В общем, поскольку наши представления о нормальности слишком различались, Главный жрец, уходя, снова и снова, дотошно, наставлял меня обязательно приносить ему всё, что я напишу. Я, ответив «хорошо», убрала роман, названный бесстыдством, в запирающийся книжный сундук и запечатала его. Мне было велено его уничтожить, но, возможно, когда-нибудь настанет час, когда он увидит свет.
— Фран, не сходишь на кухню и не позовёшь Хуго и Эллу? Я хочу рассказать им о том, что только что решилось.
— Роземайн-сама, когда вы обращаетесь к поварам, я бы просил вас делать это через слугу.
— Прости, Фран. Но это касается их женитьбы, так что, думаю, лучше поговорить напрямую. Тебе, Фран, и, конечно, другим присутствующим слугам, многое из этого будет непонятно, не так ли?
Когда я сказала это, Фран, вздохнув, неохотно согласился. Если речь идёт о рабочих вопросах, то можно обойтись и через слуг, как Фран, но разговоры о жизни, вроде женитьбы, через них становятся слишком обременительными.
— Прошу прощения, — почтительно войдя, Элла и Хуго поклонились. Фран объяснил напряжённым двоим, что сегодня я буду говорить с ними напрямую, и отошёл на шаг назад. Так как разговор шёл между простолюдинами, двое рыцарей-охранников встали прямо у меня за спиной.
— Вы оба хорошо потрудились в Королевском академии. Готовить так много еды каждый день, должно быть, было тяжело, правда? Все студенты были рады, говорили, что было вкусно. Скорее всего, пока я буду ездить в Академию, вы поедете со мной, так что прошу вас. ...Итак, главный вопрос — это ваша женитьба...
Лица обоих напряглись. Послышался звук сглатываемого дыхания. Я улыбнулась, чтобы их успокоить.
— В самой вашей женитьбе нет проблем. Если вы проведёте её этим летом, я благословлю вас.
— Благодарю вас!
— Однако проблема в месте жительства. Как я слышала, в замке есть слуги, состоящие в браке, и для них предусмотрены комнаты для супружеских пар. Я подам прошение, чтобы вам выделили одну комнату на двоих в замке, но создать супружескую комнату в Храме невозможно. Пока вы находитесь в Храме, вы либо пользуетесь разными комнатами, как и раньше, либо, хоть это и будет хлопотно из-за дороги, снимите комнату в Нижнем городе и живите там. Даже если вы снимете комнату, ваши комнаты в Храме я сохраню, чтобы вы могли вздремнуть в напряжённые времена.
Я взглядом дала знаку Франу принести деньги, которые я приготовила заранее, и передала их им. Заглянув в мешочек, звякнувший при передаче, Хуго изумлённо вытаращил глаза.
— Это командировочные за всю зиму, которую вы усердно проработали в Академии, и мой свадебный подарок вам. Используйте их на подготовку к свадьбе.
— ...Так много, правда?
— Да. Кроме того, на период Молитвенного обряда, как и в прошлые годы, со мной поедет Хуго. Поэтому с завтрашнего дня и до Молитвенного обряда я даю отпуск Хуго, а во время Молитвенного обряда отпуск будет у Эллы. Отпуск не очень долгий, но подготовьтесь к свадьбе. По-хорошему, я бы хотела дать отпуск вам обоим одновременно, но, увы, так не получится. Простите.
— Нет, мы благодарны за вашу заботу.
Подготовка к свадьбе — дело хлопотное. Надо снять комнату и обзавестись домашней утварью. Церемония Звездного союза, то есть свадьба, проводится летом, чтобы жених и невеста успели обустроить быт к зиме. Летом можно спать без верхнего одеяла, еды вдоволь, и дров нужно не так много, как зимой. Время нужно, чтобы подготовиться к зиме вдвоём.
У Эллы и Хуго есть комнаты и в Храме, и в замке, так что, если рассматривать комнату в Нижнем городе просто как место для сна и обустроить её соответственно, возможно, можно обойтись подготовкой только спальни. Однако постельное бельё, простыни и одеяла — тканые изделия — готовит невеста, и начинать надо с ткачества во время зимних работ. Девушки, чья свадьба решена, всю зиму отчаянно ткут ткань и готовятся к новой жизни. Именно поэтому искусная портниха считается красавицей.
