Эти побеждённые с Поля сражений душ, судя по всему, были полностью приняты миром грёз. Самым очевидным доказательством служило то, что, несмотря на волосы самых разных цветов и совершенно непохожие на лица горожан черты, никто не считал их внешность чем-то странным.
Возьмём хотя бы самого Роланда — длинные серые волосы, прямой высокий нос и светло-серые глаза. В прежнем мире на него непременно косились бы со всех сторон.
Теперь жители вели себя как обычные люди: молодые парни, прихватив жареную булочку, портфель и газету, торопились на утренний рейс; старики толпились группками на площадке перед домом — одни разминались, неторопливо занимаясь зарядкой, другие расставляли шахматные доски и вступали в поединок с единомышленниками.
Повсюду на разные лады стрекотали цикады — к их пению постепенно присоединились детский плач, крики уличных торговцев и звуки утренних чтений из подъездов. Всё это, смешавшись с городским гулом со всех сторон, образовало ту особую симфонию, которая свойственна эпохе панельных домов.
Эта сцена, пропитанная самой что ни на есть жизнью, вызвала у Роланда глубокую ностальгию.
В этот момент по переулку приближалась бегущая женщина.
Палочки в руке Роланда машинально дрогнули — это была Гарсия Уимблдон.
Она была одета в лёгкий спортивный костюм, обнажавший белоснежные бёдра; серые волосы были стянуты на макушке, а на шее висело полотенце. Пот пропитал воротник, на руках блестели мелкие капельки — очевидно, она бежала уже довольно давно.
К его удивлению, все в переулке одновременно уставились на неё, а несколько парней даже свистели — лица их были так взволнованы, словно они увидели настоящую знаменитость.
Гарсия, однако, не обращала ни на кого внимания и, не замедляя шага, понеслась сквозь переулок ветром, скрывшись наконец у входа в подъезд.
— Это действительно та самая Гарсия! — воскликнул кто-то в лавке с рисовой лапшой.
— Я же говорил — встанешь пораньше, и увидишь её. Если погода хорошая, она каждый день бегает тут примерно час.
— Я впервые вижу человека с телеэкрана вживую.
— Она куда симпатичнее, чем по телевизору.
— Кстати, у Гарсии скоро важное соревнование, верно?
— В любом случае я за неё болею. Надеюсь, она дойдёт до финала.
— Да вы что, она же гений!
Роланд был весьма удивлён этим разговорам. Казалось, все жители были с Гарсией хорошо знакомы. О каком соревновании шла речь? Неужели она новая звезда спорта?
Пока владелец лавки подходил протереть стол, Роланд допил последний глоток супа, достал кошелёк и спросил: — Она что, знаменитая?
Хозяин посмотрел на него с удивлением: — Вы что, здесь не живёте? Кто в Панельном переулке не знает мисс Гарсию!
— Я недавно переехал, — любопытство Роланда только усилилось. — Чем она занимается?
— Она боец!
— Пф! — он едва не поперхнулся. — Кхе-кхе… Что?!
— Э, посмотрите телевизор — поймёте. Она самая известная персона в этих краях. И именно благодаря ей мы можем тут оставаться.
— Как так?
Хозяин ткнул пальцем за спину Роланда: — Гляньте туда.
Роланд обернулся и заметил то, чего раньше не видел: на стене магазина через переулок был нарисован огромный знак «снос».
— Снос?