Когда Железный Топор ввалился в приведённый в беспорядок Золотоколос, лицо его оставалось бесстрастным, но про себя он был поражён разрушительной силой нового оружия.
Хотя он и принимал участие в испытаниях этого оружия, которое Ваше Величество называл миномётом, боевое применение и тестирование — две большие разницы.
Один расчёт состоял из пяти человек, каждый нёс по два снаряда, и даже без поддержки резервных боеприпасов они способны были выпустить такой град огня — зрелище поистине поражающее.
Он знал, что скорострельность миномёта значительно превышает показатели дульнозарядных полевых пушек, и даже предвкушал сценарий залповой стрельбы нескольких десятков расчётов, но, увидев это воочию, понял — всё равно недооценивал это оружие.
Мощь одного миномётного снаряда уступала крепостному орудию, но зато миномёт был лёгок и прост в обращении — мог действовать в составе армии без помощи ведьм и поражать цели за стенами. При достаточном запасе боеприпасов его удар по противнику был почти сокрушительным. Если бы Первой армии пришлось выдерживать такой огневой шквал, он не был бы уверен, что войска выстоят.
Нет… скорее всего, выстоять было бы невозможно. Встретив огненный дождь, обрушивающийся стеной сверху, можно считать подвигом, если просто не парализовало от страха.
Теперь Железный Топор наконец понял, почему Ваше Величество с такой уверенностью отправил все казавшиеся превосходными полевые пушки обратно в литейный цех — перед лицом миномётов прежнее оружие со сплошными снарядами действительно утратило всякий смысл.
Впрочем, говоря прямо, во всей Грэйкасл, пожалуй, только один Роланд Уимблдон мог позволить себе такое оружие.
Ходили слухи, что стоимость одного снаряда составляет около трёх-четырёх золотых драконов, а значит, за несколько мгновений здесь было выпущено более трёхсот — вот что значит тратить деньги рекой. А разрывные снаряды для крепостных орудий стоили ещё в несколько раз дороже. Если предстояло в будущем сражаться с дьяволами — хватит ли золотых драконов, хранимых в казне Города Беззимья, чтобы продержаться до окончания Битвы Божественной Воли?
К счастью, об этом ему не нужно было беспокоиться.
Пусть голову ломает Бэров — армия ведь для того и существует, чтобы одерживать победы.
Пронзив улицы, пропитанные запахом порохового дыма, Железный Топор с группой приближённых вышел на центральную городскую площадь.
Место было оцеплено Первой армией в несколько рядов, и сюда свели всех выживших знатных — они ожидали решения своей участи после капитуляции.
Он обвёл взглядом пыльных и усталых людей, и ещё не успел заговорить, как один из знатных выступил вперёд: «Я — владелец Флотского Залива, граф Касин. Скажите, где Ваше Величество, Роланд Уимблдон?»
Окрестности Золотоколоса были испещрены водоёмами, и многие территории носили имена, связанные с заливами и отмелями. Железный Топор смутно припоминал, что Флотский Залив представлял собой обширный феод, расположенный между Золотоколосом и Регионом Морского ветра. Семья, владевшая такими землями, наверняка привыкла к благоговейным и испуганным взглядам подданных. Впрочем, в данный момент нарочито поднятый подбородок и напускная сдержанная учтивость этого человека выглядели довольно жалко. «Ваше Величество не может отвлекаться на дела Восточного региона. Здесь я несу полную ответственность.»
«Вы…?» Граф Касин тут же нахмурился.
«О чём он вообще говорит? По нему сразу видно — он не из Грэйкасл!»
«Роланд Уимблдон доверит армию какому-то пустынному жителю?»
«Такое важное предприятие — экспедиция — и он не прибыл лично? Неужели не боится, что войско просто разбежится??»
Поднялся ропот сомнений — не только Флотский Залив, но и многие в толпе стали перешёптываться.
«Главнокомандующий Восточным фронтом действительно — лорд Железный Топор, это мы все можем подтвердить!» — не выдержал и заорал его заместитель Медвежья Лапа.
«Восточный фронт? Это что ещё?» — спросил Касин.
«Это армия, вернувшая Восточный регион под контроль Грэйкасл, —»