— Элла, у тебя не было времени подготовить ткани, потому что ты работала в Академии, верно? Всё в порядке?
— Мать сказала, что соткёт их.
Оказывается, её мать, беспокоясь за Эллу, которая всё время только работала, согласилась соткать их за зиму. А чего не хватит, видимо, придётся докупать подержанное.
...Может, подарить Элле украшение для волос под цвет её весеннего дворянского цвета? Хотя ей, наверное, больше обрадовалась бы новая кухонная утварь.
Элла провела время совершеннолетия в Дворянском квартале, поэтому не смогла присутствовать на церемонии совершеннолетия в Храме. Эта церемония Звёздного союза будет её первым выходом в праздничной одежде. Она моя личная слуга, и, раз уж так вышло, возможно, стоит подарить ей не слишком дорогое украшение для волос.
— Надеюсь на вашу помощь в таком порядке вещей.
— Прошу прощения.
Когда они, закончив разговор, вышли, следующим делом мы с Франом и Замом обсуждаем церемонию совершеннолетия и Обряд крещения. Между зимней церемонией совершеннолетия и весенним Обрядом крещения примерно неделя, так что в это время я, похоже, смогу спокойно побыть в Храме.
— Как дела в приюте? Конрад освоился?
Моника, которая вызвалась быть связной с Вильмой и чаще всех остальных слуг бывает в приюте, вышла вперёд и начала докладывать.
— По словам Вильмы, несколько дней он проявлял страх перед шагами людей. ...Для того, кого воспитывали как дворянина, у Конрада нет ни капли зазнайства, как у Синего жреца, который пользуется властью. Скорее, было похоже, что он вздохнул с облегчением, попав в приют.
Должно быть, до этого с ним обращались очень жестоко. Вспомнив, как он боялся посоха, я легко вздохнула.
— Если Конрад может чувствовать себя хоть немного спокойно, это лучше всего. Моника, я хочу осмотреть приют и мастерскую, так что передай Вильме и Гилу, что я зайду завтра после полудня.
— Как пожелаете.
Моника кивнула и, сказав «я сообщу», вышла из комнаты.
Я достала свои заметки, просмотрела то, что нужно сделать в Храме, и протянула Заму листок с записями о Молитвенном обряде.
— Я обсудила с братом Вильфритом и Шарлоттой распределение обязанностей при объезде наших прямых владений во время Молитвенного обряда. Пожалуйста, передайте результат Главному жрецу. Если будут неудобства, нужно сообщить пораньше, чтобы у них обоих было время на подготовку.
— Раз в этом году будете вы, Роземайн-сама, Франа к вам не приставят. Я также обсужу, кого приставить к Шарлотте-сама.
— Да, прошу.
Когда Зам вышел, я принялась просматривать письма, хранящиеся в шкатулке для писем. Пришли письма от торгового дома Плантен, от торгового дома Гильберта, а также от Мастера Гильдии.
В письме от Мастера Гильдии описывались результаты его усилий: он собирал сведения от странствующих торговцев, путешествующих по другим владениям, по вопросам благоустройства Нижнего города, и боролся за украшение города.
— Возможно, об этом стоит доложить Главному жрецу и как можно скорее получить ответ. Попрошу у него немного времени завтра, во время помощи. ...Фран, я собираюсь написать письма торговому дому Плантен, торговому дому Гильберта и мастеру Коммерческой гильдии, так что попроси передать их Гилу.
— Роземайн-сама, не лучше ли вам сегодня уже отдохнуть? Цвет лица у вас неважный. Если хотите чем-то заняться, давайте лучше потренируемся снимать магический инструмент.
Фран прищурился и сказал это. Я и не думала, что плохо себя чувствую, поэтому, когда Фран указал на это, я удивилась и приложила руку к лицу.
Если я, вернувшись в Храм, расстрою здоровье и не смогу благословить на церемонии совершеннолетия, что скажет Главный жрец? Я решила послушно принять предложение Франа.
— Поняла. Буду послушно отдыхать. Принесите мне новые книги, напечатанные зимой.
Со следующего дня началась моя жизнь в Храме после долгого перерыва. Проснувшись и позавтракав, я практиковалась в танце подношения и фешпиле, а с третьим звоном отправлялась помогать в комнату Главного жреца.
