**Название:** Глава 73: «Телесия ван Астрея»
— Если бы вы узнали, что на самом деле это была любовь с первого взгляда, насколько бы вы удивились?
※※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※
Божественное благословение Мечника-святого снизошло на Телесию ван Астрею, когда ей было двенадцать лет.
Это было внезапно, безо всяких предзнаменований, событие, которое сильно потрясло её жизнь.
Среди обычной повседневности оно неожиданно снизошло на неё.
«—? Неужели выбрали меня?»
Вот с таким серьёзным чувством Телесия получила благословение.
И этот факт Телесия решила хранить в тайне ещё некоторое время.
— Род Астрея — это знаменитый мечный род, из поколения в поколение порождавший Мечников-святых.
Как результат великого деяния, совершённого первым Мечником-святым, Рейдом Астреей несколько сотен лет назад, меч рода Астрея был признан незаменимым для Королевства Лугника.
Эта традиция, спустя многие сотни лет, в эпоху Телесии всё ещё неуклонно соблюдалась.
Поэтому всем родившимся в роду Астрея, независимо от наличия Благословения Мечника-святого, было почти предначертано прожить жизнь, связанную с мечом.
Отец Телесии, разумеется, а также два её старших брата и младший брат — все были такими. Вне зависимости от таланта к мечу или наличия благословения, с самого осознанного возраста приобщаться к мечу было традицией Астрея.
И вот, родившись в роду Астрея, где такое воспитание было нормой, как же росла Телесия, будучи девочкой? А росла она, совершенно не соприкасаясь с мечом.
Разумеется, раз уж она родилась в семье Астрея, независимо от пола, ей давали в руки меч.
У Телесии, как и у её братьев, были дни, когда под строгим руководством ей приходилось махать мечом. Были, но вот только у Телесии не было совершенно никакого таланта к мечу.
Вернее, следовало бы сказать, что у неё не было ни капли желания заниматься мечом.
Как и многие девушки, Телесия совершенно не интересовалась мечом.
Дело было не в том, хорошо или плохо она им владела. Просто занятия фехтованием, которые она делала только потому, что заставляли, лишённые усердия тренировки и вызывающее поведение. Если бы это продолжалось, то родители, естественно, перестали бы видеть смысл заставлять её махать мечом.
— Божественное благословение Мечника-святого даруется лишь тем, кто проявил ценность, достойную благосклонности Бога Меча.
Божественное благословение Мечника-святого, которое из поколения в поколение могли наследовать только люди из рода Астрея. Об этом благословении, чьи подробности до сих пор не были раскрыты, по крайней мере в то время, так и считали.
Только тот, кто искренне относится к мечу и чей талант признан, может получить благословение.
Старшая дочь, которая была девочкой, не интересовалась мечом и продолжала отворачиваться от него.
То, что в Телесии рано разочаровались как в возможном Мечнике-святом и позволили ей поступать по своему усмотрению, было неизбежным течением дел.
Телесия, почти насильно вырвавшая свободу от тренировок с мечом, тоже имела на то свои веские причины.
Конечно, то, что её ни капельки не интересовал Мечник-святой и она не видела смысла вкладывать душу в меч, тоже было причиной того, что она не усердствовала на тренировках, но главная причина была в другом.
— У Телесии было осознание врождённого благословения — «Божественного благословения Смерти».
Раны, которые она наносила другим, никогда не заживали и продолжали кровоточить.
Когда она осознала эту силу, направленную исключительно на лишение жизни других, в маленькой Телесии поселился страх перед тем, что могут сотворить её собственные руки.
Тренировки с мечом были главным, что усиливало этот страх.
Даже если это были всего лишь тренировки или упражнения, её неконтролируемое благословение не выбирало момента. Даже царапина, если она не заживёт всю жизнь, не будет поводом для смеха.
Что уж говорить о ранах, нанесённых мечом, которые даже в результате небольшого несчастного случая могли лишить жизни.
