Руби, тяжело дышавшая, сделала шаг вперёд — её лицо было бледным и усталым.
Затем воспоминания, заполнявшие коридор, медленно начали проигрываться.
Все они были воспоминаниями Фрея от первого лица.
Поэтому возможность манипуляции исключалась.
Несмотря на то что Руби было невыносимо больно и слёзы уже навёрнулись на глаза, она продолжала вглядываться в разворачивающуюся перед ней сцену. Вскоре её глаза расширились — она узнала знакомую картину.
В воспоминаниях Фрея она прогуливалась рядом с ним после того, как вонзила нож ему в сердце и прошептала что-то на ухо.
Обильная кровь хлынула из тела Фрея.
Руби наблюдала за текущей кровью с каким-то очарованием, а затем медленно погладила его по щеке.
— Тебе холодно? Тогда позволь пригреть тебя своим телом.
Она обняла Фрея, который дрожал так, что его лицо стало мертвенно-белым.
— Если бы не ты, я давно бы сошла с ума от скуты.
— Ты будешь моей игрушкой вечно, Фрей.
— Я тоже люблю тебя. Навсегда.
Воспоминания продолжали рассеиваться вслед за словами Руби.
Хотя в памяти Руби этого не было, сцена казалась слишком знакомой.
Потому что это была пытка, которую Фрей устроил для самой себя в корабельной каюте совсем несколько дней назад.
— Значит, всё здесь…?
Руби пробормотала и огляделась вокруг — и повсюду разворачивались знакомые сцены.
— Ты почему не кричишь?
— Даже после столь мучительного выражения лица — почему ты всё равно выбираешь оставаться моим подчинённым? Тебе это ничего не даёт.
— Ты остаёшься верен мне, даже пережив столькие пытки. Впечатляет.
Те пытки, которым Фрей подвергал её в последние дни, зеркально отражали то, что она сама проделывала в этих воспоминаниях. В том воспоминании, скрыв лицо магией, она причиняла ему те же страдания.
Коридор был полон Руби — улыбающейся и причиняющей ему пытки.
Конечно, время от времени, когда Фрей казался в слишком сильной боли, она вздрагивала, её лицо краснело, или она просто пусто смотрела на него.
А иногда Руби приглашала его к ужину и болтала о пустяках.
Судя по тому, как она постоянно восхваляла картофельный суп и болтала с Фреем о ржаном хлебе, казалось, что он ей нравился.
— Ты также развернул тайную операцию в битве с Имперской армией. Как похвально.
— Хочешь разобраться с Кланой сам? Хмм... Что же нам делать?
— Интересно, как человек может быть столь злобен к своим соплеменникам? Фрей.
Руби, с ошеломлённым выражением лица, продолжала свой путь, и предстал перед ней верный Фрей.
Он был самым верным солдатом и секретным оружием Короля Демонов, но на поле боя тайно строил интриги и вершил подлости, словно вся его прежняя доброта была лишь ложью.
Даже пять девушек, включая Ферлош, были сломлены Фреем.
Фрей... был моим верным подчинённым? Какого чёрта...
Всё это начало сбивать Руби с толку.
Почему он, казавшийся таким добрым, стал её подчинённым?
— С сегодняшнего дня я — Фрей, солдат армии Короля Демонов.
— Прошу вас, Король Демонов.
Руби, шагнувшая в коридор в поисках ответа, ощущала, как всё сильнее путается, по мере приближения к самому первому воспоминанию с её участием.
— Не уверена, что тут происходит, но... мне понравилось, мальчик.
Это было потому, что однажды Фрей прибыл в армию Короля Демонов с демоном по имени Эукариус, которого она не могла вспомнить как своего подчинённого. Он принёс ей присягу, поцеловав её ноги.
В предыдущем цикле это была их первая встреча.
Фрей безоговорочно присягнул ей с самого начала.
Что это... хм?
Именно поэтому Руби, выражавшая растерянность, вскоре прищурилась.
Дело в том, что она ощущала слабую ауру в конце коридора.
Она не была уверена, но, пройдя дальше, могла добраться до истоков своей связи с Фреем.