— Роземайн-сама, пойдёмте помогать Главному жрецу.
Поручив Розине уход за фешпилем и его уборку, я вместе с Франом, Замом и Моникой направилась в комнату Главного жреца. Оба рыцаря-охранника также были со мной.
Ангелика, как обычно, прилипнув к двери, в одиночку несла охрану, а Дамюэль разбирался с работой, порученной Главным жрецом.
— Главный жрец, вот письмо от мастера Коммерческой гильдии. Я подумала, что нужно как можно скорее посоветоваться с вами...
Я протянула Главному жрецу письмо от Мастера Гильдии.
В нём говорилось, что в других владениях, кроме Эренфеста, установлены нечто вроде канализации. То, что, по собранным Мастером Гильдии сведениям, напоминало канализацию, в Дворянском квартале было в обычном употреблении. Похоже, они использовали слизь из туалетов. Это изобретение было сделано много десятилетий назад, вошло в моду, и в других владениях, видимо, произошла драматическая трансформация.
Если с жизнью нет проблем, может, стоит провести драматическую трансформацию. Однако это магия, которую может использовать только господин, так что в Эренфесте это может быть сложно, — так заканчивалось письмо.
— Раз в Дворянском квартале это уже внедрено, похоже, только Нижний город Эренфеста отстаёт от других на десятки лет.
— ...Похоже на то. Это дело лучше передать в замок.
Главный жрец, перечислив, что нужно выяснить (когда проводилась реконструкция замка, есть ли её план, сколько магии потребуется, чтобы сделать то же самое в Нижнем городе, есть ли резервы и т.д.), записал это и протянул вместе с магическим камнем для ордонанса.
— Отправь это Эльвире и Шарлотте. В этом деле я не буду делать ничего, кроме помощи как твой опекун. Ответственная — Эльвира.
Я приняла это и отправила ордонанс матери и Шарлотте. Шарлотта и её приближённые, наверное, постараются и всё выяснят.
...Я тоже хотела бы работать с книгами в библиотеке. Чёрт.
Встряхнувшись, я продолжила помогать до четвёртого звонка. Из-за моего долгого отсутствия в Храме, Главный жрец, похоже, был очень занят. Я помогала ему по мере сил, и вот прозвенел колокол.
Вернувшись в свои покои и пообедав, я, дописывая письма в разные места, ждала времени, когда Божья благодать разойдётся по приюту. Моника вернулась со словами «всё готово», и я вместе с Моникой, Гилом и рыцарями-охранниками направилась в приют.
За широко распахнутой Моникой и Гилом дверью виднелась столовая приюта, где, стоя на коленях, ждали Серые жрицы.
— Вильма, доложи о событиях за зиму.
Сказав остальным заниматься своими делами, я выслушала доклад Вильмы. До прибытия Конрада никаких особых изменений не было. Несколько детей простудились, но, похоже, болезнь не была тяжёлой, и они быстро выздоровели.
— Мы с другими Серыми жрицами беспокоились, сможет ли Конрад, выросший как дворянин, жить в приюте, но никаких проблем, заслуживающих упоминания, не возникло. В первый день он был скован от напряжения, но, поскольку Дильк постоянно был рядом и всему его учил, теперь он даже улыбается.
Похоже, Дильк, вокруг которого были только младенцы, которые пытались стоять или только-только начали ползать, и подмастерья, уже прошедшие Обряд крещения и работающие в мастерской, был очень рад Конраду, своему ровеснику, с которым можно бегать. Говорят, он и сейчас постоянно его опекает и таскает за собой, и Дерии, которая за ними гоняется, приходится тяжело.
— Я хочу сама взглянуть на него, так что позовите Конрада и Дилька.
— Как пожелаете.
Вильма взглянула на Серую жрицу, стоявшую рядом, и та пошла звать детей, разложивших книжки с картинками в дальнем углу столовой. Я увидела, как Дильк, встряхнув рыжевато-каштановыми волосами, вскочил и, схватив Конрада за запястье, потащил его. Следом за ними шла Дерия.
— Роземайн-сама, вы звали?
— Да, я пришла посмотреть, как там Конрад. Конрад, как тебе в приюте? Еда вкусная? Ты хорошо спишь?
