В воображаемом мире, где Солнечный Бог, Лунный Бог и Глэр были временно заключены.
— У меня нет никаких таких воспоминаний, сколько ни перебираю в памяти…
Лунар, которая обильно потела, наблюдая за записями нулевого цикла, пробормотала, дрожа.
— Я не могу это принять. Это абсурд.
— Сестрёнка, у тебя тоже нет никаких воспоминаний об этом, верно?
— Конечно… У меня нет никаких таких воспоминаний…
— Именно. Это ловушка того глаза. Кто вообще отдал тот кулон? Это наверняка проделки той штуки.
Пытаясь унять своё сердце, Лунар пробормотала про себя после услышанных слов.
— Н-Наша милая малышка, можешь передать сообщение Герою? Содержание такое…
Пока Лунар, всё ещё дрожа, собиралась попросить о чём-то, поглаживая Глэр по голове…
— Но, Лунар, тут что-то не так.
Солнечный Бог, который обычно имел рассеянное выражение лица, заговорил с серьёзным видом впервые за долгое время.
— Воспоминания странные.
— До сих пор я думал, что именно я создал мир… но по какой-то причине я не могу вспомнить момент творения.
Солнечный Бог, говоривший неуверенным тоном, посмотрел на Лунар с озадаченным выражением лица.
— Если бы я его создал, мир не был бы…
— Это… из-за Эклипс. Она вмешалась и сделала всё именно так.
— Когда она вмешалась? Как началась война? Ты знаешь?
Лунар замолчала, услышав эти слова.
«Неужели… наши воспоминания тоже стёрли?»
Пробормотала она с пустым выражением лица и продолжила.
«Даже воспоминания нас, богов, стёрли? Когда сам нулевой цикл исчез?»
«Похоже, так и есть. Иначе это не имеет смысла…»
Лунар, внезапно отчаянно закричав, открыла чат.
«Нет, Старшая Сестра!! Обычно я так не называю тебя из-за огромной разницы в возрасте… но выходи!»
«Л-Лунар, успокойся…»
«Ты Богиня-Творец, ты должна знать! Скажи нам, правда это или ложь…»
Пока Лунар отчаянно стучала по клавишам и колотила в крепкие стены вокруг них, сквозь стену рядом с ней начал просачиваться звёздный свет.
Наконец чёрная стена разлетелась на части, и в проёме появилась потрясающе красивая женщина, окутанная звёздным светом.
«Что за дело? Ты наконец-то позвала меня «сестрой»… Ужас как давно. Но сейчас я в мужском облике? Это немного неловко, знаешь.»
«Т-Ты выглядишь как женщина.»
Звёздный Бог, шатаясь с пунцовым лицом, икнул и моргнул, услышав слова Солнечного Бога.
«Ага, я вытащила своё истинное тело, чтобы проникнуть сюда после столь долгого времени… Ик, не стоит так легко налегать на этот облик…»
«Почему ты столько пьёшь… Ладно, просто ответь на вопрос.»
По какой-то причине старшая сестра, утратив всякий авторитет Богини-Творца и подсела на алкоголь, наблюдала издалека. Лунар, посмотрев на неё своим обычным раздражённым выражением, пришла в себя и заговорила.
«Правда ли это с нулевым циклом? Не может быть, верно? Этого просто не может быть.»
«Если это правда — это худший из возможных сценариев. И ужасно трагично. Внешний Бог нас обманул, верно?»
Звёздный Бог молчал, серьёзно нахмурившись.
Лунар, заговорив с искрой надежды, начала нервно потеть, наблюдая, как Звёздный Бог погружается в глубокое молчание.
Ты шутишь, да? Пожалуйста, скажи, что шутишь.
— Нет, нет. Не делай такое лицо. Пожалуйста…
— Теперь понимаешь, почему мне пришлось стать алкоголичкой?
Услышав эти слова, Лунар подкосились ноги, и она упала на землю.
— Раз это существо раскрыло правду первым, я не нарушу правил, если подтверждаю…
— Я надеялась, что они вспомнят, поэтому и отдала ему медальон, но даже не представляла, что хранящиеся в нём воспоминания проявятся. Это существо поистине отвратительно.