Поэтому, освободившись от тренировок с мечом, Телесия тайно вздохнула с облегчением.
Жить, не причиняя вреда людям, на самом деле, если жить осознанно, оказывается очень сложно.
Даже если сознательно и активно не пытаться ранить других, случайные происшествия и неосознанные действия могут произойти с каждым и в любое время. Как можно быть уверенной, что сила благословения не сработает, если, например, порезать палец осколком упавшей тарелки?
Маленькая девочка по имени Телесия бессознательно избегала контактов с людьми.
Если не прикасаться, если не приближаться, то и не нужно беспокоиться о том, что поранишь кого-то. Естественно, она стала избегать чужих глаз и всё больше времени проводила с цветами.
Получив свободу отказаться от меча, она создала в саду поместья свой собственный цветник, стала заботиться о сезонных цветах и превратилась в девушку, которая лелеяла и любовалась ими.
Её братья, с отчаянным выражением лиц махавшие мечами и повторявшие до боли жалкие тренировки.
Нельзя сказать, что она не чувствовала отчуждения или вины, глядя на них. Просто она не могла рассказать о своём благословении, и её собеседниками были только выращенные ею цветы.
«Когда-нибудь смогу ли и я, такая, проводить время с кем-нибудь?..»
Её тревоги, смятение — всё это она могла доверить лишь цветам, колышущим лепестками на ветру.
Как и многие другие, Телесия была обычной девушкой, которая хотела любить других и быть любимой.
Но дни, когда она задавалась вопросом, имеет ли она, осознающая своё благословение, которое может ранить и отнимать у других, идущая против воли братьев и родителей, право быть рядом с кем-то, не кончались.
— Благосклонность Бога Меча снизошла на Телесию как раз посреди таких дней.
«—? Неужели выбрали меня?»
Внезапно это осознание поразило Телесию.
Оно легло на неё гораздо более тяжким грузом, чем осознание «Божественного благословения Смерти».
Естественно. Врождённое благословение было для неё такой же обычной функцией, как зрение или слух.
Получить новое благословение — это событие было сродни тому, как если бы у тебя внезапно выросли крылья. Как можно приветствовать внезапное появление новой, отсутствовавшей ранее функции, иначе как с чувством дискомфорта?
— Нельзя брать в руки меч.
Испытывая к новому благословению отвращение и тошноту, Телесия думала именно так.
Вспомнилось время, когда её заставляли махать мечом. Теперь она отчётливо поняла, насколько бесполезным, бессмысленным, пустым и ненужным было то, что она делала.
Инстинктивно она поняла наилучший, оптимальный, самый совершенный способ держать меч.
Она, специализировавшаяся на убийстве людей, полностью поняла технику убийства людей.
«—!»
Это был страх. Это было отчаяние. Это был день, когда наступил конец света.
Время, когда она могла притворяться просто девушкой, продолжая носить эту личину, закончилось, и она остро осознала, что является Жнецом в обличье девушки.
Телесия никому не рассказала о полученном благословении.
Она решила навсегда скрыть и «Божественное благословение Смерти», и «Божественное благословение Мечника-святого», запереть их в глубине души и запереть внутри себя чудовище, созданное для убийств.
Сославшись на плохое самочувствие, она заперлась в своей комнате в поместье.
Забыв даже ухаживать за своим цветником, Телесия заперлась в своей скорлупе. Она ничего не делала, кроме как спала, и, поднимая голову от удушья, продолжала запираться в скорлупе, рисуя по-детски наивные мечты о том, что когда-нибудь всё это окажется сном.
Но это было всего лишь детское мудрствование, попытка отвернуться от неприятного.
— То, что Телесия унаследовала «Божественное благословение Мечника-святого», выяснилось очень скоро.
«Брат... Следующий Мечник-святой — твоя дочь. Это дитя».
Главный дом Астрея — родной дом Телесии, главный центр рода Мечников-святых.