Однако возникла ещё одна проблема.
Ч-что за чёрт?
Она больше не могла двигаться вперёд.
...Это конец, значит?
Прежде чем она успела опомниться, Руби добралась до самого начала воспоминаний Фрея.
Разумеется, до этого момента воспоминаний не было.
Э-это странно.
Однако по какой-то причине она ощущала множество воспоминаний в конце коридора.
Более того, может быть, ей только казалось, но стена казалась слегка ослабленной.
Руби оглянулась и тихо протянула руку к стене, но когда коридор затрясся с несравнимо более громким грохотом, чем раньше, она стиснула зубы и побежала вперёд.
Ей удалось узнать, что он был регрессором, но она всё ещё многого не понимала.
Прежде чем дворец обрушится, она хотела узнать правду.
Выбравшись из коридора, Руби, ловя дыхание, начала оглядываться.
Однако вскоре её лицо исказилось отчаянием.
— Все воспоминания исчезают.
Воспоминания, вплавленные в душу Фрея, уже значительно поблекли.
Разумеется, раз это были бессознательно впечатанные в душу воспоминания, они не могли напрямую повлиять на реальную память. Однако проблема заключалась в том, что сама душа рассеивалась.
— П-пойдём к более поздним воспоминаниям.
Но теперь она не могла просто сдаться, дойдя так далеко.
Потому что если она продвинется ещё немного дальше, сможет приблизиться к полной правде.
С твёрдой решимостью Руби быстро прорвалась сквозь увядающие воспоминания и направилась к самому верхнему.
Затем она внезапно остановилась и замерла, уставившись перед собой.
— Если это воспоминание того дня, я смогу во всём убедиться.
Это был отправной пункт — воспоминание лишь нескольких дней назад, когда Фрей «сбросил свои очки», с которым Руби впервые столкнулась, попав сюда.
— ...Нужно сменить ракурс, нужно сменить ракурс, нужно сменить ракурс.
Воспроизведённое воспоминание показывало Фрея в ванной Императорского дворца — он бормотал что-то под нос и уставился в зеркало, как безумец.
— Как и ожидалось, он тронулся ещё с того момента...
— Отлично, снова изменилось.
Она наблюдала за ним со слегка устрашенным выражением лица. Но когда Фрей заговорил с глупо-яркой улыбкой, она нахмурилась.
[Особая способность — Магазин навыков]
Магазин, увиденный глазами Фрея, предстал перед ней.
Руби тяжело сглотнула, вглядываясь в окна Системы, но вскоре распахнула глаза от шока.
Потому что навык в самой верхней строке списка был вовсе не «Абсолютная Любовь».
[Контроль разума: позволяет свободно управлять вашими мыслями и разумом.]
- «Очки» будут сброшены.
В самом верху окна навыков Фрея был навык «Контроль разума».
— Что за чёрт происходит... А-а-а!
Открыв справочное руководство по административной функции с холодным выражением лица, Руби задала вопрос, увидев разворачивающуюся перед ней ситуацию, а затем внезапно ушла под землю.
Значительная часть её сил куда-то высасывалась.
Руби едва не вылетела из этого пространства, но, руководствуясь лишь решимостью проверить истину, она устояла.
- Навыки в самом верху списка особых способностей, которые могли приобрести Король Демонов и Герой, были разными.
Перед её глазами появились слова.
- Способность, которую вы, будучи Королём Демонов, желаете больше всего — любить бесусловно.
- Поэтому способность, дарующая вам абсолютную любовь, установлена как сильнейший навык.
- Напротив, способность, которую Герой, Фрей, желает больше всего — это власть свободно управлять своими мыслями.
- Потому что если он сможет свободно контролировать свой разум, всё станет для него проще.
- Поэтому, в то время как другие «героини» могут попытаться использовать навык самостоятельно, Фрей может получить доступ к самому верхнему навыку только купив его.
Руби медленно прочитала слова, появившиеся перед ней, а затем пробормотала с окаменевшим выражением лица.
— В итоге ведь ничего не изменилось, не так ли?
Да, было удивительно, что сильнейший навык Фрея оказался другим.