Произнося эти слова, Звёздный Бог отпила из бутылки — её выражение сегодня было необычно удрученным.
— Я бесчисленное множество раз говорила вам, что миром кто-то манипулирует, но теперь всё превратилось в размытое пятно.
— Нам нужно вмешаться немедленно. Если прямо сейчас не прервать это Испытание —
— Мы опоздали. Это существо ждало именно этого момента.
Звёздный Бог говорила тихо, но с нажимом, крепко сжимая бутылку в руке.
— Я привела своё истинное тело — берегла его, пока не восстановила хоть немного сил, — но это существо вливает в себя всю мощь, накопленную благодаря пожиранию множества измерений. Поэтому я пришла, чтобы хотя бы вас всех спасти.
— Почему… зачем оно это делает? Зачем расходовать всю силу, собранную бесчисленными измерениями, только ради того, чтобы поглотить наше?
— …Потому что наше измерение этого стоит.
Взгляд Звёздного Бога был прикован к Фрею и Руби, которых окутывал свет медальона, — они возвращались в реальность.
Бутылка, которую она держала, разбилась, и осколки выскользнули из её руки.
— Тогда… что нам делать? Если даже вы не можете вмешаться…
Звёздный Бог медленно поднялась и направилась к выходу, который создала, и тихо добавила.
Небо в реальном мире, видимое сквозь выход, потемнело.
На мгновение закатное солнце в небе и взгляд Звёздного Бога скрестились.
[Г-Герой, Лунный Бог говорит, что то, что ты видел, — ложь. Она утверждает, что у неё нет воспоминаний об этом!]
[А… Солнечный Бог говорит, что их воспоминания были стёрты…]
[Звёздный Бог говорит о значении кулона…]
Фрей, читавший сообщения, появлявшиеся перед ним с удрученным выражением лица, закрыл окно, даже не дочитав их до конца.
Вернувшиеся воспоминания уже смутно говорили ему, что всё это было по-настоящему. Но только что полученные сообщения подтвердили это, окончательно закрепив всё как непреложную истину.
В ситуации, где не оставалось ни тени сомнения, Фрей схватился за бьющееся, ноющее сердце и тяжело дышал.
— Почему ты так тяжело дышишь, идиот?
Когда он протянул руку, Руби, окутанная светом и прильнувшая к нему, попыталась его утешить.
К счастью, на этот раз его рука не прошла сквозь неё. Рука Фрея нежно коснулась щеки Руби.
— Твои руки по-прежнему такие же грубые.
— Именно поэтому ты всегда трёшься щекой обо меня, а не гладишь руками.
Ощутив знакомое прикосновение его руки, огрубевшей от жестоких тренировок и сражений, Руби на мгновение закрыла глаза, а потом медленно открыла их и посмотрела на него.
Прежде чем она успела это осознать, Фрей плакал, уткнувшись головой ей в грудь.
— Всё хорошо, всё хорошо… мой Фрей.
Глядя на него с невозмутимым выражением лица, Руби подумала: «Был маленьким котёнком — так и останешься маленьким котёнком» — и начала нежно гладить его по спине.
— Ничего не хорошо… ничего не хорошо…
— Мерзавец. Я в порядке, так почему ты так много говоришь?
— С каждой моей регрессией, с каждой регрессией Ферлоша… ты, должно быть, так много перенесла…
Произнеся это, Фрей задрожал.
— Какая тебе разница, чего ты не помнишь? Тебе наверняка было ещё тяжелее, когда я постоянно на тебя охотился.
— Не переживай из-за каждой мелочи.
Руби произнесла это холодно и слегка неловко улыбнулась.
Но её слова были правдой лишь наполовину.
— …На самом деле мы оба помнили, разве нет?
— Подсознательно, я имею в виду.
Хотя сам нулевой цикл полностью исчез, воспоминания оставались в подсознании, еле ощутимо влияя на них.
— Моё стремление быть твоим любимым, выбор того пути во время путешествия по Западному континенту…
— Значимые слова, которые ты сказала во время Третьего Испытания…
Зрачки Руби слегка дрогнули, услышав его слова.
