Не знал даже, кто это был, но какой же добрый человек попался.
Проводив взглядом уходящего красного паука, я сделал глубокий вдох и посмотрел на тюрьму.
Сюда я попал в последний раз примерно неделю назад? И теперь, когда осматриваешься по-новому, понимаешь — это действительно грандиозное сооружение.
Прошёл через ворота, пересёк двор, где стояли ряды огромных боевых мехов, и вошёл в здание. Встретила меня та самая сотрудница, что в прошлый раз меня сопровождала.
Увидев меня, она нахмурилась — совершенно без стеснения — и сразу заговорила: «Похоже, моё предупреждение оказалось бесполезным. Из-за столкновения восьмых классов прав доступа, связанных с Громовым Императором, тюрьма сейчас в состоянии большего хаоса, чем когда-либо прежде.»
«Да тут тихо же.»
Как и раньше, людей почти нет, и звуки едва слышны.
«Система тюрьмы дезориентирована. Изменение даже одного маленького правила может оказать серьёзное влияние на остальные. Чтобы додуматься до искажения правил, установленных городской системой... —»
Приглядевшись, я заметил, что с её лица несколько сошла кровь. Похоже, дела совсем плохи.
Я откашлялся и достал карту.
«Смотрите. Шестой класс.»
На карте с большой звёздной печатью глаза измученной сотрудницы широко распахнулись.
«!? Как за такой короткий срок вы... Нет, подождите, вы что, подбодрили принца Ангаса!?»
«?? Шестой класс — это ведь даёт право подать заявку на освобождение Клахи? Кстати, а Нора-принцесса приходила?»
Появилось какое-то незнакомое имя — принц Ангас, — но раз сотрудница здесь, значит, я ещё успел. Если бы Клаху уже освободили, она бы сказала об этом в первую очередь.
На мой вопрос лицо сотрудницы, которая ещё минуту назад нервничала, немного успокоилось.
«...Для подачи заявки на освобождение необходимо сначала встретиться с заключённым, а уж потом. Принцесса Нора пока не является. Однажды тюремный устав уже был изменён так, что подача заявок была приостановлена... но, похоже, принца Ангаса вернули. После изменения устава действует период ожидания, так что следующие пять минут переписывать правила ещё не могут. Если хотите, я могу провести вас.»
Ясно. Вот каково это — когда влиятельные личности могут безнаказанно менять правила. Для тех, кто работает с этими правилами, это, должно быть, настоящее мучение.
Как я вздохнул, резкий голос ударил в уши: «П-подождите! Эта экскурсия — моя!»
Я обернулся. Голос принадлежал пожилой женщине в роскошном алом платье. Золотые волосы, закрученные в локоны, фиолетовые глаза. Взгляд чуть кошачий, резковатый, но черты лица правильные, а в самих глазах горит какая-то первозданная энергия.
За ней выстроились солдаты — слегка напоминающие боевых мехов.
Сотрудница окаменевшим лицом произнесла её имя: «П-принцесса Нора...»
Принцесса Нора решительным шагом направилась к нам. Вблизи её глаза и правда сверкали, как у хищного зверя.
Окинув меня взглядом, она громогласно объявила: «Заявка ещё не подана? Тогда проводите меня первой. Из-за этого идиота Ангаса я потеряла кучу времени. Запасные телохранители — не забывайте своё место. Исчезнете. За неповиновение будете наказаны потом. Это приказ!»
Её голос, её выражение лица — всё выдавало человека, привыкшего отдавать приказы. Несомненная властная харизма заставила даже Лушу, которая до сих пор молчала, тихо вскрикнуть.
Но меня-то запугать так не получится. Я к ругани привык.
Чем бы парировать? Но прежде чем я успел раскрыть рот, сотрудница робко произнесла: «Принцесса Нора... простите за дерзость, но... заявка на освобождение ещё не подана, однако запрос на экскурсию уже был подан ранее. Если присутствует несколько человек, проводят в порядке подачи запроса.»
«Что сказала?»
Низкий голос. Под напором взгляда, пропитанного убийственным желанием, сотрудница попыталась улыбнуться — и провалилась.
«Э-это правило тюрьмы. Я бы с радостью отдала приоритет принцессе Норе, но ничего не могу поделать. Или вы намерены противостоять городской системе?»
«...!!!»
Принцесса Нора промолчала. Но её лицо мгновенно стало пунцовым.
Красная капля скатилась с губ и запачкала пол. Она вгрызлась зубами в собственную нижнюю губу.
В её выражении проступили бурные эмоции.
Буря ярости. Принцесса Нора топнула ногой.
Взметнулись волосы. Крик, пропитанный убийственным желанием, эхом пронёсся по зданию тюрьмы: «Ааааааааааааааааааа! Мерзавцы! Я вас всех убью! Ангаса, Тони, запасных, и вас, телохранители! Когда я стану королевой, всех, кто мне мешал, перебью! Вы посмели отнять его у меня! Я больше всех его люблю! Чёрт! Чёрт! Чёрт!!»
«...Клай-сама, я проведу вас.»
Сотрудница, побледневшая от вида принцессы Норы, повернулась ко мне.
Наверное, она хотела как можно скорее убраться отсюда. Принцесса Нора была как разъярённая драконица. Мне тоже хотелось бы свалить, но это невозможно.
В конце концов, я пришёл сюда именно затем, чтобы — защищать особ королевской крови.
Принцесса Нора, конечно, совсем не казалась типом, который можно превратить в марионетку дворян, но это уже не так важно. Она — объект моей защиты. Можно было бы, конечно, поручить это Кайзеру и его команде, но пока они не развернулись в полную силу, неплохо бы облегчить себе работу.
Я присел на корточки и, подойдя к принцессе Норе, которая яростно топала по полу, сказал: «Нора-сан, если вы не против... пойдёмте вместе?»
«...А?»
«Клай-сан!?»
Кул и остальные уставились на меня в изумлении. Сотрудница тоже потеряла дар речи. Но больше всех удивлена, пожалуй, сама принцесса Нора.
Она подняла на меня взгляд, которым смотрят на непонятное существо, и дрожащим голосом спросила: «Ч... что? Что ты сказал?»
«Вы можете договориться первой. Но есть условие — никакого промывания мозгов. Это же не то, чего вы хотите на самом деле? Я тоже так делать не буду. Громовой Император — не тот человек, которого можно подчинять промыванием мозгов.»
Я пришёл сюда, чтобы освободить Клахи. Но пройдёт ли заявка на освобождение — ещё вопрос. Ведь принцесса Нора подавала её раз за разом, и ничего не сдвинулось с мёртвой точки. Решение об освобождении принимает городская система. Значит, надо действовать как можно мирнее (читай — по обстоятельствам).
Я протянул руку. Нора-сан какое-то время смотрела на неё, потом резко оттолкнула и поднялась сама.
«Т-ты будешь об этом жалеть! Жалеть, что проявил милосердие ко мне, к Норе Код!»
«Мне-то что — ещё одна жалость в коллекцию не помешает. Моя коллекция жалостей только пополнится.»
«????»
В общем, пыл принцессы Норы, похоже, улёгся.
Кул и остальные были шокированы моей внезапной переменой решения, но ничего не сказали. Ну да ладно, давайте мирно.
Принцесса Нора обернулась к выстроившимся за ней солдатам — тем, кто не шелохнулся, пока она бушевала: «Ждите здесь. Я скоро вернусь.»
Ну что ж. Впервые за долгое время посмотрим — что сталось с «Тысячей Дней, Десятью Тысячами Цветов»?