Однако в конечном счете, может быть, всё было именно так.
«Контролем разума» было достаточно, чтобы помочь ему и дальше хранить в сердце чувства любви к ней.
В итоге истина так и осталась нераскрытой...
Сцепив зубы, Руби вскоре пробормотала с выражением лица, словно она чего-то добилась.
«Если подумать, „Контроль разума" — это самое дешёвое умение в моих особых способностях...»
Из её особых способностей «Контроль разума» был наименее затратным умением.
Это потому что она оценивала его как совершенно бесполезную, разнорабочую способность.
«Значит... у Фрея так же?»
Догадка Руби оказалась верной.
Среди особых способностей Фрея самым дешёвым было не что иное, как умение «Абсолютная Любовь».
Вероятно, это потому что Фрей считал себя тем, кому любовь не нужна.
«Это меняет всё...»
Убедившись в этом, Руби начала бормотать с серьёзным выражением лица.
«Если бы он хотел полюбить меня, ему стоило просто купить умение „Абсолютная Любовь"»
Если всё это было планом Фрея по её ловушке, то покупка умения «Абсолютная Любовь» — самого дешёвого для него — вместо «Контроля разума», который сжёг бы все его накопленные очки, была бы правильным выбором.
Однако даже когда его очки обнулились, Фрей всё равно выбрал «Контроль разума» вместо «Абсолютной Любовь».
Почему? Зачем он так поступил?
Почему он решил контролировать собственный разум, беря на себя колоссальный риск?
Руби вперила взгляд в воспоминания Фрея с серьёзным выражением лица и вскоре расширила глаза.
Похоже, план увенчался успехом.
Перед входом в комнату ожидания, где она и Отряд Героя ждали во дворце Императора, Фрей сосредоточенно что-то записывал в тетрадь с серьёзным выражением лица.
Вернее, план купить «Контроль разума», чтобы силой удержать текущую ситуацию.
«Напишу в тетради, которую всегда ношу с собой, мало ли забуду.»
По мере того как Фрей писал всё новые предложения, выражение лица Руби становилось всё напряжённее.
Прошло уже несколько дней с тех пор, как мои воспоминания вернулись.
Перед ней Фрей продолжал что-то записывать в тетради, и постепенно уголки его губ медленно изогнулись вверх.
Когда это было? Да, скорее всего, в тот последний момент «Инцидента Эрозии».
Тот решающий момент, когда Король Демонов и Демонический Бог объединили силы, чтобы сквернить меня, а Бог Солнца вмешался, чтобы не допустить этого.
Каким-то образом в тот момент на поверхность всплыли воспоминания, которые я давно забыл.
С неожиданно мягкой улыбкой Фрей продолжал записывать историю в тетрадь.
Человека, которого я любил больше всех на свете.
Причину бесконечного цикла бесконечных возвращений.
И воспоминания о Руби — самом дорогом для меня человеке, которого я должен спасти любой ценой.
Ненадолго замерев, Фрей положил ручку и вздохнул.
Возможно, я достиг предела регрессий, и это привело к проблемам с памятью.
Привилегия Героя — «Повторная попытка».
Это была моя способность, в которую не могла вмешаться ни одна сила, даже боги.
Цена её использования — это то, что я никогда не мог игнорировать.
Его рука дрожала, когда он вернул ручку к тетради.
Неужели воспоминания из прошлых циклов мельком вернулись как побочный эффект попытки силой сквернить меня в том нестабильном состоянии?
Важно было то, что я вернул свои воспоминания о Руби.
Остальное — пустяки.
В любом случае, с «Контролем разума» я не забуду эти воспоминания, верно? Дольше всего удержу это состояние силой.
Затем сцена сменилась.
Я перепробовал всё, что мог, но она не вернулась в нормальное состояние.
Она всё ещё любила меня, но очистить её так и не удалось.
Постоянные возвраты во времени привели к тому, что, кажется, наступил мой последний час.
Возможно, это моя последняя регрессия.
Если я продолжу, моя душа рассыплется через несколько дней.
Мне нужно очистить Руби до того, как это произойдёт.