Тем, кто пришёл в этот особняк и раскрыл, что свернувшаяся калачиком на кровати Телесия является следующей Мечницей-святой, был её дядя, предыдущий Мечник-святой.
«Божественное благословение Мечника-святого» — это особенное благословение, из поколения в поколение наследуемое только родом Астрея.
Однажды это благословение внезапно переходит от нынешнего Мечника-святого к следующему. И как только наследование завершается, Мечник-святой освобождается от своей роли и теряет благословение.
Когда нынешний Мечник-святой теряет благословение, по всему королевству, естественно, начинаются поиски того, кто станет следующим Мечником-святым.
И предыдущий Мечник-святой с первого взгляда видит, кто является новым Мечником-святым.
Так дни, которые Телесия проводила, запершись в своей комнате, подошли к концу.
«Возьми меч, Телесия».
Исхудавшую, с испорченными волосами и кожей, Телесию вывели в сад.
Босиком, всё ещё в ночной рубашке, с сознанием, блуждающим между сном и явью, дядя грубо вытащил её в сад и силой заставил сжать деревянный меч.
Тонкими пальцами Телесия, не желая того, много раз качала головой.
Но никто не слушал её возражений. Дядя снова и снова заставлял её перехватывать деревянный меч и, когда она, сдавшись, сжала рукоять, подтолкнул её в спину, заставляя смотреть вперёд.
Перед Телесией стоял её старший брат, на четыре года старше.
У старшего брата, с добрым, благодушным лицом, был растерянный вид. Было очевидно, что он не может осознать происходящее перед ним.
— Сплошные прорехи.
От этой мысли о себе самой Телесия пришла в оцепенение.
Сердце пронзил шок, Телесия не могла вымолвить ни слова и только широко раскрыла глаза.
Игнорируя состояние Телесии, дядя низким голосом обратился к старшему брату.
Он велел старшему брату тоже приготовить деревянный меч и сразиться с Телесией напрямую. Ударить сестру этим деревянным мечом и доказать свой талант к мечу.
«Я не могу!» — закричал старший брат.
Он был добрым братом. Он старался изо всех сил на тренировках по фехтованию и нисколько не сомневался в укладе рода Астрея, но к сестре Телесии он был просто добрым братом.
Ей было страшно причинить ему боль, и она не могла прикоснуться к нему сама, но ей нравилось, когда её поднимал на руки старший брат с его большим телом. Он был добрым, очень добрым братом.
«Ах ты трус», — раздался голос дяди, ругающего брата.
От презрения бывшего Мечника-святого старший брат, который восхищался его спиной, сделал сильно обиженное лицо. Телесия знала, кем восхищались старший брат, второй брат и младший брат, и ради кого они продолжали махать мечами.
Будучи обруганным таким человеком, старший брат был глубоко ранен. Второй брат и младший брат, которых вывели из-за этой суматохи и заставили смотреть на то же самое в дальнем конце сада, тоже сделали такие же обиженные лица.
Вскоре старший брат, всё ещё с обиженным лицом, зажёг в глазах трагическую решимость.
Он прямо вложил всю свою силу меча, которую оттачивал долгое время, и поднял деревянный меч на уровень глаз.
По дрожащему кончику меча и острому взгляду старшего брата Телесия поняла.
Брат пытается выбить её деревянный меч, чтобы не ранить её. Она понимала, что об этом говорят его стойка, взгляд и боевой дух, разлитый по всему телу.
При таком мастерстве, как у брата, сделать это с более слабым противником не составит труда.
Этого было бы достаточно, чтобы доказать свой талант к мечу и отобрать меч у Телесии.
«— — — —»
По команде дяди дуэль, которой не желал никто из участников, началась.
Старший брат с боевым кличем обрушил на Телесию отточенный боевой дух.
Это была сила, способная заставить противника съёжиться и сковать его движения. Если бы она только не подняла меч, выбить деревянный меч было бы легко.
С самого начала весь этот план был неправильным.
