Что именно пошло не так — даже сейчас, оглядываясь назад, он не мог понять.
Впрочем, для его профессии это было в порядке вещей. Он знал о рисках. По крайней мере, думал, что знал.
«Я был глупец» — вот что в тупом оцепенении думал Гайиро, сидя в одиночестве в углу роскошной комнаты.
Куро и Сиро составили план побега, который при восьмом уровне не мог увенчаться успехом, и покинули комнату. Последний взгляд, брошенный Гайиро, — смесь жалости и презрения, — не затронул его чувств.
Он был негодяем. Его изгнали даже из среды грубых охотников, и он, как Красный Охотник, творил всевозможные злодеяния.
В тенях Императорской Столицы он повидал всякое: ужасное, отвратительное, жалкое — и то, чего лучше было не видеть. Среди этого были и те, кому чужая жизнь ничего не значила.
Но «Тысяча Превращений» была совсем иным делом.
Прежде всего, когда Гайиро увидел «Тысячу Превращений», он ощутил странное несоответствие.
Даже среди Красных Охотников Гайиро отличался зорким глазом. Именно благодаря этому, не обладая выдающейся физической силой, он сумел стать довольно известным Красным и выжить.
От того мужчины не исходило присущей прошедшим через бои ауры доминирования. Не было в нём и тени, свойственной тем, кто знал тьму.
Прежде всего — в отличие от «Бесшумной Тени» и «Худшего из худших» — от него не пахло кровью.
Даже не будучи особо опасным охотником вроде «Бесшумной Тени», любой, кто занимался охотой за сокровищами, неизбежно впитывал в себя запах крови. И то, что Гайиро называл «ощущением», невозможно было смыть даже дорогим мылом.
Не чувствовать этого — для него был абсолютно новый опыт. Поэтому он с самого начала не понял, как себя вести, и ошибся в поведении. Теперь, оглядываясь, понимал — вёл себя как идиот.
Охотник восьмого уровня, который к тому же руководил такими опасными охотниками, как «Бесшумная Тень», — разве мог не быть замешан в жёстких делах?
Именно это и было доказательством того, что тот расслабленный, безразличный молодой человек — монстр, с которым Гайиро не мог тягаться.
Ни в коем случае нельзя привлекать его внимание. Насколько Гайиро мог судить, когда тот собирался избавиться от них перед началом путешествия, на его лице не было ни злобы, ни злого умысла.
Это означало, что для него жизнь Гайиро была ничуть не дороже камня у обочины. «Бесшумная Тень» захватила Гайиро и остальных, но даже этот факт, вероятно, не стоил для «Тысячи Превращений» ни малейшего внимания.
Куро сомневался, но, скорее всего, если бы они ничего не предприняли, их бы всё равно отпустили.
Нужно было прижаться, стать поменьше и хранить молчание — как человек, ждущий, пока пройдёт катастрофа. Закрыть рот, как моллюску, и стараться стать невидимым. Вот единственный путь для Гайиро и остальных выжить.
Ведь для него преступления, которые они совершили, не стоили даже того, чтобы называться преступлениями, — не стоили вмешательства, не стоили внимания.
В углу просторной японской комнаты он сидел, обхватив колени, в каменном оцепенении. Он невольно сосредоточил сознание, но криков Куро и Сиро не слышал.
Разумеется. Даже если бы что-то и случилось, Куро и Сиро были бы повержены прежде, чем успели бы издать хоть один крик.
И тут, словно выждав идеальный момент, кто-то постучал в дверь.
— Куро-сан, Сиро-сан, вы здесь?
— !?
Сердце выпрыгнуло из груди. На мгновение он принял это за галлюцинацию, порождённую отчаянием, но звук и голос не собирались исчезать.
Он поспешно поднялся. Колени чуть не подломились, но он как-то удержался и торопливо стал отпирать замок.
Замки этой гостиницы перед восьмым уровнем были ничём, а уж учитывая имя, которое произнесла «Тысяча Превращений», выбора — не открыть — просто не существовало.
Куро и Сиро вышли, чтобы украсть ключ от ошейника у «Тысячи Превращений». Что из этого вышло — Гайиро не знал, но то, что «Тысяча Превращений» назвала только их имена, едва ли было совпадением.
А то, что были названы только имена Куро и Сиро, означало — тот голос по сути был обращён к Гайиро.
Он открыл дверь. Появившийся молодой человек, увидев Гайиро, выразил удивление. Как и прежде, его осанка была испещрена брешами, и от его тела не исходило никакой агрессии.