Мой спор с злодеем состоял в том, чтобы вернуть ей её прежнее «я».
Другого способа спасти нас обоих нет.
Сцена сменилась — поздняя ночь, Фрей стоял на палубе пассажирского корабля. Он поднял взгляд к ночному небу и продолжал писать в тетради.
Теперь я не мог вспомнить даже воспоминания о прошлых циклах, но память о первом цикле всё ещё оставалась.
Она была моей подругой детства. Мы всегда делили ржаной хлеб, и у нас был тайный роман, о котором все в академии знали.
А потом наступила та незабываемая ночь, полная поворотов и неожиданностей.
Если бы не этот чёртов злодей, мы жили бы счастливо.
Дописав до этого места, Фрей тихо опустил голову, закрыл тетрадь — и сцена снова сменилась.
На этот раз я пробую другой метод, который раньше никогда не пробовал — тот, которого избегал до сих пор.
Перепробовав всё в предыдущих циклах, я решил в этот раз попробовать обратное — и надежда есть.
Может быть, мы вернёмся к тем счастливым временам, что были когда-то.
Ты, потерявшая память и ставшая Королём Демонов, и я, ставший Героем, который должен был тебя победить.
Разорвутся ли эти жестокие цепи наконец-то в самом конце?
Сидя в вестибюле таверны с усталым выражением лица, Фрей напряг силу на последней странице блокнота и что-то записал.
«Впрочем, я обязательно её спасу.»
«Я очищу её и заставлю жить счастливо — ни в коем случае не допущу неудачи.»
Когда письмо было завершено, Фрей перевёл взгляд.
Там стояла сама Руби — с холодным выражением лица.
Это была она сама, всего несколько минут назад.
Последнее воспоминание рассыпалось во все стороны и исчезло.
Внезапно волна рушащегося дворца докатилась до того места, где Руби стояла на коленях.
Сцены, как Фрей отчаянно пытался очистить её, сцены, как она отказывалась от «Квеста очищения», который последовал за этим.
После этого сцены, как Фрей терпел один удар за другим от неё самой, начали стираться одна за другой.
Сцена Фрея, который, несмотря на побои, отчаянно пытался наладить с ней контакт, но в итоге закрыл глаза с печальным выражением, когда его душа, достигшая предела, наконец рассеялась.
И наконец, в самом конце, на последнем издыхании Фрей прошептал вечную любовь, лаская её щёку, — и это тоже было стёрто.
Теперь вокруг Руби оставалась лишь абсолютная тьма.
Фрея нигде не было.
Только она существовала в совершенно пустом пространстве.
В этой бесконечной тьме Руби стояла на коленях, не зная, что делать. Всё её тело тряслось безвольно, а на лице застыло неописуемое замешательство.
— Я не знала, я...
Горькая правда, которую она обнаружила, оказалась слишком жестокой для неё.
— Ч-ч-что мне теперь делать...
Пытаясь собрать осколки воспоминаний, рассыпавшихся перед ней, Руби начала бормотать, её глаза отражали внутреннее смятение.
Однако было уже слишком поздно.
Она уже отпустила своими собственными руками нечто, что было для неё дороже всего на свете.
На данный момент она боялась выйти за пределы этого пространства.
Если она выйдет и увидит холодное, неподвижное тело Фрея, ей казалось, что её существование будет полностью уничтожено.
Так, в абсолютной тьме, Руби стояла на коленях в полном одиночестве. Лицо её было бледным, всё тело дрожало, и она не могла ничего сделать.
Однако она заставила себя улыбнуться и начала бормотать.
— Д-Демонический Бог сказал, что Фрей не регрессор. Здесь что-то не так. Верно, это точно иллюзия.
В глазах Руби загорелась слабая надежда.
— Мне нужно найти Демонического Бога.
Тем временем, в воображаемом мире.
— Мм, отлично. Правда очень вкусно.
По какой-то причине Демонический Бог, который выглядел совершенно свежим по сравнению с несколькими часами назад, сидел в элегантном чёрном кресле и улыбался.
На её спине по-прежнему были застрявшие перья Гугу.