И вот настало утро выпускной церемонии. Немного до второго колокола меня пришла будить Гретия.
— Госпожа Розмайн, проснитесь.
— Разве ещё не рано?
С этими словами я заворочалась в постели и подняла взгляд на Гретию.
— Странно, что ты пришла будить меня, Гретия. Что-то случилось с Лихардой?
— Время немного раннее, но от ауба поступило указание, что со второго колокола вы будете завтракать вместе с господином Фердинандом. Лихарда готовит завтрак в чайной комнате.
Услышав это от Гретии, я вскочила с постели. Раньше завтракать вместе было запрещено, потому что после завтрака в чайной комнате много уборки.
— Говорят, господин Фердинанд после того, как выпил с аубом и о многом поговорил, всё ещё тянулся к исследовательским материалам. Похоже, ауб приказал, чтобы вы, госпожа Розмайн, навестили его за завтраком и тем самым наверняка разбудили.
Кажется, приёмный отец велел разбудить его пораньше и отправить Фердинанда к назначенному времени. А ещё он рассчитывает, что с помощью троих приближённых уборка чайной комнаты пойдёт быстрее.
...Ура! Спасибо, приёмный отец!
С помощью Гретии и Брунгильды я принялась поспешно одеваться. То, что сегодня утром в комнате не видно Лизелеты и Леоноры, объясняется тем, что они ушли завтракать ко второму колоколу. Нужно закончить завтрак и быстро принять лёгкую ванну до прихода родителей.
— Выпускникам ведь нужно много готовиться.
Вспомнив, как два года назад Ангелика почти не была готова и её собирали втроём Лизелета и родители, я усмехнулась и отправила ордонанц.
— Доброе утро, господин Фердинанд. Я готова, так что сейчас пойду в чайную комнату завтракать.
Когда я вышла из комнаты, Шарлотта тоже уже закончила сборы. Спускаясь по лестнице, встретила Вильфрида. Когда мы все вместе направились в чайную комнату, нас встретили слуги, которые уже подготовили всё. Места приближённых, устроенные в чайной комнате, уже исчезли, а длинные скамьи были переставлены так, чтобы выпускники могли ожидать встречи. Деревянные ящики для багажа, похоже, перенесли в комнату Фердинанда, их не было видно.
— Уже довольно прибрано.
— Да. Здесь готов завтрак. Итак, юные госпожи, прошу сюда. А вы идите завтракать в столовую.
Несовершеннолетние приближённые, которые сопровождали нас до чайной комнаты, направились в столовую, а мы, наследники правителя, под руководством Лихарды прошли к столу. Вероятно, услышав о нашем приходе, Фердинанд тоже вышел из-за ширмы. Одет он был опрятно, но выглядел так, будто ещё не выспался.
— Доброе утро, господин Фердинанд.
— А, доброе утро.
— Голос у вас какой-то сонный. Не перечитали ли исследовательских материалов?
Выражение его лица напоминало то, когда два года назад он всю ночь проговорил о науке с Хиршурем. Фердинанд, пребывающий в задумчивости, — большая редкость.
— ...Не только это, но и те длинные скамьи оказались удобнее, чем я ожидал.
— Если вы хорошо выспались, значит, мы не зря их сюда привезли. Может, перевезём их вместе с весенним багажом?
Из-за внезапного известия об отъезде в Аренсбах Фердинанд взял с собой только самые необходимые вещи и минимальные свадебные дары. Предметы быта, которые понадобятся после смены сезона, и многочисленные подарки знати из разных земель, присланные этой зимой, пока ещё находятся в Эренфесте.
— Пока я живу в гостевой комнате, в них нет нужды.
— Я говорю о том времени, когда весной, после церемонии звездной связи...
— ...Когда я получу собственную комнату, тогда и подумаю.
Для Фердинанда, привыкшего продумывать всё наперёд, ответ довольно уклончивый, но, видимо, ему неудобно, если вещи привезут до того, как он получит комнату. Я ответила: «Если понадобится, дайте мне знать», — и Фердинанд кивнул, садясь на место. Затем поманил меня к себе.
— Розмайн, иди сюда. Температура спала?
— Кажется, сегодня утром я чувствую себя хорошо...
Я послушно встала перед Фердинандом. Пока он измерял температуру и пульс, Шарлотта удивлённо воскликнула:
— Госпожа сестра, вы были нездоровы?
— Просто немного устала после Межземельных соревнований и чувствовала жар. Я приняла лекарство, и сегодня утром температура спала.
— Тихо, Розмайн. Закрой рот. Мешаешь считать пульс.
