Герой Фрей и Король Демонов Руби сражались уже целый день.
Демоническая энергия Руби и звёздная мана Фрея столкнулись с ожесточённой силой, породив пугающе мощный удар.
И мальчик, и девочка были тяжело ранены — на их телах не осталось ни единого неповреждённого места.
Окрестности замка Короля Демонов были обращены в руины, не поддающиеся описанию. Мощь Руби, сильнейшего Короля Демонов за всю историю, и доблесть Фрея, облачённого в Геройское Вооружение, были таковы.
— Я даже своим глазам не верю…
Отряд Героя, который всё это время сдерживал Армию Короля Демонов, не позволяя ей вступить в бой на стороне Руби, лишился дара речи.
Даже издалека, лишь наблюдая за обрывками сражения, и Армия Короля Демонов, и Отряд Героя были подавлены этим мифическим столкновением.
Однако у всего есть конец. Каким бы равным ни был их бой, он не мог длиться вечно.
Решающим стал отчаянный удар мечом Фрея, нанесённый в моментную брешь в обороне. Это была битва за то, кто нанесёт последний удар первым, и победителем вышел Фрей.
Руби пошатнулась, выплёвывая кровь. Фрей схватил её и впечатал в землю.
Так, спустя долгое время, они наконец оказались лицом к лицу.
— Жаль... Я могла бы уничтожить весь мир.
Фрей попытался что-то сказать, но Руби отвела взгляд и заговорила.
— Чего ты ждёшь? Добивай поскорее.
— Можно задать один вопрос?
— Дерзкий невежа. Ты думаешь, у тебя есть привилегия–
— Почему ты позволила мне победить?
Руби замолчала, услышав его слова.
— Ты могла бы легко уклониться от последней атаки, разве нет? Нет, сам факт того, что ты показала брешь, уже странен.
— Я постоянно думал во время нашей битвы: почему всё это кажется таким неправильным, Руби?
Руби молчала. Фрей тихо протянул руку и коснулся её щеки.
— Как я и думал, ты позволила себя развратить намеренно.
— Потому что одному из нас нужно умереть, ты решила взять всё на себя и умереть сама, ведь так?
Долгое молчание Руби, похоже, подтверждало слова Фрея. Терпеливо ожидая, Фрей нежно погладил её по щеке.
— Эй, Руби. Я всё ещё тебя люблю.
— Кто спас мою мать? Кто восполнил жизненную силу мне и Серене? Кто спас всех этих детей?
Произнеся это, Фрей прижал свою щеку к её щеке с грустной улыбкой.
Но Руби оттолкнула его, и её взгляд стал холодным.
— Убей меня быстро, Фрей.
В конце концов её холодное выражение лица дрогнуло.
— Пока я ещё не забыла тебя.
Услышав это, Фрей крепко зажмурился и поднял меч, висевший у него на поясе.
Рука, державшая меч, начала дрожать.
Руби настаивала, твёрдо, но мягко.
— Ты — самое яркое существо в моей долгой жизни.
Когда дрожащая рука Фрея успокоилась, Руби, чувствуя приближение конца, закрыла глаза и прошептала тихо.
В следующий момент Фрей замахнулся мечом со всей силой.
Думая, что всё кончено, Руби размышляла о том, каким ужасным может быть чистилище.
Но боль, которую она ожидала, так и не наступила.
Затем, с выражением недоумения на лице, она открыла глаза.
Вместо того чтобы пронзить её сердце, меч Фрея застрял в земле.
— Ой, рука соскользнула.
— Ты… что ты делаешь…
— Руби, я не могу тебя убить.
Увидев это, Руби растерянно посмотрела на него, и Фрей, взяв её за руку, заговорил.
— Я лучше откажусь от роли Героя, чем убью тебя.
— Не будь ребячливым! Это не шутка…!
Повысив голос, она в ужасе распахнула глаза.
Его тело стало чёрным, как смоль.
— Наконец-то эффект начинает проявляться.
— Я превратил себя в демоническое существо, Руби.
Руби коснулась разлагающегося тела Фрея и с криком отшатнулась.
— С помощью «Контроля Разума» я не позволяю себе возненавидеть тебя и превратиться.
— Ты сошёл с ума? Зачем ты это —
— Чтобы избежать судьбы Героя.