У Телесии не было причин сражаться, и у брата не было причин причинять ей боль. Если интересы обеих сторон совпадают, то борьба не должна возникнуть.
Но не тут-то было...
«— Достаточно»
Издалека раздался голос, и деревянный меч, подпрыгнув, воткнулся кончиком прямо в землю сада.
Придя в себя от торжественного голоса дяди, Телесия увидела, что её деревянный меч, вытянутый вперёд, упёрся остриём в горло ошеломлённого брата.
Она вспомнила, как перехватила удар брата и выбила у него деревянный меч.
А затем, приставив остриё к горлу, она продемонстрировала разницу в силе, показав, что может убить в любой момент.
Старший брат, не в силах поверить в происходящее, опустился на колени прямо там. Убедившись в этом, Телесия, дрожа губами, обернулась и посмотрела на второго брата и младшего брата, наблюдавшего за дуэлью, а также на родителей.
Все они, ошеломлённые, с недоверчивыми лицами, смотрели на результат.
«Следующий Мечник-святой — Телесия. Вне всяких сомнений».
Только голос дяди, произнёсшего это, прозвучал как-то пусто.
«А... а... а...».
Телесия выронила деревянный меч, уставилась на свои руки и принялась этими руками рвать на себе рыжие волосы. Она рвала их до крови, издавая звериные звуки, и закричала.
Она кричала, впала в полубезумное состояние, терзалась и сожалела до такой степени, что, казалось, вот-вот выплюнет кровь.
Телесия стала Мечником-святой.
※※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※
Время, которое братья посвятили мечу, было безжалостно растоптано талантом Телесии к мечу.
Количество времени, потраченного на тренировки, не имеет никакого значения перед лицом подавляющего таланта к мечу.
В глазах Телесии, ставшей Мечником-святой, недостатки меча братьев были видны как на ладони. Она с ужасом думала о том, что они потратили столько времени и даже не видят этих недостатков.
И в то же время ей было ужасно жаль братьев, которые, несмотря на столь очевидную демонстрацию разницы с ней, продолжали упорно заниматься мечом.
У старшего брата, у второго брата, у младшего брата не было ничего, чему они могли бы отдаться со страстью, кроме меча.
Раз уж они родились в роду Астрея, выросли в знаменитой мечной семье и посвятили большую часть своей жизни мечу, то, даже если вершина была отнята у них младшей сестрой или старшей сестрой, им оставалось только продолжать идти.
Даже зная, что они никогда не смогут достичь этого уровня.
— Какие же они глупцы.
Она думала так.
Могли бы просто заниматься тем, что им нравится. Им уже всё равно на меч.
Раз уж Телесии это больше не позволено, могли бы просто жить в своём любимом мире.
«Госпожа Телесия, приготовления закончены. Нам пора отправляться».
К Телесии, наблюдавшей из окна своей комнаты за братьями, махавшими мечами в саду, обратились с этими словами.
Она обернулась и увидела девушку того же возраста с коротко остриженными красивыми золотистыми волосами.
Это была Кэрол Ремендис — представительница рода Ремендис, славного рода рыцарей. Она была признана выдающимся фехтовальщиком и, поскольку была близка по возрасту, была назначена сопровождающей Телесии.
На самом деле, её мастерство как фехтовальщика было превосходным.
Мне не хочется громко сравнивать, но её сила меча, вероятно, равна силе братьев.
Хотя она и вызывает беспокойство как девушка из-за своего сверхсерьёзного характера и одержимости фехтованием.
«Да, пойдём. Сегодня у нас обучение людей из замка».
«Да. Все в замке с нетерпением ждут возможности получить указания от госпожи Телесии. Я, конечно, тоже так думаю».
«...Кэрол, ты и так уже достаточно сильна, как мне кажется».
«Что вы, я и в подмётки не гожусь госпоже Телесии».
Кэрол оценивала свои способности подобным образом, словно принижая себя.
