Но изменения на территории завода на этом не ограничивались.
Роланд заметил, что по дороге немало рабочих меняли рекламные щиты вдоль обочины; стройки, что обычно грохотали без умолка, теперь стояли молча, словно весь масштабный автогородок обезлюдел в одно мгновение; по обе стороны невысоких стен, разделявших строительную площадку, уже возвели леса — похоже, собирались возвести новую наружную стену.
Ещё поразительнее было то, что он увидел немало вооружённых полицейских, выставивших оцепление и контрольно-пропускной пункт у здания офиса проекта: каждого входящего проверяли по документам, а машины к зданию в принципе не допускались.
Убедившись в подлинности документов Роланда и Гарсии, полицейский отдал чёткий воинский поклон и открыл для них проход.
«Боже... — тихо произнесла Гарсия. — Что ты заставил Ассоциацию сделать?»
«Честно говоря, я сейчас знаю не больше тебя, — невинно покачал головой Роланд. — Я ещё даже не выдвинул ни одного требования.»
Когда они подошли к зданию, Гарсия на мгновение замедлила шаг и невольно нахмурилась.
На пороге их встречал её отец — Гаде, один из членов совета директоров «Трилистника».
— Я тебя давно ждал, — кивнул он дочери, а затем протянул руку. — Мистер Роланд, хотя с первого знакомства я знал, что вы особенный, я и представить не мог, что вы превзойдёте мои ожидания. С сегодняшнего дня этот завод принадлежит вам.
Гаде произносил поздравительные слова, но в его тоне было мало радости — выражение его лица было весьма сложным, словно воплощение противоречий. Если при первой встрече этот мужчина средних лет явно демонстрировал презрение, а во второй раз — из-за хранителя — вынужденно показывал поддельное расположение, то теперь его эмоции, пожалуй, были самыми искренними.
— Электромобильный городок — это же изначально ключевой проект группы «Трилистник», верно? И ты просто так его отдаёшь? — ехидно заметила Гарсия. — Раньше ты шёл наперекор общественному мнению и хотел снести общежитие, я думала, «Трилистник» будет вести себя пожёстче.
К удивлению, Гаде не выказал ни тени досады, лишь горько усмехнулся: — Ассоциация боевых искусств предложила семье условия, от которых невозможно отказаться. Я хоть и член совета директоров, но остановить это решение не в силах. Кроме того, группа «Трилистник» официально приостановила планы сноса и перестройки общежития — позже это будет объявлено на пресс-конференции. Больше тебе не придётся защищать этих жильцов, доченька.
Гарсия замерла.
— Снос... закончился?
— Да, всё закончилось, — медленно произнёс Гаде. — Я знаю, что даже после этого ты не простишь меня легко, но мы по крайней мере больше не «враги». Если захочешь увидеть брата — приходи домой в любое время, конечно... — он посмотрел на Роланда. — Можешь привести и его.
Проводив ошарашенную пару в холл, Гаде махнул рукой и покинул здание офиса проекта.
Прежде чем они успели опомниться, секретарь, отвечавший за встречу, уже увёл их в главный зал совещаний.
Комната площадью около ста квадратных метров была заполнена сорока-пятидесятью людьми, почти все были в официальной одежде — ничуть не похоже на совещание на стройплощадке. На дальнем конце длинного стола стояло четыре стула. Помимо хранителя Паньши, там сидели ещё двое — один лет сорока-пятидесяти, с деловой наружностью; другой, хотя и с сединой в волосах, выглядел полным энергии.
Четвёртый стул, разумеется, был приготовлен для него.
Гарсия словно наконец очнулась от прежнего замешательства и мягко толкнула его в спину.
Роланд кивнул, уверенно вышел вперёд и сел рядом с Паньши.
Раз уж ему доводилось быть королём, он естественно не испытывал никакого волнения перед подобным мероприятием — наоборот, любопытство его только возрастало: судя по размаху, ассоциация явно собиралась устроить ему сюрприз.
Однако после того как секретарь, отвечавший за встречу, объявил о начале совещания и поочерёдно представил всех присутствующих, Роланд вскоре уже не мог делать ничего, кроме как ахать от удивления. Хотя он и знал, что у Ассоциации боевых искусств долгая история и значительное влияние на государственном уровне, этот «сюрприз» всё равно оказался далеко за пределами его ожиданий.
От металлургии до материаловедения, от проектирования механизмов до автоматического управления — практически все присутствующие были признанными авторитетами в своих областях. Среди них были и академические деятели из Национальной академии наук, и технические лидеры частных предприятий. Но самое главное — эти сорок-пятьдесят человек были лишь представителями, и за каждым из них стояла обширная команда, полностью способная взять на себя весь цикл — от разработки до производства.
Двое, сидевших справа от него, были техническим руководителем — деканом У — и административным директором — начальником Лю. Первый координировал ход всех исследований, второй отвечал за распределение кадров и ресурсов. Профессионализм всей системы был налицо — с тем маленьким составом, что когда-то был у проектного бюро Грэйкасла, это было и не сравнить.
Именно поэтому ассоциация и заполучила весь этот участок — без достаточной территории невозможно было одновременно вести столько исследовательских проектов.
Кроме того, оба они были представителями правительства — одними из немногих в зале людей, осведомлённых о ситуации.
Весь проект получил название «Проект Нюйва». Использование легенды о чинении неба в контексте борьбы с эрозией было весьма уместно. Однако поскольку лишь небольшое число правительственных чиновников знало о «другом мире», в бумагах проект был оформлен как «учения по восстановлению» — модель того, как выжившие после эрозии, уцелевшие катастрофу, использовали бы послевоенные ресурсы для воссоздания цивилизации из руин.
Важнейшей предпосылкой было то, что некоторые пробуждённые под воздействием эрозии претерпели редкие мутации, обретя особые способности, принципиально отличающиеся от известных сил природы. Поэтому любой исследовательский проект должен был учитывать эти факторы. А что именно представляли собой эти особые способности — решать целиком и полностью главному охотнику ассоциации, Роланду.
Прочитав это, Роланд едва не выплюхнул только что выпитый чай.
Иными словами, главная цель этого совещания заключалась в том, чтобы заслушать его объявление о способностях и обсудить их применение. Даже если бы он нес отсебятину, все были обязаны серьёзно рассмотреть, какое воздействие эти способности могут оказать на восстановление цивилизации.
Хорошо ещё, что этим занималась Ассоциация боевых искусств. Если бы он сам выдвинул столь почти детские условия, эксперты, присутствующие в зале, вероятно, разом развернулись бы и ушли.
— Не подскажете, устроит ли вас этот план, господин Роланд? — Паньши взглянул на него с улыбкой. — Когда вы впервые обратились ко мне с этой просьбой, вы заявили, что она чрезвычайно важна для этого мира. Я счёл это преувеличением, но теперь понимаю истинный смысл ваших слов. Учитывая, что магическая сила в двух мирах проявляется по-разному, при таком подходе им будет сложно предъявить претензии, какими бы ни были ваши требования.
Роланд приподнял бровь. — Вы верите... всему, что я говорил?
— Честно говоря, я и сам не знаю, — он отвёл взгляд. — Но стоит нам объединить усилия и победить эрозию, рано или поздно появится возможность всё проверить, не так ли? А это новенькое проектное бюро — лишь начало.
———————
Манга «Отпустите эту ведьму» уже скоро! Подробности — в официальном аккаунте «Эрму Сяосяо». Кроме того, 20 января будут раздаваться официальные постеры — приходите, попробуйте удачу! :)