— Чтобы избежать судьбы — убить тебя, я изучал и изучал магию превращения в демоническое существо вместе со всеми. Конечно, поначалу все пытались меня остановить, но… в итоге у меня получилось.
Пока он говорил, изо рта Фрея начало сочиться кровь.
— П-подожди, подожди секунду…
— Однажды в этом мире внезапно появится загадочное демоническое существо. С телом демонического существа и осквернённым сердцем мир никогда не признает меня Героем.
Слова Фрея оказались правдой.
«Благословение Звёзд», его сила и «Сила Героя» начали угасать.
— Похоже, это был правильный ответ.
— С-сумасшедший ублюдок!!
Наблюдая за тем, как его состояние ухудшалось, Руби заговорила паническим голосом.
— Тебе придётся всю жизнь находиться под постоянным наблюдением, чтобы не превратиться полностью в демоническое существо! Ты проведёшь всю жизнь в муках и ужасе!!
— Убить тебя и всю жизнь мучиться чувством вины… Это кажется мне гораздо худшей судьбой…
— Идиот! Дурак!!
— Я… буду любить тебя вечно… Руби…
Наблюдая за тем, как Фрей становился всё темнее, Руби стиснула зубы и задумалась.
…Мне нужно сбежать от судьбы быть Королём Демонов раньше него.
Если я быстрее сбегу от судьбы Демона, судьба Фрея как Героя может сохраниться. Тогда он сможет в какой-то мере противостоять демонизации.
Это было просто, но в этом плане был изъян.
Ей нужно было прямо сейчас поскорее сбежать от судьбы Демона.
Подобно Фрею, стоит ли ей внедрить звёздную ману в своё тело?
Или использовать контроль разума, как он?
Пока она была погружена в раздумья, Фрей, который стонал над ней, внезапно замолчал.
Он рухнул на неё с улыбкой счастливее, чем когда-либо.
— …Это может быть в последний раз, можешь мне кое-в чём помочь.
Услышав эти слова, из глаз Руби потекли слёзы. Состояние Фрея было критическим — именно таким, как он и говорил. Побочные эффекты демонизации оказались сильнее, чем он ожидал. Его тело не могло полностью справиться с трансформацией.
— Пожалуйста… Прочитай вслух, что ты написала в своём письме мне.
Как маленький ребёнок, Фрей умолял, слёзы проступая в его глазах.
— Ты ведь ни разу этого не говорила до сих пор…
— Я всегда хотел услышать это хотя бы раз, твоими собственными устами…
Пока он боролся, чтобы не закрыть глаза, Руби спрятала лицо у него на груди и произнесла дрожащим голосом.
«Я буду любить тебя вечно, Фрей.»
Впервые Руби признала свои чувства перед ним, и после этих слов она расплакалась.
— Так что… пожалуйста, не уходи от меня…
— Я наконец поняла… что я тоже тебя люблю…
Тот день стал первым в истории, когда демон — раса, никогда не любившая и не понимавшая любовь, — осознал её.
И в тот исторический момент перед их глазами начало твориться чудо.
Тьма в её разуме, сосредоточенная на ненависти и разрушении, начала рассеиваться.
Демоническая энергия внутри неё начала исчезать.
— Как это может быть…?
И Руби, и Фрей были поражены выражением шока при виде этого беспрецедентного явления.
В идеальной гармонии скорость, с которой начала растворяться их судьба, стала совпадать, выстраиваясь чудесным образом.
Фрей и Руби одновременно пошатнулись, ощутив лёгкое головокружение.
Судьба Героя и Короля Демонов исчезла одновременно в тот самый момент.
Освободившись от огромного бремени быть Героем и Королём Демонов, теперь уже просто мальчик и девочка смотрели друг на друга в замешательстве.
Звёзды на ночном небе в тот вечер сияли особенно ярко.
«Наконец… всё закончилось.»
Через несколько часов, в неизвестном пространстве.
«Я даже не представляла, что всё закончится именно так. Мои творения, избавившиеся от своей судьбы вместе.»
В том пространстве Богиня Солнца с выражением восхищения наблюдала за мальчиком и девочкой, которые, держась за руки и прижавшись щеками, сидели на земле и уставились в ночное небо.
