, прозванный Рассветным Сиянием. Он не раз сводил с ума дочерей знатных домов, а в итоге женился на простолюдинке — тогда это стало настоящей сенсацией. Заметив, что тот заговорил о нём, Прайс не мог больше молчать и обратился к троим: — Не знаю, удастся ли сохранить владения, но Его Высочество, по крайней мере, не станет отнимать у вас жизни.
— А? Почему?
— Убивать в крепости всё ещё имеет смысл — это послужит уроком для остальных. Зачем было извозиться и везти вас сюда? Кого показательно казнить? Местных жителей? — Прайс покачал головой. — Рыцарский корпус ещё не ступил на землю Пограничного города.
Рыцари не ворвались, не убивали, не грабили — и жители, естественно, не прониклись крайней ненавистью. Поэтому Его Высочеству выгоднее устраивать казнь для знати крепости, чем для горожан. Раз в крепости никого не казнили — значит, их жизни спасены.
Филинг поразмыслил и кивнул: — Логика верная. А как тебя зовут...
— Прайс Диса.
— Благодарю за утешение, рыцарь Диса. — Филинг бросил ему признательный взгляд и утянул Харлона обратно в угол.
Молодой тоже шлёпнулся на пол и, прислонившись к стене, завёл песню.
Он, значит, и правда не боится, — подумал Прайс, а его собственное спокойствие — лишь жалкая ширма.
Прайс прекрасно понимал, что он совсем не был создан для рыцарского дела. Он не унаследовал ни отцовской храбрости, ни материнской мудрости — вместо того чтобы сражаться с мечом в руке, он предпочитал возделывать свой клочок земли, разводить кур и уток, ловить рыбу у пруда. Надевать доспех и сражаться под знаменем Оленьего графа — чистая необходимость. Об убийстве не было и речи — он даже на охоту ходить не любил. Поэтому в атаке Прайс старался держаться как можно дальше позади, и в итоге чудом остался в живых.
Подождите... тут ему вдруг стало странно. Филинг Шильд, звёздный рыцарь под началом герцога, тоже остался жив? Не должен ли был он атаковать первым?
— Его Высочество желает вас видеть, — вдруг крикнул у двери стражник. — Сени Дали, выходи первый.
Молодой рыцарь подскочил на ноги, помахал остальным и вышел из камеры.