За его спиной стояла Ситри Смарт — полная его противоположность, окутанная густой аурой насилия, — и, как и прежде, смотрела на Гайиро холодной улыбкой, от которой бежали мурашки по спине.
— Ой? А где Куро-сан и Сиро-сан?
Ну что за бессмысленный вопрос...
На его лице и в его тоне не было ничего неестественного. Он выражал удивление так, будто ничего не знал, но глаза Гайиро теперь было не обмануть.
«Где они?» Если что-то и случилось — так это ты или «Худший из худших» за твоей спиной что-то натворили!
Он хотел закричать так, но голос не повиновался. Изо рта вырвалось лишь слабое, дрожащее звук.
Сердце колотилось как бешеное. Гайиро был уверен, что «Тысяча Превращений» не интересуется им, но страх остаётся страхом.
Что он скажет, что он сделает — полная неизвестность пугала больше всего.
— Я... я пытался... остановить их... Куро и Сиро... пошли... украсть у тебя ключ...
Вспоминая теперь, он понимал, как безумно непродуманным был этот план. В замыслах Куро и Сиро было слишком много надежды на удачу, и без везения задуманное было невозможно.
Обычно этот план стоило лишь обронить, чтобы рассмеяться и отмахнуться. То, что Куро и Сиро всё-таки его осуществили, можно объяснить лишь одержимостью.
Нет, вероятно, и они, каждый по-своему, тоже оказались под влиянием этого человека перед ними.
Чёрноволосый молодой человек, выслушав слова Гайиро, несколько раз моргнул с удивлённым выражением и медленно поднял цепь, висевшую у него на поясе.
На цепи, среди бесчисленных драгоценностей, висели такие же два ошейника, какой был на шее Гайиро.
Клай Андрих, словно только что всё осознал, хлопнул себя по ладони. Жест был настолько нарочито простым, что хотелось рассмеяться, но при этом в нём не было ни капли притворства.
Если бы Гайиро не знал обстановки, он бы тут же отнёс того к категории безнадёжных идиотов — вот такой это был жест.
«Тысяча Превращений» усмехнулась и оглянулась назад. В отличие от неё, в глазах Ситри всплыло холодное чувство, от которого мутило по спине.
— Ситри, похоже, они ускользнули. ...Есть проблемы?
— Нет... полагаю, особых нет. Они вряд ли зашли слишком далеко. Если нужен удар наповал, могу отправиться сама — — Нет, нет, всё в порядке. Не в этом смысл. Некуда спешить — нет смысла беспокоить Рийз, которая отдыхает. А, да. Просто немного изменились планы. Кстати, это чисто из любопытства — И Клай почесал щёку, нахмурился и посмотрел на Гайиро.
В бездонных чёрных зрачках отражалось изможденное лицо Гайиро. Выражение полного непонимания пронзило холодком спину.
И «Тысяча Превращений» произнесла: — Почему, Гайиро-сан, ты не сбежал?
§ § § Я облажался...
Слова Гайиро-сана оказались как удар молнии в ясном небе.
Я и представить не мог, что Куро-сан и остальные пойдут на такой отчаянный шаг. Ведь я же обещал передать им ключи — как можно было такое предположить?
Ну ладно, если уж быть честным — увидев незнакомый ошейник в шкафчике и не осознав, что это сигнал к побегу, я сам виноват. Но моё непонимание — это отдельная тема, её можно отложить. Будем считать, что виновато моё волнение из-за дракона в горячем источнике.
Впрочем, это не фатальная ошибка. Я и так собирался их отпустить, так что произошло лишь небольшое ускорение событий.
Ситри тоже сказала, что проблем нет, и преследовать их не нужно. Если бы украли Сокровищное Оружие, возможно, пришлось бы отправить за ними Рийз, но, к счастью, всё Сокровищное Оружие было отнесено в горячий источник. Пусть кража ключей станет их последним преступлением.
Но почему Гайиро-сан не сбежал?
На вопрос, который сорвался у него с языка, Гайиро-сан с ужасом распахнул глаза.
За всё время путешествия постоянное дежурство, видимо, дало о себе знать — глаза впали, щёки ввалились, прежняя резкая, воинственная внешность была полностью утрачена. Размер тела не должен был измениться, но создавалась полная иллюзия, будто он уменьшился на целый размер.
Тело пошатнулось и рухнуло на пол, словно подрубленное. Вопрос был задан из простого любопытства, но лицо Гайиро-сана побледнело, и зубы стучали друг о друга.