«Так тебе не нравится?»
«О чём ты говоришь? Это самая прекрасная развязка из всех возможных.»
Богиня Солнца, поспешно качнув головой в ответ на прямой вопрос своей сестры, Богини Луны, тихо пробормотала.
«Мир, который я изначально хотела, был наполнен именно таким счастьем. Как визуальный роман или любовный роман.»
«Опять твоя культура Голубой Звезды? Тебе никогда не надоедает?»
«Не унижай субкультуру Голубой Звезды! Голубая Звезда — это нейтральная зона с высокоразвитой культурой—»
«Хватит, хватит. Разговаривать с моей сестрой-тунеядкой, которая создала мир как игру — это просто трата времени. Если бы Бог Звёзд не исчез внезапно, ты никогда не стала бы главным божеством.»
Богиня Луны оборвала речь Богини Солнца, а затем повернула взгляд вниз.
— Фрей, я не знаю, что там произошло, но, кажется, всё хорошо закончилось, верно?
— Да, да, вроде бы так…
Демонификация Фрея была успешно остановлена совместными усилиями двух богинь, а раны Руби исцелены. Фрей и Руби, с ярко покрасневшими щеками, продолжали разговор, прижавшись друг к другу.
— Руби, ты помнишь, что ты написала в письме? Что ты — мой драгоценный камень.
— Почему ты вспоминаешь это сейчас? Я тогда была так взволнована…
— Тогда я буду твоей звездой. Как тебе?
— Прекрати… от этого мурашки по коже…
На губах Лунар, Богини Луны, невольно расплылась улыбка. Будучи богиней луны и ночи, молодые влюблённые всегда были для неё радостным зрелищем.
Для неё ночь, проведённая такими влюблёнными, была как особое угощение.
— Вот, это тебе, Фрей. Я изначально собиралась отдать это тебе тогда…
— Это… подвеска?
— Легендарный артефакт, способный хранить драгоценную сокровищницу. Без воспоминаний о сокровище внутри его никто не сможет открыть. Я забрала его из сокровищницы замка Короля Демонов.
Лунар, наблюдая за мальчиком и девочкой, начала задаваться вопросом.
Когда они наконец решатся?
Их языки вскоре переплелись. При таком раскладе было совершенно очевидно, что она сможет восстановить свою энергию до конца ночи.
В тот момент, когда она думала об этом, Розвин, Серена и Ария вместе с Отрядом Героя начали бежать к ним издалека.
— Это нужно записать! Куда делась моя магическая записывающая камера…
— Эм, Руби. Насчёт нашего пари…
— Ну… Чем больше, тем веселее, верно?
Сначала Лунар нахмурилась из-за испорченного настроения, но вскоре улыбнулась и пробормотала.
— Все, собирайтесь сюда! Делаем памятное фото!!
Тем временем атмосфера быстро превратилась в хаос.
Когда все собрались вокруг Фрея и Руби, атмосфера вскоре начала успокаиваться.
Магическая записывающая камера сработала, и падающие звёзды загорелись, украшая небо.
Если бы это был роман или игра, это была бы сцена, обозначающая «концовку».
Яркие улыбки Фрея, вероятного главного героя, и Руби, вероятной героини, произвели глубокое впечатление на каждого, кто их видел.
Наблюдая за этой сценой с удовлетворением, Лунар перевела взгляд в сторону.
«Почему наш младший решил устроить бунт?»
Она наблюдала за ней, и её выражение стало холодным.
— Почему…? Почему, чёрт возьми…? Это не имеет никакого смысла… Смертный отвергает судьбу, дарованную богами?
— Затмение. Зачем ты создавала чернокнижников, демонических чудовищ и Короля Демонов, подстрекая мятеж в мире, который должен был быть мирным?
— Неважно, умрёт герой или король демонов… Достаточно было смерти одного из них…
Богиня Демон, которую неожиданно повалили двое отвергших свою судьбу, дрожала, подавленная двумя богинями.
— Из-за тебе пришлось возложить огромную ответственность на Героя! Зачем ты сделала такое?
— Я-я прости. Я была неправа.
— Пожалуйста, прости меня. Прости, прости, прости…
Лунар, которая яростно допрашивала её, растерянно наклонила голову.