Для Телесии это была крайне нежелательная оценка. Ведь Телесия ни разу не брала в руки меч на глазах у Кэрол. Более того, речь шла не просто об этом.
Последний раз Телесия держала меч в тот день, когда сражалась на деревянных мечах со старшим братом.
С тех пор прошло более двух лет, и Телесия даже не прикасалась к мечу.
Несмотря на это, обязанности Мечника-святого продолжали к ней приходить.
Тот факт, что она была Мечником-святой, было невозможно скрыть. Она не могла доставлять неприятности всему роду Астрея, поэтому покорно и безропотно подчинялась только этой роли.
«Тот, кто способен видеть, поймёт. Даже если никогда не видел этого вживую, когда госпожа Телесия возьмёт в руки меч, она, несомненно, проявит силу, до которой никому не дотянуться».
Телесия горько усмехнулась уверенным словам Кэрол.
Вместе с ней Телесия отправилась выполнять свою обязанность — обучать солдат.
Хотя это и называлось обучением, ничего грандиозного она не делала.
Она просто ходила и указывала на плохие стороны солдат, которые держали оружие и проводили обычную муштру.
Ужасная черта «Божественного благословения Мечника-святого» заключается, наверное, в том, что оно дополняет все инстинкты, связанные с боем. И это касалось не только техники меча. Копьё ли, топор ли — всё, что связано с боевыми навыками, — Телесия понимала, что хорошо, а что плохо.
Если указывать на каждую мелочь, движения солдат менялись до неузнаваемости.
И всё же, с точки зрения Телесии, их движения всё равно были полны недостатков, но даже такие небольшие изменения были огромной разницей для тех, кто был лишён таланта.
Телесия чувствовала себя неловко от благодарности и уважения.
Ей хотелось немедленно сбежать.
Сбежать подальше от этого места, от места, где её нежеланную силу желают.
Как и тогда, когда она получила «Божественное благословение Мечника-святого», Телесия отчаялась в своём положении.
Она хотела запереться в своей комнате, закрыться в своей скорлупе и надеяться, что волны судьбы утихнут.
— Возможно, это было наказанием за её надежды на других и уклонение от ответственности.
В Королевстве Лугника произошёл конфликт с крупным союзом полуросликов.
Он мгновенно переплёлся с глубоко укоренившейся в королевстве традицией презрения к полуросликам и, соединившись с многолетним недовольством полуросликов, живших в стране, вспыхнул.
Началась крупнейшая и худшая гражданская война в королевстве — «Война с полуросликами».
※※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※
Эта гражданская война, начавшаяся в восточной части королевства, с каждым днём становилась всё серьёзнее.
Поначалу казалось, что горстка полуросликов будет легко подавлена, но королевство недооценило глубину связей полуросликов, объединённых подпольными узами.
Более того, оказалось, что среди полуросликов был тот, кто сыграл роль связующего звена между различными расами, которые ранее не имели контактов, и пламя гражданской войны мгновенно распространилось по всем землям.
Водоворот бушующей войны безостановочно распространялся по королевству, и только когда за год его тушения не было достигнуто никаких результатов, королевство наконец признало, что это беспрецедентная ситуация.
«Приказываю Телесии ван Астрее, нынешнему Мечнику-святому. Как и рыцарям и солдатам, доблестно сражающимся за подавление мятежа, я ожидаю от тебя боевых заслуг».
Высшие аристократы, осознав, что это проблема всего королевства, и бросив в бой никогда прежде не виданные силы, не могли позволить себе держать в резерве сильнейшее существо — Мечника-святого.
Естественно, Телесии тоже было доставлено известие с требованием участия в войне.
— Настал час, которого следовало ожидать, и Телесия испытала невиданное доселе отчаяние.
Это были не те дни, когда она, по своему капризу, могла не брать в руки меч.
От неё требовалось не применять знания Мечника-святого, а применять силу меча как Мечника-святого.
Она не могла не взять в руки меч.
Драко