— Прошу прощения.
Закончив обычный осмотр, я услышала: «Температура спала, но не перенапрягайся», — и тоже села за стол.
— В последнее время госпожа сестра редко слегала с болезнью, поэтому я и не думала, что вы нездоровы.
— Наверное, я была впечатлена первой в жизни церемонией награждения. Шарлотта, как прошёл вчерашний ужин? Когда приёмный отец пришёл в эту комнату, он сразу же велел нам удалиться, сказав, что настало время для взрослых, так что я не успела ничего узнать.
За завтраком мы расспрашивали Шарлотту об ужине в столовой, на который нас не пустили. Похоже, студенты веселились, потому что было много отличившихся, и ужин прошёл приятно.
— Кстати, о чём вы говорили с приёмным отцом после того, как мы легли спать, господин Фердинанд? Вы давно не пили вместе, наверное, разговор был оживлённым?
Когда я обратилась к Фердинанду, он на мгновение задумчиво опустил глаза, а затем покачал головой, отказываясь рассказывать подробности: «Спросишь потом у Зильвестра».
Когда завтрак закончили и убрали со стола, Юстус начал выкладывать какие-то вещи. Два магических инструмента для записи и одна кожаная сумка. Фердинанд пододвинул ко мне один из инструментов.
— Это тот самый записывающий магический инструмент, который ты просила. По просьбе твоих слуг я записал туда бесконечные поучительные фразы.
— Господин Фердинанд, а что с моей просьбой?
— Ну...
— Это жестоко.
Надув щёки, я попыталась воспроизвести запись на полученном инструменте. Как и говорил Фердинанд, с самого начала там было: «Время обедать. Не знаю, чем ты занята, но немедленно прекрати».
...Что же там ещё?
— Розмайн, слушай не здесь, а хотя бы в своей комнате. Слышать собственный голос в одной комнате — странное ощущение.
Фердинанд нахмурился и остановил меня. Я хотела бы прослушать всё сейчас, но если не послушаюсь, он, кажется, отберёт инструмент, так что придётся отнести его в комнату.
Затем мне передали кожаный мешочек, не пропускающий магическую силу. Я открыла его — там оказался ещё один магический инструмент и бумага.
— Ты вчера записала свой голос в магический инструмент, зарегистрировав магическую силу Зергиуса, так что этот остался лишним, верно? Я хочу продолжить это исследование. Используй этот инструмент так, как написано здесь, и сообщи мне о результатах. Результаты можно в письме.
— Поняла.
Это было совместное исследование, и раз он говорит, что хочет продолжить, отказаться я не могу. Я приняла кожаный мешочек.
— И ещё, я могу взять оставшийся запасной экземпляр? Я хочу подумать о разных способах его использования до следующей зимы.
— Вы же создали этот инструмент, господин Фердинанд, и заплатили за него. Конечно, я не против.
После того как мы разбудили Фердинанда и позавтракали вместе, наша работа закончилась. Теперь ему нужно переодеться в парадное и отправиться за Дитриндой. Мы не должны мешать переодеванию и уборке, так что нам нужно переместиться в многоцелевой зал.
— Розмайн, Лихарда. Я слышал от Зильвестра, что вы двое обустроили эту комнату. Я очень хорошо отдохнул этой ночью. Благодарю вас.
Я поняла, что он действительно хорошо отдохнул, раз специально решил поблагодарить. То, что наши с Лихардой старания сделать комнату удобной были оценены, почему-то обрадовало меня особенно, может быть, из-за того, что вчера меня не хвалили. Но, несмотря на радость, в этот момент я остро ощутила, что это прощание, и мы снова расстаёмся, и мне стало очень грустно.
— В таких случаях нужно просто говорить «спасибо».
Я пошутила, пытаясь хоть немного развеять грусть. Я думала, он отделяется обычной ироничной улыбкой или короткой фразой, но Фердинанд показал мне нежную улыбку, какой я у него почти не видела.
— ...Спасибо, Розмайн, Лихарда.
Сказав это, он, видимо, действительно торопясь, быстро скрылся за ширмой. Кажется, не у меня одной на глаза навернулись слёзы от столь необычных для Фердинанда искренних слов благодарности. Лихарда тоже, промокнув глаза, обратилась к нам:
— Итак, прошу в многоцелевой зал. Господину Фердинанду нужно переодеться.
В вестибюле я увидела студентов, собирающихся идти в зал собраний. Когда я направилась туда, Вильфрид остановил меня.