Состояние Богини Демон было странным.
Она, которая явно была виновницей всего этого, по какой-то причине дрожала от страха.
— Это то удовольствие, которое ты обещала, Затмение?
— Нет, нет, нет. Пожалуйста, только ещё один шанс. Пожалуйста…
— Я поглотил бесчисленное множество измерений, но впервые встречаю настолько обширное и живое измерение.
В сознании Богини Демон начал нашёптывать загадочный голос.
— Это также было первым разом, когда я сражался с кем-то на равных. Я никогда не думал, что Богиня-Создатель этого измерения, Звёздная Богиня, будет настолько сильна. Ей удалось подавить моё основное тело, вторгшееся в это измерение, и заставить его перейти в дремлющее состояние.
— Первоначально я планировал уйти, нанеся этому измерению умеренный ущерб, но я передумал.
Глаз в руке Богини Демон спокойно наблюдал за Фреей, Руби и Отрядом Героя.
— Это измерение стоит того, чтобы использовать всю мощь моего дремлющего основного тела.
— Я должен поглотить это прекрасное измерение любыми средствами.
Когда шёпот стих,
Треск…! Треск, треск…!!!
Из руки Бога Демонов вырвались чёрные щупальца, опутав Бога Солнца и Бога Луны.
— О, небеса. Какая сила…!
Лица Бога Солнца и Бога Луны были преисполнены ужаса — им не удалось сопротивляться внезапной атаке. Они осознавали пугающую силу глаза, который начал черпать энергию из своего основного тела.
— Э-эм… но… В этом измерении уже всё кончено…
— В нашем измерении даже боги не могут бесшабашно вмешиваться в реальность. Если они это делают — теряют свою божественность…
— Треск, треск, треск…!!!
Глаз Бога Демонов расширился.
— Ч-что…? Что это такое?
Щупальца глаза начали простираться по всему континенту реального мира.
— Гул, гул, гул…
Вскоре после этого солнце, которое ярко светило, — вернее, то, что считалось солнцем, — тихо открыло свой глаз.
При виде этого жуткого и ужасающего зрелища Руби и Фрей, держась за руки, поднялись.
…Какую сущность я притащил?
— Впрочем, это бесполезно… Просто бравада, больше вмешаться он не сможет, верно?
— Фрей… и Руби… уничтожат тебя. Даже если придётся израсходовать всю нашу божественность — мы передадим им свою силу…
Бог Солнца и Бог Луна, стиснув зубы, уставились на глаз, наблюдая за хаосом в реальном мире.
— О чём вы говорите? В том мире больше нет ни героев, ни Королей Демонов.
Услышав эти слова, лица двух богинь быстро побледнели.
— И вы видите… похоже, я нашёл способ вмешаться.
— Благодаря тому глупцу, что выбрал «демонизацию» в качестве средства порчи.
Глаз сузился, а затем расхохотался.
— Демонические твари родом из моей Пустоты.
— Сам Фрей стал моей «лазейкой».
Все замерли, услышав эти слова.
Бог Солнца, Бог Луны и Бог Демонов…
— Я покажу вам, что на самом деле значит настоящая «порча».
Не только они, но и Отряд Героя, Руби и сам Фрей, услышавшие голос глаза, прокатившийся эхом по всему миру, были ошеломлены.
Несколько лет спустя. Звёздный особняк.
Руби, чьё лицо выражало всё, что значит потерять всё, стояла на коленях у кровати, прижав голову к умирающему Фрею — совершенно лишённому жизни.
— Продержись ещё чуть-чуть… мы ищем способ.
— Исследования Серены и Ирины продвинулись вперёд. Ферлош яростно оттачивает свои целительные способности. Кания работает над чёрной магией, а Клана раскапывает вновь обнаруженные руины. Все так стараются…
Пока Фрей смотрел на неё полными выражения глазами, Руби отчаянно перечисляла всё, что они предприняли.
— Продержись всего ещё немного, хорошо?
— Мы ведь уже однажды бросили вызов судьбе, верно? Так что это испытание—
— Что такое? Скажи мне! Хочешь «плод щенячьей любви»? Или мороженое? Ты давно его не ел… Или—
— До конца дня… пожалуйста, убей меня.