Его жёлто-зелёные глаза, очень похожие на глаза Филины, прищурились в улыбке, он огляделся, а затем его каштановая голова коротко кивнула. Было очевидно, что его подвергали насилию, но теперь страх перед окружающими на его лице поутих.
— Да. Вкусно. А ещё тут много книжек и игрушек, очень весело.
Рядом с Конрадом стоял Дильк. Его рыжевато-каштановые волосы были похожи на волосы стоящей позади него Дерии, а в тёмно-карих, почти чёрных глазах горел озорной огонёк. Это было очень похоже на выражение лица прежней, своенравной Дерии, и я подумала: «Когда они растут как брат и сестра, они становятся похожи?»
— Ты, Дильк, многому учишь Конрада, да? Спасибо, Дильк. Похоже, вы стали друг для друга хорошими друзьями, я рада.
Увидев, как Дильк и Конрад, переглянувшись, улыбнулись, я перевела взгляд на стоящую позади них на коленях Дерию. Как и Тури, Дерия уже не ребёнок, она вошла в возраст девушки.
— Дерия, тебе, наверное, тяжело, но прошу, присматривай за ними обоими.
— Да, можете положиться на меня.
Дерия с улыбкой согласилась. Успокоившись, я вышла из приюта и направилась в мастерскую.
— Гил, когда придём в мастерскую, позови Фрица. Мне нужно поговорить о расширении бумажной мастерской.
— Как пожелаете.
Позвав Фрица, я сообщила ему, что производство бумаги начнётся в нескольких землях Эренфеста, и попросила подобрать людей для отправки одновременно в несколько мест.
— Отправить одновременно в несколько мест?
— Да. Нужно много, так что планируется не тратить год на основательное производство фирменного продукта, как в Илькнере, а просто учить делать бумагу по уже имеющимся пропорциям. Рабочие из Илькнера тоже будут направлены.
Я сообщила, что во время Молитвенного обряда из Хассэ вернут троих Серых жрецов, так что надо выслушать их пожелания по поводу возвращаемого персонала, и попросила включить одного из опытных, кто был в командировке в Илькнере, и сформировать две команды по четыре человека для выездов.
— Будем отправлять их по очереди, когда места будут готовы к приёму. Передвигаться будем на моём скакуне, а также для создания Ассоциации растительной бумаги и Ассоциации печати из торгового дома Плантен направят людей, так что с бытом проблем не будет.
— Какой будет срок?
— От одного до двух месяцев. Как только они научатся делать стандартную бумагу форин, работа заканчивается, и они отправляются в следующую мастерскую. А, да. Включите в список Ахима и Эгона. Заодно я хочу продвигать и «Проект Грим».
Раз уж я спала, то Серых жрецов в другие места отправить не могли, так что «Проект Грим» застопорился. Заодно с распространением бумажного и печатного дела я хочу, чтобы они собирали истории.
— Я свяжусь с торговым домом Плантен, чтобы они подготовили награду.
— Для создания новых книг нужны новые истории, так что хорошо бы собрать их как можно больше.
Фриц, криво усмехнувшись, одобрил мою затею примешать к делу «Проект Грим». Гил легонько пожал плечами и сказал: «Хорошо бы, чтобы Главный жрец не рассердился».
— Гил, не говори таких дурных вещей. Тсс!
На следующий день была зимняя церемония совершеннолетия. Приготовления начались рано утром, я облачилась в церемониальное облачение Верховной жрицы, вдела украшение для волос цвета зимней знати и направилась в молельный зал.
— Рыцари-охранники, ждите вон там.
Когда я указала на стену, где стоял брат Экхарт, Ангелика прищурила свои голубые глаза.
— Не могу сказать, что в молельном зале совсем нет опасности. Я хотела бы сопровождать вас внутрь.
Ангелика была недовольна тем, что охрана будет далеко. Хотя это можно было бы объяснить обычаем, таковы правила Храма, так что ничего не поделаешь.
— Я посоветуюсь с Главным жрецом и проверю, можно ли изменить правила. На сегодня смиритесь.
— ... Хорошо.
Неохотно кивнув, Ангелика и Дамюэль встали рядом с братом Экхартом.
Фран проводил меня, я остановилась перед дверью, и через некоторое время изнутри донёсся голос Главного жреца: «Верховная жрица, входите». Одновременно с этим Серые жрецы распахнули двери. Справа у алтаря я увидела ряд Синих жрецов, слева — новых совершеннолетних.
