Гаарк Вельтер.
Бывший Охотник, которого после выхода на пенсию переманила Гильдия Исследователей, — ныне он занимает пост главы столичного филиала Гильдии. Выдающийся человек.
Наверняка нет ни одного Охотника в столице, который о нём не слышал.
Он давно ушёл на покой, но слава его деяний во время активной карьеры всё ещё широко известна действующим Охотникам.
Человек, который виртуозно обращался с полэксом — громоздким и неудобным оружием, сокрушал все преграды на своём пути, уничтожая Монстров и Фантомов, и получил прозвище «Боевой Демон».
Его выдающееся боевое мастерство ставило его в число лучших даже среди Охотников седьмого Уровня.
Он покинул передовую и лишился Мана-Материала, из-за чего его сила несколько поубавилась, но даже теперь он не уступает действующим Охотникам. Охотники, которые слишком задираются и суются к сотрудникам Гильдии, получают от Гаарка чувствительную взбучку — таков неизменный колорит столичного филиала.
Однако Гаарк — один из важнейших людей столицы. Он занимает высокий пост и и без того занят переговорами с Империей и прочими делами.
Как бы там ни было, он не из тех, кому положено соваться на такую опасную передовую.
Свен с досадой делает замечание Гаарку, который впечатлённо прищуривается, словно наслаждаясь атмосферой Сокровищницы, в которую давно не заглядывал.
— Глава филиала, вы больше не Охотник, понимаете?
— Да, конечно. Ну, уж текущим Охотникам я всё равно не уступаю.
Гаарк хмурится и стучит кулаком по груди.
Его вид. Тяжёлая багровая броня, обтягивающая мускулистое тело без единого намёка на лишний жир, и Сокровищное Оружие в руке. Он был полон решимости.
А, ну да, он не понимает. Хорош ещё, заместитель главы филиала разрешил.
Свен тяжело вздыхает.
Действительно, Гаарк сохранил силу так, будто его десятилетний перерыв — лишь незначительный пустяк.
Вероятно, его Мана-Материал удерживался в теле на редкость хорошо. К тому же он продолжал тренироваться. Даже глазами Свена — он всё ещё вполне может считаться полноценным Охотником.
Но это вовсе не означает, что ему стоит вылезать на передовую.
Двое мужчин, похожих на сотрудников Института Расследования Реликвий, которых он притащил с собой, сморщивают брови от рычания Фантомов, доносящегося откуда-то невесть, и оглядываются по сторонам.
Институт Расследования Реликвий — это имперское подразделение, занимающееся изучением Сокровищниц и Сокровищного Оружия.
Расследование аномалий вроде той, что обнаружена в этой Сокровищнице, тоже входит в его компетенцию. По своей природе Институт тесно связан с Гильдией Исследователей.
Однако почти все его сотрудники — учёные, не имеющие боевого опыта.
И двое, которых привёл Гаарк, вряд ли обладают боевыми навыками, заметно превышающими уровень простого обывателя.
Свен, наблюдая за тем, как двое присели на корточки и, набрав пригоршню земли, о чём-то переговариваются, обращается к Гаарку.
— Это кто?
— На этот раз он выпросил значительное увеличение бюджета. Когда он говорит «это необходимо», отказать невозможно. Они не помешают.
В этих словах звучала такая убедительность, что Свен пока решил согласиться.
Спорить было не время, а жалобы всё равно бы не заставили их уйти.
Среди сотрудников Института Расследования Реликвий немало тех, кто смотрит на Охотников свысока, но раз Гаарк здесь — проблем быть не должно.
Лучше бы им держаться в пределах видимости и не выделываться.
Глава филиала — бывший высокоранговый Охотник.
Перерыв не помешает. А главное — участие бывшего Охотника, создавшего немало легенд, поднимет боевой дух.
А главное — у них самого права голоса нет.
Свен проводит его в центр лагеря и докладывает о ситуации.
Пока Свен, развернув карту, объясняет обстановку, Гаарк фыркает и ворчит.
На его лице читалась и облегчение от того, что успели, и напряжённая настороженность.
Один из сотрудников Института озвучивает свои сомнения по поводу доклада Свена.
— Слизень...? Из этой Сокровищницы выходили только волки. Донесений о появлении других Фантомов не было, а местность здесь непригодна для обитания слизней.
Это и сам Свен прекрасно знает.
Когда «Черно-Золотой Крест» прибыл к Сокровищнице, Свен не знал информацию от Клая. Но те, кто прибыл в качестве подкрепления, тщательно отсеяли все возможные варианты.
В тот момент, когда он уже собирался это сказать, второй сотрудник Института — который всё это время молча стоял, сложив руки на груди, — заговорил.
Резковзглядый мужчина средних лет. В его голосе сквозила горькая досада.
— Но это слова «Тысячи Превращений». Он, конечно, чудак, но аномалии в Сокровищнице не упустит. ...Нас тоже изрядно потрепали за это время.