Руби, которая говорила это с улыбкой, держа Фрея за руку, замерла, услышав его слова.
— О чём ты говоришь?
— Я… знаю. Сегодня — мой предел.
— Нет, нет. Не говори так. Почему ты так говоришь?
— Тебе не нужно врать мне, Руби.
Произнеся это, Фрей взял руку Руби и прижал её к своей щеке.
— Если я переживу эту ночь… я больше не смогу сдерживаться.
— Прости, Руби. Я важничал, но в итоге лишь причинил неприятности…
Не в силах вынести последние слова Фрея, Руби вскрикнула.
— С того дня люди испытывают тревогу… Прежде чем эта тревога станет явью, прежде чем я стану угрозой для всех, пожалуйста, покончи со мной…
— Я не могу. Ты не смогла меня убить, так почему я должен…
— Тебе не обязательно делать это самой. Если хочешь, позови кого-нибудь другого. Просто покончи со мной до конца дня…
Руби снова вскрикнула, затем спрятала голову у груди Фрея и расплакалась как ребёнок.
— Мой драгоценный камень… Руби…
Фрей, продолжая тереться её рукой о свою щёку, прошептал с трудной улыбкой.
— Похоже, конец настал. Давай просто считать это ранним прощанием.
— Будь счастлива без меня, хорошо? Позаботься об Арии. Поговори иногда с моими мамой и папой. А, и проследи за тем, чтобы Сирена и Розвин не свернули с пути…
— Я не могу жить без тебя…
Фрей, теперь уже слишком слабый, чтобы тереться щёкой, с трудом выговорил свои слова.
— Эти прошедшие годы… я был таким, таким счастливым…
— Если будет следующая жизнь… я хочу жениться на тебе, сестрёнка…
Не сумев закончить фразу, Фрей закрыл глаза.
Долго в комнате царила тишина.
— Если бы не я… если бы я не выбрал стать Королём Демонов… этого бы с тобой не случилось…
Слезы бесконечным потоком текли из её крепко закрытых глаз, пока Руби терлась щекой о холодную, безжизненную щеку Фрея.
— Если бы я не прятала свои чувства годами, как идиотка… если бы хотя бы раз сказала тебе, что люблю тебя…
Лицо Руби было полно раскаяния, она бормотала, и грудь её сжимала досада на саму себя.
— Если бы я призналась тебе, хоть и в шутку, в тот день…
Моменты, в которые она хотела бы вернуться, моменты, которые давно прошли, заполняли сознание Руби.
Те воспоминания, где она краснела и бормотала себе под нос, что её ничего не связывает с Фреем, толкали её всё глубже в безумие.
Пока её слёзы раскаяния пропитывали грудь Фрея, произошло нечто.
— Итак, ты всё обдумала?
Перед ней появился чёрный глаз, заговоривший низким тоном.
— Условия, которые я предложил тогда ночью. Ты ведь не забыла.
Услышав этот шёпот, Руби мысленно вернулась к той ночи, когда Фрей попал в плен, и к предложению, сделанному тем, кто устроил все эти события и навестил её комнату в ту ночь.
— Я дам тебе ещё один шанс.
— Шанс вернуть всё обратно и сделать Фрея счастливым.
Пока лицо Руби постепенно каменело, она вспомнила то предложение, о котором забыла.
— Ты думаешь, я поверю в это…
— Мы проведём честный спор под наблюдением Звёздного Бога. В конце концов, без моего истинного тела я по сути лишён божественности.
Руби, которую слова заметно встряхнули, слушала, как глаз хихикнул и зашептал жестокие условия.
— Но ты должна пасть во тьму вместо Фрея. Этот цикл будет стёрт, и никто его не вспомнит. Ты буквенно станешь абсолютным злом.
И в бесконечно повторяющихся циклах он и его девушки будут пытаться тебя убить.
Глаз, смотревший на неё с насмешливым взглядом, продолжил.
— В тот момент, когда скверна перейдёт к тебе, пари начнётся.
— Сможешь ли ты принять бесконечную смерть, противостоя всему миру ради одного человека?
И теперь пришло время ей ответить.
— Что мне нужно сделать?
Руби, сжимая руку Фрея, спросила дрожащим голосом, а Глаз изогнулся полумесяцем.