Может, я задал неудачный вопрос? Осознанно он не понимал, но, спокойно подумав, понял — кражи и побеги являются преступлениями, и спрашивать, почему человек их не совершил, может быть неловко.
Гайиро-сан поднял на него широко распахнутые глаза и в отчаянии дрожал губами.
— Я... я...
— Нет, извини, извини, не отвечай. Мне просто стало немного интересно — Бежит он или нет — какая разница. Для Гайиро-сана и остальных это могло быть важно, но для меня это просто отпуск.
Успокаивающе произнеся это, он бросил ключ перед Гайиро-саном и широко зевнул.
Ну, неприятности исчезли — значит, всё хорошо.
— На самом деле, сейчас будет Драконья Партия. Раз уж ты остался, Гайиро-сан, приходи.
— Да... похоже, я действительно остался. ...Да, объёмы, полагаю, нормальные.
Впрочем, «Драконья Партия» — довольно странное словосочетание. Он невольно улыбнулся, и Ситри, как обычно, взяла его за руку со своей обычной мягкой улыбкой.
§ § § Будто сама богиня удачи им улыбнулась — план Куро и Сиро развивался безукоризненно.
Они сняли ошейники, покинули гостиницу, не привлекая внимания персонала, забрали спрятанные припасы и добрались за пределы города.
Добравшись сюда, они могли свободно бежать за границу или вернуться в Императорскую Столицу и затаиться. Но расслабляться ещё рано.
Вызвать карету не удалось. Слишком броским было бегство, и было решено не добавлять поводов для погони.
Приглушив шаги и намеренно свернув с дороги, они бежали десять-четырнадцать минут. Когда город скрылся из виду, Куро и Сиро остановились.
Несмотря на безукоризненный побег, их лица были бледны.
Они отпили воды из фляги, тяжело дыша, и посмотрели в сторону города.
В голове не отпускала последняя фраза «Тысячи Превращений».
— Почему... почему тот мужчина отпустил нас?
— ...Откуда мне знать? Мысли уровня восьмого охотника...
«Может, воры...»
Тот голос был определённо обращён к ним.
Сказано ли это было, чтобы мягко отвратить от воровства, или чтобы дать понять, что на воровство закроют глаза, — умом Куро это определить не мог. В любом случае, раз им удалось убежать так далеко, стоит считать, что их простили.
Сиро, побледнев, спросил: — ...Куда бежать? За границу или обратно в Императорскую Столицу?
Куро и Сиро были выходцами из Императорской Столицы. В их укрытии оставались вещи и деньги. Для укрытия хватало всего.
Но «Тысяча Превращений» была охотником, базировавшимся в Императорской Столице Зебульдия. Если вернуться — неизвестно, что будет.
Даже если «Тысяча Превращений» и простила Куро и Сиро, «Бесшумная Тень» и «Худший из худших» не станут их отпускать.
Куро произнёс с решимостью: — За границу. Если они на нас положили глаз — Зебульдия слишком опасна.
— Да... я тоже так думал.
На эти слова Сиро, озираясь по сторонам, ответил. Похоже, он был так же ошарашен.
Если убежать далеко за границу, то даже «Бесшумная Тень» вряд ли станет преследовать. Та женщина не была настолько одержима Куро и Сиро.
Сиро достал из сумки карту Зебульдии и развернул. Простенькую, но достаточную, чтобы определить, в каком направлении лежит кратчайший путь к границе.
И Куро, и Сиро изначально обладали неплохими способностями как охотники.
Нет — если вспомнить тот адский марш, то каким бы ни был следующий кошмар, они смогут его пережить. Так он чувствовал.
Глаза Сиро горели пламенем жизненных сил. Он увидел надежду и хотел любой ценой её использовать.
Куро чувствовал то же самое. Сиро коротко спросил: — ...Как бежать?
Город Сурус был окружён горами с трёх сторон. Если бежать — то по той же дороге, которой они пришли, но это значит, что маршрут побега легко предсказать.
Какой маршрут наиболее вероятен — ...
И в этот момент, когда он уже начал размышлять, в голове Куро вдруг всплыло событие из кареты.
Он внимательно изучил карту. Неподалёку от Суруса, почти на расстоянии вытянутой руки, находился обширный регион.
Территория у границ Империи Зебульдия — меч империи, отражающий монстров, фантомов и захватчиков.
Сильный рыцарский орден, почти не поддающийся взяткам, и земля, где обладателям пятен на репутации лучше не появляться.
И место, куда «Тысяча Превращений» категорически не хотела ехать.
Куро сухим голосом принял решение: — Графство Градиус... прорвёмся через него. Через горы.