— Потрепали...?
— Из-за того ублюдка, который безошибочно предсказывает аварии без каких-либо предвестников, нас считают некомпетентными. И на этот раз — если не укрепить численность и что-то случится, снова понесём ответственность перед начальством. Полный тупик. Чёрт...
Этот раздражённо топнувший по земле мужчина почему-то вызвал у Свена чувство родства.
— Я бы даже сказал, что лучше бы их разок и пропустили. Не кажется вам нелепым, что всё решают действия человека, который своё невезение списывает на везение?
— Эй, хватит, хватит.
— Да, пожалуй, перегнул.
Его пожурили по плечу, и он извинился.
Но слова этого человека изменили взгляды Охотников, которые до сих пор подозрительно поглядывали на Свена и его людей.
Подозрение ещё не улеглось окончательно, но насмешливая настороженность исчезла.
— Тем не менее, вероятность появления здесь какого-нибудь могучего слизня равна нулю. Нет, точнее — не существует Сокровищницы в пределах Империи, из которой выходили бы слизни, способные причинить вам вред. По крайней мере, на данный момент. К сожалению, мы умеем предугадывать, но не предвидеть. Полностью исключить возможность того, что эта Сокровищница специализируется на слизнях, я не могу, но — говорю как специалист, придерживающийся здравого смысла — маловероятно.
— Да, согласен.
Свен кивает на эти обиняки, пронизанные горькой иронией. Стоящий рядом Гаарк кривит лицо, но молчит.
Прецеденты резкого изменения свойств Сокровищниц существуют. Но за всю историю их зафиксировано лишь единицы.
А главное, даже «Черно-Золотой Крест» не смог бы справиться с подобным явлением.
— Есть ещё какие-то версии?
— Кто его знает. Нет ни малейшего представления, что может появиться. Если бы не приказ сверху, я бы сюда ни ногой.
Мужчина театрально пожал плечами и вздохнул.
Похоже, мужчина средних лет занимал более высокий пост — второй тоже смотрел укоризненно, но промолчал.
Похоже, все здесь были едины в одном желании — благополучно вернуться домой.
Ещё одна Партия вернулась, и часть карты обновилась.
— Если вероятность появления дикого слизня мала, а что если он не дикий?
Гаарк внезапно поднимает голову и обращается к Свену.
— Создание слизней — одна из фирменных техник Алхимиков. Дикий слизень такой силы — почти невозможен, но если речь о порождении Алхимика, вероятность всё же существует.
Свен задумывается над предложением Гаарка, а потом качает головой.
— Нет, маловероятно. Талантливый Алхимик, конечно, способен создать могучего слизня, но и у этого есть предел. Если уж тратить столько денег и времени на исследования в этой области, я бы занимался Магическими или Механическими Марионетками.
— У-у слизней... есть свои преимущества, Ситри-тян так говорила...
Талия — единственная Алхимик — вставляет замечание, но не оспаривает слова Свена.
Магия Алхимиков, в отличие от магии Магов, требует затрат и времени. Если тратить время на слизней — лучше потратить его на другую сферу. Это общее понимание.
Свен бросает взгляд на стеклянный флакон с тёмной жидкостью, висящий на его поясе.
— В любом случае, на худой конец, у нас есть Противослизевое Зелье. Правда, лучше бы оно не понадобилось.
— Только одна бутылочка, так что нужно быть осторожным.
Талия, напряжённо сжимая кулаки, кивает.
Единственный источник информации — слова одного-единственного Охотника. Никаких обоснований не было.
И всё же каждый присутствующий, в той или иной мере, настороженно относился к этим словам.
Настороженность была направлена и внутрь Сокровищницы, и в лес, который постепенно погружался в мрак.
— Кстати, тот парень, который зашёл в лес...
Он вернулся?
Но в тот момент, когда Свен собрался это проверить, его уловил едва слышный звук.
Настолько тихий, что его мог заглушить ветер. Он мгновенно стих, но Свен не ошибся.
— Один сигнал! Все — боевая тревога!
Свен кричит.
Одинокий свисток — сигнал обнаружения Монстра. Был ли он таким тихим потому, что у того, кто дал сигнал, не хватило времени на долгий свист?
Охотники, остававшиеся в лагере, выстраиваются в боевой порядок и готовят оружие.
Работа уже была на исходе.
Внутри Сокровищницы ещё оставались три Партии. Перед входом собралась почти вся мобилизованная группа Охотников.
Гаарк сжимает в руке Сокровищное Оружие — «Клык Ледяной Бури» — и с напряжённым выражением лица обращается к Свену.
— Эй, Свен. Откуда донёсся этот свисток?
Свен — Лучник. У него не только острый взгляд, но и отличный слух.
В замкнутом помещении с эхом определить источник звука было бы трудно, но в данной ситуации обмануться невозможно.
Свен успокаивает дыхание и впивается взглядом.
Он смотрит не на Сокровищницу, а в глубь чащи, куда направился рыжеволосый Охотник.