— Что я с тобой сделала…?
— Перестань себя винить…
— Проклятие, которое я наложил на тебя во время Третьего Испытания… это проклятие… фу…
Проклятие, замедляющее цель и причиняющее невыносимую боль вплоть до самой смерти. Осознав, что он использовал это проклятие против Руби, Фрей поднял бледное лицо и посмотрел на неё.
— Та жестокость, что я обрушил на тебя, желая быть твоим любимым? Те чудовищные пытки?
— Я причинила тебе такие же пытки.
— Я думал, что ты не понимаешь любви. Что тебя никогда никто не любил. Ты отдала всё ради меня…
— Ты сделал то же самое, Фрей.
Обняв Фрея, Руби прижалась щекой к его шее и прошептала.
— Виноват тот демон с глазом. Ты ни в чём не виноват.
Руби утерла слёзы Фрея рукой, а затем поцеловала его глаза.
— Мы снова встретились после стольких лет… Ты и дальше будешь показывать мне такую свою сторону, Фрей?
Их лица сблизились, мальчик и девочка смотрели друг на друга.
Их пальцы переплелись, и языки сплелись.
Горячие слёзы катились по их щекам.
Было непонятно, плакал ли Фрей, Руби или оба.
Они оставались переплетёнными, пока слёзы не прекратились.
— …Как ты вернула свои воспоминания?
Пройшло долгое время, прежде чем Фрей отстранился от Руби и спросил, стараясь унять свои чувства.
— Система исчезла, и по мере того как мой ум прояснялся, бесчисленные регрессии постепенно возвращали воспоминания.
Но, услышав эти слова, разум Фрея вновь раскололся.
— Прости… Прости…
— Ты сделал гораздо больше, чем я. Так за что ты извиняешься?
— Это было так больно… и мучительно…
Руби снова обняла его и начала говорить с улыбкой.
— Каждый раз, когда я регрессировала, я каслась тетради Розын, постепенно возвращая воспоминания. У этой тетради была способность возвращать забытые воспоминания, даже самые глубоко подсознательные.
— Как только я вернула все свои воспоминания, я сосредоточилась на «искуплении» из-за накопившихся грехов.
Руби говорила с печальным выражением лица.
— Я так сильно разрушила этот мир. Я убила столько людей и столько всего погубила.
— Нет, нет! Это не было твоей виной —
— Даже если я теряла память, мои грехи не исчезали. Единственный способ стереть эти грехи был через задание на искупление.
Руби продолжила с грустным выражением лица.
— Я пыталась отвергнуть судьбу, как в нулевом цикле.
— Я продолжала искупление, думая, что оставшаяся сила Короля Демонов могла сохраняться из-за моих грехов. Так что не переживай слишком сильно.
Услышав это, Фрей настойчиво спросил.
— Значит, тебе удалось противостоять судьбе?
— …Я провалилась. Демон Глаз был тщательно готов.
Руби тихо рассмеялась и начала гладить Фрея.
— Из-за этого я без необходимости обременила их. Когда они узнают правду, эти добрые люди непременно будут терзаться чувством вины.
— Поэтому, пожалуйста, скрой правду.
Внезапно по щекам Руби потекли слёзы, и она тихо произнесла.
— Фрей, у меня есть желание. Ты его исполнишь?
Фрей с растерянным выражением лица схватил руки Руби и произнёс.
— Я исполню всё. Абсолютно всё. Только скажи. Даже если это сожжёт мою душу, я —
Руби мягко прижала лоб к его лбу и продолжила дрожащим голосом.
— Убей меня. Уничтожь меня. И заверши Четвёртое Испытание, этот бесконечный цикл трагедий.
Перед её глазами возникло окно задания — не похожее ни на одно из прежних, окрашенное в чёрный цвет.
Награда: гарантированное уничтожение души, демонификация…
Руби, которая всё это время молча смотрела на окно Системы, наконец оттолкнула его и спрятала голову у Фрея на груди.
— Ты должен двигаться дальше.
Слёзы бесконечным потоком текли из глаз девушки, решившейся пожертвовать всем ради мальчика.