— Скажи мне немедленно, пока не стало слишком поздно.
— Это будет величайший пир.
Наполненные слезами глаза Руби тихо встретились со взглядом Глаза.
— Прощай, моё сияющая звёздочка.
— Я буду любить тебя вечно.
Руби, тихо коснувшись губами губ Фрея, медленно направилась к двери.
— Руби… Прости. Я снова потерпел неудачу…
— А как брат? Он в порядке?
— Руби, если ты продолжишь, ты тоже сломаешься.
Когда она открыла дверь и, со слезами на глазах, собиралась покинуть комнату, её остановили приближающиеся люди, и она расплакалась.
— Руби, пожалуйста, отдохни немного. Я позабочусь о Фрее.
Её лучшая подруга — Серена, ставшая человеком, которому она могла доверять в любом случае.
Сестра Фрея — Ария, которая также была её близкой подругой.
И даже Розвин, которая всегда ходила за ней по пятам.
«Молодой господин… немного поправился?»
Даже Венер, которого она давно не видела, появился.
Это были люди, с которыми она разделила драгоценные воспоминания, — узы, которые она никогда не сможет разорвать.
«Пожалуйста, никогда не вспоминайте о такой, как я.»
Глядя на них, слёзы катились по её щекам. Руби крепко зажмурилась и переступила порог.
«Сегодня она ведёт себя странно…»
Голоса Серены и Розвин эхом зазвучали позади неё, и мир начал медленно переворачиваться вверх ногами.
Руби безвольно смотрела на мир, и вдруг наступил этот момент.
Морозящая энергия, которая окружала Фрея годами, хлынула в неё разом.
Мои воспоминания… мои воспоминания исчезают.
Одновременно с этим её воспоминания начали таять и рассыпаться.
Уверенное лицо Серены, собачий нрав Розвин, милота Арии и преданность Венера — всё это начало стираться из её памяти.
Значит, пари было настоящим…
Образы Отряда Героя, первокурсники, смеющиеся и болтающие, сведения о Лулу, ставшей ещё более привязанной, и воспоминания обо всех, с кем она стала близка, — всё начало исчезать.
Хорошо хоть… меня не обманули…
Студент Фрей, который прибегал каждый раз, когда она протягивала руку, и терся щекой о её ладонь, молодой господин Фрей, который цеплялся за неё в особняке, Фрей, впервые пробудивший силу героя и сражавшийся в лесу, — всё начало исчезать.
Фрей, обрадовавшийся подаренному кулону, Фрей, спасший Лулу, — они рассеялись в её воспоминаниях.
Их походы в театр, поедание мороженого рука об рука и взгляды на звёздное ночное небо — все эти мгновения исчезли.
Даже воспоминание об их первой встрече, когда он разжёвывал еду и кормил её, когда она была при смерти, тоже ускользнуло.
А вместе со всеми этими воспоминаниями сгорела и Руби, что всегда улыбалась рядом с ним.
Наблюдая за тем, как осколки её памяти исчезают, причина её слёз начала таять. Собрав последние силы, Руби оставила одну последнюю мысль.
Затем её окутал свет.
Руби очнулась в своём Замке Короля Демонов, где царила безмятежная атмосфера, и вопросительно наклонила голову.
Какое-то время она хмурила брови, ощущая необъяснимый дискомфорт.
Потом, зевнув, она подняла бокал, стоявший рядом, и пробормотала.
«Скучно. Может, поджечь весь мир.»
Так начался первый цикл.
Это был начальный цикл, назначенный точкой перезапуска для Фрея и Перлоче и заменивший более несуществующий нулевой цикл.
Тем временем в реальном мире Фрей, не в силах наблюдать далее, сидел на холодной земле и плакал.
Руби, молча гладя его по спине, тоже начала слезиться.
Кулон, который раньше никогда не открывался, теперь был тихо раскрыт.
Внутри кулона находилась одна фотография.
Это была групповая фотография, сделанная Розвин, — на ней Фрей, Руби и все остальные широко улыбаются. Выцветшая от времени фотография тёпло встречала их взгляд.
«Прости меня, Руби…»
«…Я же говорила тебе не плакать. Хватит раскисать.»
Свет, вырвавшийся из кулона, начал вновь окутывать их.