— В лесу... Не в Сокровищнице. Чёрт!
Деревья шумят, земля дрожит.
Из глубины леса доходит гулкая, пронизывающая до самых внутренностей вибрация.
Свистка уже не слышно.
Солнце уже село, и в и без того мрачных зарослях видимость ухудшилась до предела.
Маги среди Охотников произносят заклинания освещения. Мягкие световые сферы поднимаются в воздух и разгоняют тьму.
Двое не-бойцов из Института Расследования Реликвий пятятся назад. Свен вкладывает стрелу в лук и направляет его в сторону, откуда донёсся звук.
И из темноты, волоча ноги, вывалилась фигура.
— Ч...ёр...т... оно идёт.
Рыжеволосый Охотник. Но его лицо искажено, обе руки обрублены примерно посередине, обнажённая кость видна из-под рваной плоти. Кровь стекает струйками. Броня, которой было покрыто его тело, изуродована, а меча, который он держал, нигде нет.
Товарищи по Партии бросаются к ввалившемуся в лагерь мужчине, обнимают его и стаскивают назад.
Он полностью выведен из строя. Это не просто сломанные пальцы — без кистей обеих рук меч вряд ли удержишь.
— Хенрик, лечение!
— Да!
Целитель Хенрик подбегает по команде Свена.
С тревогой осматривая раны, он приходит в ужас.
Обе руки, словно вырванные и разорванные зубами, были ранены так, как невозможно обычным оружием.
Срезы были перекручены и изуродованы так, что даже при сохранении рук их шов был бы более чем сомнителен.
Свен тоже не мог понять.
Он сражался с бесчисленными Монстрами, но никогда не видел, чтобы какая-либо атака наносила подобные ранения.
Звук разрушения приближается всё ближе. Как будто огромное чудовище ломает деревья напролом и приближается.
Из ладоней Хенрика разливается тусклый белый свет.
Обнажённые кости и стекающая кровь на руках — за считаные секунды плоть разбухает и затягивает раны.
Кровь останавливается. Но потерянные кисти не вернуться.
Получая лечение от магии, рыжеволосый Охотник хрипло кричит.
— Хв...ех... Это не слизень! Ч... что за тварь — не подходите! Бегите!
Услышав эти слова, Партия, стоявшая на границе с лесом, отходит от зарослей и меняет позицию.
И перед боевым порядком наготове стоящих Охотников из глубины леса вышел монстр.
В свете магических огней, озаривших его, Свен расширяет глаза в ужасе.
— Сли...зень?
Это существо не было похоже ни на одно из тех, с кем Свен и его товарищи сражались раньше.
Оно почти не издавало звуков, но если прислушаться — можно различить странный шорох, словно мокрый тяжёлый предмет ползёт по земле.
Оно было огромно. Если судить по росту — выше Свена.
Человекообразное тело целиком алого цвета. Массивнее Свена, но если описывать его телосложение, «мощный» — не то слово. Скорее — бесформенная глыба.
— Оно... тает...?
Талия, поражённая непривычным видом, затаила дыхание и сделала шаг назад.
Эти слова заставили Свена заметить, что перед ним — нечто, отдалённо напоминающее Фантомов этой Сокровищницы.
Первоначальная форма почти утрачена.
Но если попытаться найти определение — это был «растаявший Волчий рыцарь».
Руки, ноги, шкура и броня — не только поверхность, но и более половины тела расплавились в жидкую жижу; существо едва держится на ногах, скорее обрушиваясь, чем стоя.
Только единственное, что осталось совершенно ясным — ослепительно мерцающий золотой зрачок — отражало фигуры ждущих его Охотников.
Существо с жидким телом.
Если перечислять только характеристики, его можно было бы назвать слизнем.
Но его облик был слишком агрессивным для этого слова.
Слизень — это «такое» существо, но перед нами была жизнь, потерпевшая крах в попытке обрести плоть.
На пути, который прошёл монстр, не осталось ничего.
Одна часть почти полностью расплавившегося плеча касается дерева — и дерево мгновенно ломается, рассыпается в щепки и рушится.
Не магия. Не атака. Просто прикосновение.
Поверхность тела, в которой уже невозможно отличить кровь от плоти, булькает и пенится. Один из сотрудников Института, не в силах вынести это зрелище, распахивает глаза до предела и прикрывает рот рукой.
Оно двигалось медленно — примерно с той скоростью, с какой раненый Охотник мог убежать.
Один из Охотников, пятясь назад, шёпотом произносит.
— Оно... умирает?
— Н... нет! С самого момента... с того мгновения, как я столкнулся с ним — оно было...
Тот самый «враг», которого «Тысяча Превращений» собиралась выставить против сильнейшего воина Клана.
Эти слова мелькнули в голове Свена. Он натягивает тетиву и кричит.
— Все — атака! Держать дистанцию и бить издали! Клай, ну-ка объясни мне, где тут слизень?! Да хватит трепаться!