— Ты оставайся в многоцелевом зале, как велела Лихарда. Вчера ты уже расклеилась на Межземельных, а если будешь суетиться и сейчас, то в этом году снова уйдёшь посреди церемонии. Дядя, который сопровождает госпожу Дитринду, забеспокоится, если твоя фигура исчезнет из зала.
Возразить было нечего. Я снова оставила все приготовления другим и осталась ждать в многоцелевом зале вместе с рыцарем-охранником Юдит. Когда я была там, начали приходить родители выпускников. Пришли родители Леоноры и Лизелеты, поздоровались и направились в комнаты детей.
А затем, когда волна родителей схлынула, появились те, кто будет сопровождать выпускников. Корнелиус и Хартмут, одетые в строгие парадные костюмы, заглянули в многоцелевой зал с приветствием: «Доброе утро, госпожа Розмайн».
— Родители Леоноры только что пришли, так что подготовка, думаю, займёт ещё немного времени, брат Корнелиус. А ты, Хартмут, лучше пойди встреть Клариссу пораньше. Говорят, время ожидания очень тревожит.
Судя по тому, как всё развивалось раньше, если не пойти за ней, Кларисса сама могла бы явиться сюда, но не стоит заставлять девушку нервничать.
— Разрешение на брак ведь получено?
— Учитывая разные обстоятельства, мы получили ответ, что это наименее проблемный вариант.
...Интересно, можно ли это считать разрешением на брак.
Если окружающие согласны, то хорошо, но я немного беспокоюсь, всё ли в порядке. Пока я разговаривала с Хартмутом, ко мне подошёл приближённый Вильфрида, которого я видела в замке.
— Госпожа Розмайн, позвольте представиться.
Это оказался Торстен, партнёр Лизелеты. Я слышала, что он чиновник Вильфрида, но не соотносила лицо с именем, поэтому не осознавала этого. У него спокойный и мягкий вид. Наверное, они с Лизелетой сойдутся характерами.
— Прошу вас, берегите Лизелету.
— Как пожелаете.
Когда я закончила приветствие с Торстеном, появились приёмный отец и приёмная мать, которые, видимо, на время вернулись в Эренфест. Приёмный отец выглядел как-то растерянно и усадил приёмную мать на стул.
— Благодарю вас, Зильвестр.
— Приёмная мать, как вы себя чувствуете?
На мой вопрос приёмная мать улыбнулась слегка побледневшим лицом. Видно было, что она чувствует себя нехорошо.
— Кажется, меня немного укачало от телепорта.
— Вот я и говорил, оставайся отдыхать в Эренфесте.
— Но выпускная церемония бывает раз в жизни для студентов. Я знаю, что это каприз с моей стороны, но разве не хочется их поздравить?
Передо мной разворачивался разговор, который, как я поняла, они повторяли много раз. Глядя на это, хорошо видно, как приёмный отец любит приёмную мать.
— Миледи, пора идти в зал собраний. Если мы не войдём до прихода родителей, это будет заметно.
— А вы, приёмный отец и приёмная мать?
— Я дам Флоренции отдохнуть здесь до последнего. Ты иди вперёд.
Сказав, что я и так хожу медленно, меня отправили, и я вместе с Лихардой и Юдит направилась в зал собраний.
Как и в прошлом году, стены были убраны, и в зале, словно в Колизее, устроили ступенчатые зрительские места. В центре зала возвышалась белая цилиндрическая сцена для ритуальных танцев и танцев с мечом, а за ней виднелся алтарь.
— Вот места семьи правителя.
— Госпожа сестра, прошу сюда.
В отличие от прошлогодних мест для родителей, это место было очень близко к сцене. Отсюда будет хорошо видно ритуальный танец. Шарлотта поманила меня, и я села.
— Отец и мать уже здесь?
— Да. Только приёмную мать укачало в телепорте, и она, кажется, отдыхает в пансионе до самого последнего момента.
— Значит, ей нехорошо. Тревожно.
Приёмный отец сказал, что пока нельзя разглашать окружающим, что она, возможно, беременна. Здесь много аубов из других земель, и есть разные сложности с проблемой второй жены, так что объявят об этом, когда вернутся в Эренфест.
Почти перед самым началом входа выпускников появились приёмный отец и приёмная мать. То ли выпили лекарство, то ли отдых помог, то ли это аристократическая привычка не показывать эмоций и состояние, но приёмная мать села на место с обычной улыбкой.
— Приёмная мать, не перенапрягайтесь.
— Это я могу сказать и тебе, Розмайн?
Когда приёмная мать тихо засмеялась, дверь для входа выпускников открылась. Выпускники начали входить и выстраиваться на сцене, но одна фигура особенно привлекала внимание и вызвала волнение вокруг.
