И вот, в сегодняшний обеденный перерыв я наконец-то снова в библиотеке. Я веду первокурсников, чтобы зарегистрировать их как пользователей. Оглядев выстроившихся в многоцелевом зале первокурсников, я мягко улыбнулась.
— Для регистрации в библиотеке Академии благородных требуется по одной малой золотой монете с каждого. Тем, у кого нет денег и кто отказывается от регистрации, я одолжу, так что постарайтесь хорошо переписывать книги.
На полках многоцелевого зала я разместила копии каталога книг Эренфеста и записи о книгах, переписанных старшеклассниками в прошлом году. Объяснив, что нужно переписывать книги, чтобы не пересекаться с другими, я увидела, как первокурсники с воодушевлением закивали.
Быстро пообедав, я начала собираться. Нужно было устроить так, чтобы после библиотеки я могла сразу же отправиться на дневные практические занятия.
— Неужели и Вы, Розмайн, тоже идёте в библиотеку?
— Разве не странно, если я останусь в общежитии, пока студенты Эренфеста идут регистрироваться в библиотеку?
Корнелиус сверху вниз посмотрел на меня, уже готовую к выходу, с выражением лица, говорившим «я понимаю, но не хочу».
— Подумайте хорошенько. На этот раз регистрация первокурсников. Вы, будучи второкурсницей, уже зарегистрированы, так что это вас совершенно не касается. К тому же, там будет и Шарлотта, кандидат в правители, так что, наоборот, не помешает ли вам идти толпой с приближёнными в кабинет госпожи Соранж?
— Но я должна ещё подпитывать магической силой Шварца и Вайса, а также забрать магический камень, который я одолжила госпоже Соранж.
Когда я надула губы, Корнелиус лишь слегка пожал плечами, заметив: «От госпожи Соранж не поступало сообщений о нехватке магической силы».
Доводы Корнелиуса, вероятно, были верны. Раз я уже передала магический камень, наполненный силой, возможно, мне не обязательно было идти в библиотеку сегодня. Но упускать редкую возможность побывать в библиотеке раньше, чем закончатся лекции, не стоило.
— Ты же знаешь, как сильно я хочу в библиотеку, так зачем ты говоришь такие колкости, Корнелиус? ...Неужели тебя отвергла та, к кому ты неравнодушен?
Когда я, прищурившись, спросила, не срывает ли он злость, Корнелиус широко раскрыл глаза и тут же отрицал: «Неправда!»
— Тогда ты уже решил, кого будешь сопровождать на выпускном? Ведь и Корнелиус, и Хартмут — старшеклассники.
Разве может быть, чтобы таких отличников не пользовали девушки? Когда я поочерёдно посмотрела на своих двух приближённых, Корнелиус и Хартмут обменялись взглядами, и их глаза сверкнули. Похоже, они поняли друг друга без слов и крепко пожали руки.
Хартмут, натянув улыбку, посмотрел на меня сверху вниз и открыл рот.
— Этого мы не можем вам сказать, Розмайн.
— Почему?!
Я опешила, не ожидая такого отказа от Хартмута, а Корнелиус перевёл взгляд на книжные полки.
— Потому что это станет известно матери и будет использовано как материал для книг.
На полках стояли романы о любви в Академии благородных, написанные моей матерью и её подругами. Предположение Корнелиуса, что он станет жертвой второй или третьей части этих романов, было верным.
Ведь матушка с удовольствием писала и о любовных перипетиях брата Лампрехта и Аурелии. Имена персонажей изменены, а в текст вставлены стихи, восхваляющие богов, поэтому идентифицировать реальных людей сложно, но те, кто знает, всё понимают. Корнелиус непременно тоже станет материалом.
Кстати, история любви брата Лампрехта была превращена в рассказ о том, как, несмотря на взаимные чувства, их разлучила политическая ситуация, но в конечном итоге они воссоединились благодаря м