Держа Священную книгу, переданную Франом, я ступила в молельный зал. Меня встретил звук, похожий на звон множества колокольчиков, и наполненный удивлением гул. Я направилась к алтарю.
Синие жрецы используют магический инструмент, приглушающий громкость голоса, поэтому, как бы громко они ни удивлялись, это звучало лишь как шёпот. Но даже такой шёпот, если его много, отчётливо доносится до моих ушей.
— О, маленькая Верховная жрица.
— Вернулась Верховная жрица, которая может давать настоящее благословение.
— Правда маленькая.
...Не называйте меня маленькой! Это всё из-за Юрфе. Со временем я вырасту!
Возражая про себя, внешне я шла с невозмутимым видом, будто ничего не слышу. Но шёпот совершеннолетних касался не только этого.
— Ого, правда, что даже знать использует украшения для волос от торгового дома Гильберта.
— Да, но они такие роскошные, не сравнить с нашими.
До меня донесся и такой шёпот девушек, увидевших моё украшение для волос. Меня охватило желание оглядеться, чтобы понять, насколько распространены украшения для волос, но я изо всех сил сдержалась. Это можно будет сделать, когда я поднимусь на алтарь, и уровень глаз станет выше.
Стараясь не наступить на подол и не упасть, я поднялась по лестнице. Положив Священную книгу на алтарь и раскрыв её, я услышала, как Главный жрец звучным голосом начал читать миф. Слушая его, я медленно оглядывала молельный зал.
На Обряде крещения одеяние белое, поскольку человек рождается, но одеяние церемонии совершеннолетия основано на цвете знати этого сезона. Зимой это красный или белый. Возможно, белый кажется слишком холодным, поэтому передо мной большинство совершеннолетних были в красных одеждах.
И я заметила, что почти у всех совершеннолетних девушек в волосах были украшения. Кроме тех, что собраны из мелких цветочков, таких же, как я впервые сделала для Тури, были и те, у кого цветы покрупнее или более замысловатые.
В конце зимы цветы ещё не распустились, так что сорвать в лесу цветы для украшения не получится. Я вспомнила, как Фрида говорила, что рада возможности украсить цветами во время Обряда крещения. Тогда людей с украшениями для волос было действительно мало, но, похоже, пока я спала, они окончательно прижились.
...Торговый дом Гильберта, молодцы.
Глядя на то, как всё изменилось за два года, я мысленно вздохнула с восхищением, и тут настал мой черёд. Нужно было даровать благословение совершеннолетним.
— Итак, вознесём молитвы богам. Молитесь богам!
Следуя за Синими жрецами, пылко молились совершеннолетние. Оглядев эту картину, я вложила магию в кольцо и даровала благословение.
— О, Богиня Земли Гедрулихи, о, Бог Жизни Эйвилибе, услышьте мою молитву, даруйте ваше благословение рождению нового взрослого. Посвящаем вам их чувства, вознося молитвы и благодарность, даруйте нам священную защиту.
Когда я даровала благословение, наполнившее зал красным и белым светом, церемония закончилась. Со словами Главного жреца: «Ваш путь, получивших благословение, будет светел» двери распахнулись, и совершеннолетние толпой вышли наружу.
...Может, они пришли?
С надеждой я взглянула в сторону дверей. Там стояли папа и мама, и у них на глазах были слёзы. Оба выглядели немного постаревшими. Я улыбнулась, чтобы показать: «Я в порядке, я здорова», и папа широко кивнул.
...А?
Папа и мама были, а вот Тури и Камиля не было.
...Что случилось? Может, они заболели?
Обеспокоенная, что они могли заболеть, я позже узнала: в Храм детям входить нельзя. Разве что младенцев, которых родители всё время носят на руках, или тех, кто только учится ходить, а дети того возраста, когда могут улучить момент и проскользнуть в Храм, должны оставаться дома.
Увидеть Камиля мне было суждено только на его Обряде крещения.
Я снова живу в Храме. Дерия и Дильк уже кажутся такими родными.
Я раздаю указания, которые нужно выполнить, пока я в Храме, и вот наступает зимняя церемония совершеннолетия.
Украшения для волос входят в моду.
Далее: Создание магических инструментов для костюмов Главного жреца и Шварцев.