...Ааааа! Господин Фердинанд, похоже, не смог её убедить!?
Волосы Дитринды, вошедшей с самодовольной улыбкой, были взбиты до невозможности. Она, видимо, хотела разместить как можно больше украшений. Волосы были подняты довольно высоко, как у Марии-Антуанетты. И без того роскошные золотистые волосы стали ещё выше и пышнее, выглядя ещё богаче.
На них было три украшения Эренфеста красноватого оттенка, а вокруг — невероятное количество кружев и лент. Всё это было настолько поразительно, что окружающие остолбенели, и мне не казалось, что притворная улыбка идущего рядом Фердинанда выглядела пустой.
...Ну, в каком-то смысле это впечатляет. Не думал, что увижу такую причёску в Юргеншмите.
Если присмотреться, не все украшения Эренфеста были использованы. Наверное, её убедили, что цветочные украшения нужно уменьшить, иначе это будет неуважением к королевской семье. И, видимо, вместо цветов она решила использовать другие украшения.
...Количество цветов на украшениях Эренфеста уменьшили, чтобы соответствовать королевским? Но знаете, если украшать всё это кружевами и лентами, количество цветов уже не имеет значения. И главное, она сможет исполнить ритуальный танец?
Я невольно посмотрела в сторону, где сидела семья правителя Аренсбаха. Георгина сидела с невозмутимым видом. Неужели она не остановила выходку дочери?
...Если бы остановила, они бы не вошли в таком виде. Что же задумала госпожа Георгина, позволяя госпоже Дитринде делать всё, что ей вздумается?
Мне стало очень тревожно, но сама Дитринда, привлёкшая огромное внимание, выглядела очень довольной. Когда она завершила сопровождение на сцене, те, кто не был выпускниками, должны были пройти на отведённые места, но Фердинанд уже выглядел очень уставшим.
Затем состоялась церемония совершеннолетия от Верховного жреца Центрального Храма и было преподнесено музыкальное подношение. Мы уехали из пансиона до того, как появились Леонора и другие, поэтому сегодня я ещё не видела праздничного наряда Леоноры и Лизелеты. Но всё внимание было приковано к Дитринде, и я никак не могла найти их. Единственным шансом было время, когда Дитринда спускалась со сцены для музыкального подношения.
— Где же Лизелета? Я всё смотрела на госпожу Дитринду и не могу её найти.
— Я хорошо понимаю ваши чувства, госпожа сестра. Я тоже не могу найти своих приближённых.
Когда оглядываешь толпу, в первую очередь в глаза бросается взбитая голова. Невозможно понять, где находится скромно одетая Лизелета. Она должна быть среди поющих, и я напряжённо всматриваюсь. Как только Дитринда исчезла, стало гораздо легче разглядеть.
— Я её нашла. Это Лизелета.
Я заметила её в кремовом платье, с подобранными волосами и украшениями того же цвета. Лизелета всегда держится в тени, и её красота не бросается в глаза, но сегодня она выглядела очень красиво.
...Судя по рассказам Муриэлы, она пользовалась популярностью и у студентов из других земель.
Когда музыкальное подношение, во время которого мне удалось найти Лизелету, закончилось, настала очередь танца с мечом Леоноры. Музыканты спустились со сцены и встали вокруг неё. На сцену поднялись танцоры с мечами в синих одеждах. Двадцать человек вышли на сцену. Женщин было мало, поэтому я сразу узнала Леонору. В её фиолетово-виноградного цвета волосах виднелись белые и красные цветы. Наверное, она родилась зимой.
Когда они подняли посохи-мечи, заиграла музыка, и мечи засверкали в такт, отражая свет. В сильных и острых движениях меча чувствовалась женственность. Танец Леоноры был плавным и грациозным, и, несмотря на острый меч в руках, он казался каким-то мягким.
— Леонора и правда прекрасна.
— Да, великолепна. Но и Алексис не уступает.
Вильфрид с гордостью улыбнулся, хваля своего приближённого.
Пока мы обсуждали, кто лучше, танец с мечом закончился.
— Далее ритуальный танец... Сможет ли она в таком виде танцевать?
Думаю, бормотание приёмного отца выражало мысли всех присутствующих. Всё внимание зала было приковано к Дитринде, облачённой в развевающееся платье для ритуального танца.
После совместного завтрака мы прощаемся с Фердинандом.
И вот наступает торжественный выход Дитринды.
Похоже, Фердинанду не удалось её переубедить.
Я хотел дойти до ритуального танца, но не успел.
Далее — ритуальный танец Дитринды.